Рандеву

Эмма Д.

Он выглядел потрясающе. В изысканном черном костюме с блестящими лацканами, и галстуком-бабочкой. На фоне его жгучих темных волос, в меру загорелой кожи, белоснежная рубашка казалась еще белее.

— Я знал, что это платье подойдет вам.

— Вы его купили? — изумилась я.

— Да. И не ошибся. Оно прекрасно смотрится на вас.

Его слова заставили кровь сильнее прильнуть к моим щекам. И какая-то частичка меня была даже рада, что я согласилась на такую затею подруги. Мне давно не делали комплиментов, и не смотрели так, что земля была готова провалиться под ногами. Или

я преувеличивала, и это от волнения?

— Ну что, готовы провести вечер в моей компании? — я застенчиво улыбнулась, и кивнула головой. — Тогда прошу.

Андрей предложил мне руку, согнутую в локте, и я робко схватилась за него, едва коснувшись пальцами. Он не слышно усмехнулся, и повел меня в зал, откуда были слышны прекрасные звуки живой музыки.

— На сегодняшний вечер, мы пара. — склонившись к краешку моего уха, напомнил Андрей перед тем, как пройти через белые резные двери, и оказаться в окружении многочисленной толпы.

Мы прошли вперед, Андрей кивал головой, встречая знакомых. Похоже, он знал если не всех, то многих.

— Почему все на нас смотрят? — спросила я вполголоса.

— Все смотрят на вас.

Я резко вздернула голову, его глаза внимательно смотрели на меня. Что происходит? К нам подошел официант, предложив шампанское. В нем я узнала того молодого человека, которого уже видела сегодня.

В зале было уже много людей, но гости все еще пребывали. Играл оркестр, и отовсюду доносился легкий гул. Не сказать, что зал был оформлен как-то по-особенному. Наверно, он выглядел так каждый день, просто сегодня столики, накрытые льняными скатертями, были уставлены дорогими закусками, и еще более дорогими напитками. Отдельное место занимал стол, на котором соорудили пирамиду из бокалов с шампанским. Вероятно, такие вечера устраивались для того, чтобы показать всем свой статус, похвастаться изысканными нарядами, и послушать светские сплетни. Меня никто не посвящал по какому поводу все собрались здесь, а впрочем, это было неинтересно. У меня были совсем иные цели, полностью зависящие от исхода этого вечера.

— Это ваша первая встреча? — поинтересовался Андрей, заметив мою скованность.

— Да.

Он мягко взял меня за локоть, прижимая ближе к себе, и я неуклюже шагнула к нему.

— Тогда успокойтесь. Здесь вас не съедят, и я ничего вам не сделаю. Постарайтесь просто мило улыбаться.

Я стыдливо опустила глаза, выслушивая его замечания. Его теплое дыхание щекотало мне ухо, и я вся покрылась мурашками от его шепота. Я подняла голову к его лицу, и практически столкнулась кончиком носа с его. Мы были слишком близко.

— Простите. — протянула я.

Андрей продолжительно смотрел мне в глаза, а затем отвел взгляд, отпустив мою руку. Я отступила от него, сохраняя дистанцию. Мое дыхание — тяжелое. Что это было? Его ладони были такими теплыми, что не хотелось расставаться с ними. Я встряхнула головой, мысленно похлестав себя по щекам, приводя в чувства. С моих глаз будто спала какая-то пелена. Почему он командовал мной? Я сама должна помнить, что мне делать. Вести себя раскованно и непринужденно. Сколько раз он прибегал к помощи агентства? Да с какой стати это вообще меня волновало? Я

здесь за другим.

Вечер тянулся минута за минутой, шампанское в бокале постепенно исчезало, а я продолжала радоваться всем вокруг и дарить улыбку. Мне уже совсем не страшно, как было в начале. Интересно, это сказывалась оживленная обстановка вокруг, или шампанское давало такой эффект?

Мы подходили к каким-то людям, или те, наоборот нагоняли нас. Андрей говорил с ними на серьезные темы, а я, обмолвившись парой фраз, предпочитала молчать, разглядывая наряды и украшения на других дамах. Мне казалось, я отлично справлялась, выполняя роль красивой декорации, которая шла в дополнение к успешному мужчине. Время от времени Андрей обнимал меня за талию, таким образом не позволяя почувствовать себя одинокой.

— Эй! — воскликнула какая-то девушка, вынырнув из толпы. Она направлялась к нам с раскрытыми для объятий руками.

Она быстро переступала шаг за шагом, вырисовывая в воздухе восьмерку, от чего ее прямые светлые волосы развевались. На ней было облегающее черное платье чуть ниже колена, а губы, так же как у меня окрашены помадой алого оттенка.

— Андрей, дорогой! — она крепко обняла его, и поцеловала в обе щеки.

Складывалось такое впечатление, что они давно и хорошо знакомы. Хотя, судя по выражению лица Андрея, эта встреча не являлась для него такой же желанной, как для нее.

Девушка отпустила его, и в следующий момент, совершенно неожиданно, он настойчивее привлек меня к себе. Мои губы приоткрылись, дыхание замедлилось, но я не показала своей реакции. Тепло Андрея окутывало меня с ног до головы. Я подняла голову к его лицу, и не смотря на присутствие другой девушки в нашем пространстве, мы сцепились взглядами. Интересно, он это делал, чтобы отвязаться от нее, или здесь было что-то еще? Девушка понимала, что она лишний зритель, но отступать так скоро не собиралась.

— Ты нас не представишь? — она наклонила голову в сторону, чтобы привлечь внимание Андрея.

— Конечно. — он все еще не отрывал от меня взгляда, и я была вынуждена играть по его правилам.

— Ана — это Вероника, мы вместе работаем. — он повел рукой в сторону девушки. — Ника — это Анна, моя девушка.

Мои глаза незамедлительно вернулись к его лицу, и мягкая улыбка исказила его губы. Так же быстро я отвела взгляд, чтобы Вероника не поняла, что это блеф. Та внезапно помрачнела, и принялась с кислой физиономией рассматривать меня. Да что ж такое! Сегодня казалось, все смотрели на меня так. Изучали, оценивали, как какой-нибудь лот на аукционе. И только в одном случае мне не показалось это не приятно вызывающим.

— Анна и Ана. Как интересно! — защебетала собеседница, скрывая свою злость за радушной улыбкой.

Андрей специально выделил двойную «н» в моем имени, когда представлял нас.

— А чем вы занимаетесь?

Он хотел было открыть рот, но я оказалась быстрее.

— Я — медик. — не задумываясь сказала я, и бросила на Андрея короткий взгляд, замечая в его глазах изумление.

Он моргнул пару раз, затем его лицо вновь приобрело бесстрастное выражение.

— Значит спасаете жизни? Как это трогательно.