Рамиль
Шрифт:
– В смысле, что будет? Я буду знать...Я же говорила...- я хмурюсь, не совсем понимая, о чем он.
– Хорошо, давай попробуем смоделировать ситуацию...- вздыхает Рамиль и, о боже, садится своей очешуительной задницей на подлокотник моего кресла, закинув руку на спинку так, что мой нос практически утыкается ему в подмышку. Дикий коктейль из солоноватого естественного жара кожи, ноток терпкого цитруса и морской туалетной воды на секунду буквально выбивает меня из реальности. Он что? Решил довести меня до грейпфрутовой комы??
– Не нарушай моё личное пространство,-
– Надо было про личное пространство на свадьбе думать,- весело фыркает Рамиль, довольный произведенным эффектом,- Так, не отвлекаемся...
Легко сказать...Вжимаюсь в кресло, в очередной раз напоминая себе, что я взрослая...беременная...что там ещё было?
– Вариант первый,- продолжает Рам, наплевав на мою просьбу отстраниться, - Папа- картавый...
Черные глаза впиваются в меня мертвой хваткой, и я понимаю, что это настоящий допрос с пристрастием.
– И что ты будешь делать тогда?
– вкрадчивым голосом интересуется Рамиль,- потащишь его в ЗАГС для создания новой ячейки общества?
– Яяя...- я была не готова к ТАКОМУ разговору.
– И не смей говорить, что это НЕ МОЁ ДЕЛО, Елена Сергеевна,- вдруг тихо и зло шипит Рамиль, окончательно выбивая почву у меня из- под ног,- Это бл..ть МОЁ дело!
– Не хочу я в ЗАГС!
– выпаливаю честно. Чувство, что я на допросе, а передо мной злой и добрый полицейский в одном лице, не отпускает,- Просто...не знаю. Игорь давно предлагает попробовать пожить вместе, и я наверно соглашусь. Правда мне из Девяткино ездить неудобно, да и вообще район дурацкий, жуть как туда не хочу. Но не в моей же однушке нам ютиться, хоть она и на Ваське...Мне свой угол жизненно необходим...Ненавижу, когда я сижу за компом, а у меня за спиной кто-то ходит...Прямо дрожь берет...Я его так прирежу когда-нибудь...Посадят...
Облизываю пересохшие губы, покрываясь отборным бордовым румянцем. Лучшим в своей коллекции. Я правда всё это сейчас сказала вслух? Кошмар...Рамиль молчит, разглядывая меня так, будто впервые видит. Тяжкое смущение душит, перекрывая кислород.
– Я тоже не люблю,- вдруг произносит Керефов тихо.
Дышать перестаю окончательно. Мне кажется, или он правда наклонился ближе, и его лицо в паре сантиметров от моего. Взгляд замирает на маленькой родинке на правой щеке чуть выше линии роста бороды.
– А если я, Лен?
– совсем уж шепотом спрашивает Рамиль, и я завороженно смотрю на его губы,- Чего ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочешь?
Я горле разрастается комок, а пульс начинает бешено скакать, потому что то, что я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочу, я не озвучу даже самой себе. Потому что...Потому... Потому что я один раз уже сказала, и потом было очень- очень больно. И пусть мы были почти детьми, и это и правда было несусветной глупостью. Вот только то чувство тотальной беспомощности и унижения я не забуду никогда. И никогда не скажу больше что-то подобное...ПЕРВАЯ...
Поэтому сейчас я молчу, ощущая, как кровяное давление возрастает до критических отметок.
– Леен...- как-то обреченно выдыхает Рамиль.
– Ну, всё, я
– Нет, конечно,- я резко отстраняюсь от нахмурившегося Рамиля и пытаюсь сложить в улыбку дрожащие губы,- Давайте и правда продолжим, а то мне тоже надо уже бежать...
Рамиль впивается в меня осуждающим недобрым взглядом. А потом планомерно просверливает дырку в моём виске все оставшиеся полчаса пребывания в его студии. Но я упорно делаю вид, что не замечаю. Это непросто. Правая часть лица немеет, устав держать одно и тоже выражение. Такое ощущение, что меня разбил инсульт.
Из студии мы с Сашкой выходим вместе, наспех попрощавшись с её хозяином. Я трусиха, да...Ну, не смотри ты на меня ТАК...
Впрочем, Рам и не пытается меня задержать. Даже " пока" с трудом сквозь зубы выдавливает. И потом...Не объявляется. Ни через день, ни через два, ни через три...Вообще. Я стараюсь не думать об этом...каждые полчаса...хотя бы...
Письмо из клиники приходит на шестой день после сдачи анализов. Оповещение застаёт меня в дороге. Мне приходится резко свернуть на обочину и включить аварийку, чтобы дать себе время набраться смелости и его открыть... Растерянный взгляд цепляется за какую-то небольшую церквушку по левую сторону. Я не знаю, о чем точно молиться, поэтому просто горячо шепчу какую-то сумбурную бессмыслицу. Вдох- выдох...Открываю...В груди раздувается горячий бурлящий шар, давит на лёгкие, теснит сердце...Перечитываю...Ещё раз, и ещё, и ещё...Пока глаза не застилает солёной пеленой. И тут же приходит сообщение от Рамиля, слово в слово повторяющее когда- то отправленное мной ему.
Лен, привет. Надо встретиться. Срочно.
9. Рамиль
На этот раз я пришел в "Рибай" за час. За час!!! И я бы пришел сюда ещё вчера и заночевал бы на одном из диванчиков, если бы знал, что это хоть немного ускорит нашу с Акуниной встречу.
Потому что я НЕВЕРОЯТНО задолбался за эти сорок два часа пятнадцать минут с момента получения результатов из клиники. И я, знаете ли, просто ГОРЮ желанием обсудить с МОЕЙ трусливой как долбаный заяц Еленой Сергеевной то, что мы будем делать с НАШИМИ детьми. Я горел этим желанием еще сорок два часа пять минут назад, потому что десять минут у меня ушло на попытку избежать надвигающийся обширный инфаркт.
Честно, я как-то не планировал становится отцом. Вообще. Дети- это жуткая ответственность. И я как человек, отец которого успешно размножается уже без малого тридцать лет подряд, точно знаю, о чем говорю. Как только у тебя появляются дети- твоя жизнь безвозвратно меняется. Навсегда. Мир начинает вертеться вокруг их маленьких нудных бесконечных потребностей. Привет режим дня, фразы типа "о, боже, он наконец-то покакал" и попытки объяснить, почему мы сейчас не купим киндер на кассе. И шум, нескончаемый галдеж в твоей квартире. Плач, смех, крик, ор, болтовня. Все что угодно, кроме ТИШИНЫ. Дети- это ад твоих ушей и мозгов по совместительству.