Рагнарек

Ланский Виталий Андреевич

Красный диск Марса все увеличивался, а вместе с ним увеличивалась и уверенность лидера марсиан в том, что он найдет способ отомстить проклятым ассурам. И пусть для этого понадобится хоть тысяча лет, хоть двадцать тысяч. Бергельмир не забудет обиду. Не забудет поражения йотунов. Он отомстит.

Москва, 2019 г.

Ляпы и смешные обороты,

образовавшиеся

в ходе работы над книгой

…- Обязательно увидимся, - ободряюще улыбнулся Марк эльфу, хотя холодный пот, струящийся по спине, говорил ему об обратном.

("Хозяин, хозяин, вы больше не увидитесь!" - говорил ему холодный пот, струящийся по спине...)

Достав из кобуры штатный парализатор, Марк осторожно, вымеряя каждый шаг, начал приближаться к почему-то грузовому отсеку, люк которого был открыт, хотя Марк всегда держал его закрытым.

(И почему же грузовой отсек?..)

Вскочив на ноги, он вскинул парализатор, но никого в помещении не увидел. Тут лежали ящики со старым снаряжением, какой-то мусор, арматура и разбросанные детали инструментов. «Мда, надо бы прибраться», - между делом подумал Марк, водя стволом парализатора из стороны в сторону.

(Самое время для уборки...)

Это означало то, что еще пара ударов – и суперкорабль главнокомандующего земного флота, который в это самое время уменьшался с катастрофической скоростью, разлетится на куски.

(Как будто уменьшался суперкорабль, а не флот)

Смесь ужаса, отвращения и одновременно восхищения овладела командиром «миротворцев».

(При слове "овладела" представляется что-то пошлое)

– Боюсь, в следующий раз здесь объявится целая рота марсиан, - поморщился головой Вили.

(А вы попробуйте поморщиться головой)

Марк сидел в своем кресле в рубке управления «Звездного Ветра» и обливался холодным потом, будучи в полном неведении о происходящем.

(Представляются какие-то водные процедуры с участием холодного пота)

Это конец, - мысль об окончательном поражении острым клинком засела в сердце полностью поседевшего и разом постаревшего на сто лет йотуна.

(Окончательное поражение острым клинком в сердце)

Марк подлетал к Земле, и его короткий ежик темных волос стоял

дыбом, не желая принимать действительность.

("Хозяин, я отказываюсь в это верить!" - воскликнул ежик его коротких волос...)

Системы корабля отказывали одна за другой, внутри корабля что-то бухало, падало, искрили провода, из труб вырывался горячий пар.

(что-то бухАло...)

Внезапно Марк оцепенел похолодел съежился охренел офигел офонарел обалдел кольнуло сердце покрылся холодным потом, страшная мысль промелькнула у него в голове…

(выбирал нужное слово, получилось забавно)

Ладно, ты держись тут, а мне надо найти наших девочек.

(Похоже на мем "Вы тут держитесь, и всего вам самого хорошего")

При этих словах сердце Марка от радости чуть не вырвалось из груди и не прыгнуло на грудь Аввакума.

(В продолжение частей тела, живущих собственной жизнью)

Из глаз Лин тут же брызнули слезы, а Карен бросилась к Марку на шею.

("тут же брызнули слезы" - представляется какой-то водяной пистолетик, намочивший Марка)

– Папочка заставил нас беспокоиться, - притворно нахмурилась Лин, не в силах удержать улыбку сквозь слезы счастья.

(Судя по этой короткой и крайне недостоверной фразе, включенной в сцену встречи семьи на Ковчеге, Лин получалась форменной дурой, а Марк - унылым подкаблучником)

– Да, столица Атлантиды, как, вероятно, и множество других прибрежных городов, канула в пучине вод, - жуя сочную отбивную и запивая ее кефирным напитком, ответил Марк.

(Как будто рассказывает о фильме, жуя попкорн)

– А как же наш дом? Кузя тоже умер? – требовательно спросила Карен, ее глаза дрожали.

(Глаза дрожат обычно у каких-нибудь анимешных девочек, в реальности требуется другой оборот речи)

Лин печально погладила рукой по голове дочери.

(Погладила рукой - очень важное уточнение, а то ведь еще много чем можно погладить...)

– Милая, папе нужно спасать людей, которым сейчас очень плохо, - Лин печально погладила дочь по голове. – Хотя так не хочется, чтобы ты уходил…

(Лин тут явно не хочет, чтобы уходил дочь)