Радость от ума
Шрифт:
– Давай пей, Максимка. Провожаем твою негритянскую природу. Ты бы, Виктор Петрович, пока еще можно повернуть, посоветовался бы с женщинами. Женщины всегда скажут - как лучше.
Виктор Петрович налил девушкам еще.
– Что скажете, девушки? Что мне делать?
– Как же ты их можешь спрашивать, обезьяна ты несчастная, если они не видели твою светлую половину?! Покажи им!
– Как-то неудобно, - пожал плечами Агапов.
– Неудобно будет, когда ты станешь не тем, кем хочешь! Вот тогда будет неудобно!
– Странные какие, - сказала Лена.
– Может смоемся?
– А где мы потом такое увидим? Интересно же!
Из кухни закричал Агапов:
– Де-ву-шки! Все готово! Идите сюда!
В кухне на веревке висел пододеяльник. За пододеяльником ходил туда-сюда негр Агапов. Его голые ноги были совершенно белые и волосатые. Агапов курил папиросу.
– А где Павел Андреевич?
– спросила Таня.
– В туалете, - ответил негр.
– Вы считаете - осветляться мне дальше?
– Трудно сказать, - сказала Лена.
– Надо подумать, - сказала Таня.
– Ну, идите, подумайте, - сказал Агапов.
Девушки вернулись в комнату.
– В жизни ничего подобного не видела!
– сказала Лена.
– А ты не хотела оставаться!
– сказала Таня.
– Давай выпьем пока.
– Де-ву-шки!
– позвали из кухни.
– Идите сюда!
На кухне за пододеяльником ходил Шамузов с черными ногами.
Девушки открыли рты.
– Я хочу открыть тайну, - сказал Шамузов.
– На самом деле, врачи еще не знают способа делать из черных белых. Это можно сделать только путем пересадки участков кожи от одного к другому. Мы меняемся с негром Агаповым участками кожи. Таким образом он постепенно превращается в белого, а я в цветного.
– А зачем вам-то это нужно, Павел Андреевич?
– Подойдите поближе. Пока Виктор Петрович в туалете, я вам расскажу. Я должен Агапову кучу денег. И он заставил меня меняться кожей...
– Шамузов уронил голову.
– Ужас какой!
– всплеснула руками Лена.
– Не переживайте, - сказала Таня.
– У нас к неграм хорошо относятся.
– Не утешайте меня,- сказал Шамузов.
– Не хочу быть негром!
– И зарыдал.
– Ну что вы так, - сказала Таня и погладила Шамузова по щеке.
– Вам даже идет, мне кажется...
– Вы, правда, так считаете?
– Конечно. Мало что ли на земле цветных, которые живут нормальной жизнью?
– Урожденных цветных, - уточнил Шамузов, показывая на туалет пальцем.
– Одно дело - родиться обезьяной, другое дело - превратиться в обезьяну из человека! Меня перестанут узнавать на улице. Я потеряю всех своих друзей и девушек! Как я, по-вашему, стану всем объяснять - почему я негр, если мама-папа - белые?! И все мои предки деревенские
Лена погладила Шамузова по подбородку. Шамузов чихнул.
– Бед-нень-кий, - сказала Лена.
– Все нормально... Хотите, я могу поговорить с моими друзьями?
– Какими друзьями?
– Ну, моими друзьями... Они не любят всяких таких нечистых... Они учились в Киеве и линчевали там кубинца.
– Врут, небось...
– Не врут. Про это в газете писали. Они газету принесли. Читала, говорят, про нас? А там написано: "СЫНА ОСТРОВА СВОБОДЫ ПОВЕСИЛИ НА ПЛОЩАДИ ВОССТАНИЯ". Наша работа, - говорят, - у нас длинные руки... Я их, в принципе, могу попросить разобраться...
– Это замечательно... Ой!.. О лучшем я и не мечтал!.. Только побыстрее попроси, пока я еще хоть сверху белый... Ой!
– Шамузов зашатался и ухватился за веревку.
– Что с вами?!
– воскликнула Таня.
– Что-то ноги не стоят... Идите, девушки, в комнату, пока негр не пришел!
В комнате Лена сказала Тане:
– Мне его жалко... И больно, наверное, кожу пересаживать... Вот фашист этот негр!
– Везде негров угнетают, а у нас как всегда - наоборот! Представляешь, Лен, твой парень вдруг стал черным?
– Кошмар! Стасик черномазый! Хи-хи!
– Я в школе читала, как один белый случайно стал черным. Ужас, что ему пришлось пережить! Белые его унижали и чуть не повесили.
Из кухни позвали:
– Де-ву-шки!
Таня и Лена пошли на кухню.
За пододеяльником стоял негр Агапов.
– А где Шамузов?
– спросила Таня.
– В холодильнике. Я его задушил, чтоб не болтал языком.
– А где же вы теперь возьмете белую кожу?
– Сниму с трупа.
– Вас же за это посадят!
– Не посадят. Я разведчик высшего класса! Когда я заметаю следы, я меняю все - отпечатки пальцев, кожу и группу крови. У меня уже даже есть паспорт на имя белого человека.
– Агапов показал девушкам паспорт Набалдажников-Напалкена Рафаэля Ипатовича.
– Зачем же вы нам все это рассказываете?
– Потому что теперь вы знаете про меня слишком много, чтобы остаться в живых!
– Негр показал зубы и посмотрел вниз.
Таня схватила табуретку и ударила негра Агапова по голове.
Негр упал назад.
– Вот тебе, черт нерусский!
Таня обернулась к Лене. Лена, вытаращив глаза, смотрела вниз. Внизу за пододеяльником продолжали стоять белые ноги негра Агапова. Таня размахнулась и ударила табуреткой по ногам.
– Ой! Ой!- закричали ноги.
Лена сорвала пододеяльник. За пододеяльником на полу сидели в одних трусах Шамузов и Агапов.
– Вы что, девки, обалдели?!
– закричал Шамузов, держась за ноги.
У негра Агапова на лбу вздулась большая шишка.