Ради тебя
Шрифт:
Неуверенными и маленькими шажками я подошла к своему классу. Все дети были такие же нарядные и красивые, но у каждого в глазах читался страх и неизвестность того, что же будет дальше. Тут ко мне подошла невысокого роста чуть полноватая женщина.
— Здравствуй, красавица, тебя как зовут? — от учительницы веяло теплотой и заботой.
— Анастасия, — слегка смущаясь, ответила я.
— Анастасия, а где твои родители?
— Вон там стоят, — развернувшись и показав пальчиком на маму и папу.
— Отлично, идем со мной, — взяв меня за руку, учительница повела меня в сторону родителей. Подойдя к маме и папе, она приветливо произнесла. —
— Здравствуйте, — вместе ответили родители. — Очень приятно познакомиться. Меня зовут Юлия Александровна, папу нашего Максим Анатолиевич, — добавила мама.
— Вы простите, ради Бога, но у нас ЧП, — затараторила учительница. Родители мои тревожно переглянулись и вопросительно посмотрели на Ольгу Константиновну. — Понимаете, девочка, которая должна была звонить в колокольчик, ну, то есть первый звонок для первоклашек, в общем, ее нет и не понятно, где и когда она будет и будет ли вообще. Времени у нас мало, а девочки нет. Тут я увидела Анастасию и подумала, может она, захочет, она такая солнечная у вас девчушка, и банты ее просто прелесть.
— Фух, вы нас напугали, мы уже думали, что-то серьезное произошло, — выдохнув, папа присел на корточки и обратился к мне. — Рыжуль, справишься? Ты у меня вон какая большая уже и честь какая огромная. Будешь сама звонить в колокольчик, объявишь всем первоклашкам об их первом уроке. Ну, как тебе идея, а? — папа говорил так уверено и с такой гордостью, мне.
— Конечно, папуля, — чмокнув родителя в щеку, я обратилась к учительнице. — Я готова.
— Очень хорошо! У вас смелая девочка и очень очаровательная. Кстати, не забывайте, что потом у нас родительское собрание. Ну, что пошли? — сжав слегка руку, как бы подбадривая, Ольга Константиновна повела меня в сторону, где стоял высокий, и как казалось мне, очень взрослый одиннадцатиклассник.
Через определенное время, дождавшись, когда учительница подаст сигнал, меня торжественно посадили на плечи выпускнику.
— Право дать первый звонок предоставляется ученице 1- А класса Литвиновой Анастасии и выпускнику школы, ученику 11 — Б класса, Тарасенко Григорию, — торжественно произнесла ведущая.
Настала тишина. Я со всей силы затрясла колокольчиком, оповещая таким образом всех о том, что для кого-то настал первый в его жизни урок, для кого-то этот звонок означал лишь, что лето закончилось и начался опять учебный год, для выпускников он был по — своему первым и последним. Улыбка озарила лицо, когда проходя мимо родителей, я увидела, как мама шлет воздушный поцелуй, а папа, подняв палец вверх, показывает класс, и еще выше подняла руку и еще звонче зазвонила в колокольчик. Когда торжественная часть закончилась, все ученики прошли в свои классы. Родители тоже направились посмотреть на первый место учебы своих чад.
Как только зашла в класс, мимо меня пронесся мальчик и больно дерганул за хвостик, я успела только ойкнуть, но тут вдруг рядом пролетел чей-то портфель и попал этому мальчику в голову.
— Света! — подбежала женщина и схватила темноволосую девчушку за руку. — Я же тебя просила. Ну, посмотри на себя, на кого ты опять похожа, — судя по всему, эта была мама этой маленькой разбойницы.
И вправду, вид у нее был странный: бант висел всего на одной пряди волос, форма помятая, один гольфик спущен.
Послышался плач мальчика, который получил портфелем по голове от, как уже поняла,
Я её почему — то боялась, но, посмотрев соседке по парте в глаза, сразу перестала волноваться, в ней я увидела что-то родное и очень близкое.
— Спасибо большое, — прошептала ей на ухо, — меня Настя зовут.
— Пожалуйста, ты обращайся, если что, а то эти мальчишки такие наглые, а ты, я смотрю, сдачи не можешь дать. Ну, ничего я тебя буду защищать, — и, помолчав пару секунд, добавила. — А меня, кстати, Света зовут, фамилия моя Бубновская. А твоя?
— А моя Литвинова, — я улыбнулась и с этого момента поняла, что теперь у нее есть подружка и личный охранник. — У тебя такая фамилия интересная, Буба….как ты говоришь?
— Не Буба, а Бубновская, хотя можешь меня и Бубай называть. Тебе разрешаю. Ну, что, подруга, дай пять? — она протянула свою маленькую ручку, и я положила свою.
***
— Помню, разве такое забудешь? — закатив глаза вверх и скорчив недовольную гримасу, ответила я.
— Не поняла, то есть тебе еще что-то не нравиться? — упер руки в боки, удивилась Буба.
— Не нравиться! Привязалась за мной и никак не могу от тебя избавиться, — показав язык и развернувшись к зеркалу, сделала последние штрихи в своем макияже.
— Так я тебе и поверила. Ты же не сможешь без меня. Вот скажи, кто тебе будет варить еще такой вкусный борщ, как я? С кем ты пойдешь в клуб и нажрешься там коктейлей, а потом будешь петь на лавочке под окном в три часа ночи «Я свободен»? Кто будет бить какого-то хмыря, который захочет тебя облапить, как тогда в парке? Кто будет шлёпать тебя по попе как не я? О, моя дорогая, я тебе еще не припомнила того таксиста, которого ты хотела пьяная…
— Так стоп, хватит! Ты, ты и только ты! — перебила я и выставила руки вперед, как бы защищаясь. — И вообще, забудь ты того таксиста. Сколько можно? А то я всем твоим хахалям расскажу, что ты борщ умеешь готовить.
— Только попробуй, я тебе глаз выколю, — схватив со стеклянного столика ножнички и направляя на меня, пригрозила она. — Хочешь быть одноглазой, а? Кстати, по поводу твоей попы, я, конечно, ее люблю, она у тебя такая кругленькая и сексуальненькая, но не пора ли подыскать себе другую руку, которая будет её массажировать? Ну, например: такая мужская крепкая ладонь с красивыми пальцами и аккуратным маникюром. И чтобы были сильные накаченные руки. Твою попу ещё на руках носить придется. И запомни: маникюр обязательно, нафиг тебе мужик с обгрызенными кутикулами, правда?
— Во-первых, я тебя не прошу трогать мою попу, это у тебя, видно, рефлекс выработался, как только ты меня видишь — обязательно надо по попе шлепнуть. Во-вторых, я не нуждаюсь ни в чьем рукоприкладстве к моей попе, я тебя ещё не отучила от неё, — уже смеясь, ответила я. — И, в-третьих, за своей попой следи. Как там твой Антоша? Еще живой?
— Кто? Антоша? А, та ну его, задолбал он меня. Скучно с ним и неинтересно, — развалившись на кровати и потягиваясь, добавила Света. — Не для меня эти сюси-пуси. Тем более, он начал намекать на то, что хочет детей, свадьбу и всю эту туфту. Ужас! А ты же знаешь, под венец я никогда и не за что не пойду. Не для кухни я создана, а для бурного и классного секса!