Ради Елены

Джордж Элизабет

— У вас запарка?

Шихан схватил три бумаги с полки, сунул их вместе с папками под мышку и прошагал в свой кабинет. Линли и Хейверс проследовали за ним.

— Этот инспектор из Хантингдона не дает мне прохода со своей так называемой стратегией «обновленных общественных отношений», — это чтобы впредь вы, ребята, реже мозолили глаза университетским шишкам. У меня здесь похоронное бюро, родители требуют тело Елены Уивер через каждые пятнадцать минут. А сейчас еще.. — Шихан посмотрел на пакет, которым помахивала Хейверс, — вижу, вы мне еще что-то принесли.

— Одежду

на экспертизу, — ответила Хейверс, — нужно убедиться, совпадают ли волокна этих вещей с найденными на теле. Если ответ будет хоть сколько-нибудь положительный, тогда, возможно, мы на правильном пути.

— И арестуете кого-нибудь?

— Похоже на то.

Шихан мрачно кивнул:

— Как же мне не хочется давать этим двум непримиримым молодцам еще один повод к драке, но ничего не поделаешь. Они грызутся из-за орудия убийства со вчерашнего дня. Может, это их хоть как-то отвлечет.

— Они так и не решили ничего? — спросил Линли.

— Плезанс решил. Дрейк не согласен. Он не подписывает отчет и со вчерашнего дня все тянет и тянет и не звонит в Лондон. Профессиональная гордость, знаете ли, не говоря уже о вопросах компетенции. Сейчас он боится, что Плезанс прав. За скоропалительное увольнение парня ему придется туго, вот он и медлит, потому что признать правоту парня ему тоже нелегко.

— Шихан бросил папки и бумаги на стол, на страницы из принтера. Он покопался в верхнем ящичке своего стола и вытащил пачку мятных конфет. Угостив Линли и Хейверс, Шихан опустился в кресло и ослабил галстук. За дверью на столе Эдвины зазвонил телефон. Но Шихан проигнорировал его.

— Любовь и смерть. Добавьте гордости, и с вами покончено, я прав? — сказал он.

— Дрейк не хочет только вмешательства Лондона или вообще любого постороннего вмешательства?

В приемной секретаря с удвоенной силой зазвонили телефоны. Но Шихан не обращал на них никакого внимания.

— Дрейка бросает в дрожь при мысли, что на помощь ему должны прийти настоящие специалисты из Лондона. Один факт вашего здесь присутствия ставит на уши весь уголовный розыск. И Дрейк не хочет, чтобы то же самое случилось в отделе экспертизы, где и без того Плезанс вот-вот выйдет из повиновения.

— Дрейк не будет против человека, не имеющего отношения к Ярду? Если этот кто-то взглянет на тело и поработает с Дрейком и Плезансом бок о бок, а потом они все вместе составят отчет?

Лицо Шихана напряглось от интереса.

— Что вы задумали, инспектор?

— Как насчет независимого эксперта?

— Не годится. У нас нет средств, чтобы платить посторонним.

— Вам не нужно будет платить.

Кто-то забежал в приемную и прерывающимся голосом ответил на телефонный звонок.

— Мы получим нужную информацию и обойдемся без специалистов из Лондона, которые своим присутствием дадут всем понять, что компетенция Дрейка под вопросом.

— И что потом, когда на суде им придется давать показания, инспектор? Ни Дрейк, ни Плезанс не станут давать показаний, которые не являются их собственными.

— Если они будут ассистировать и согласятся с мнением эксперта, то станут.

Шихан в задумчивости

покатал мятной упаковкой по столу.

— Можно это организовать без лишнего шума?

— Так, чтобы только Дрейк и Плезанс знали, что эксперт за главного? — Когда Шихан кивнул, Линли Продолжил: — Дайте мне телефон.

Из приемной послышался женский голос, робкое «суперинтендант?». Шихан поднялся, вышел к женщине-констеблю, которая отвечала на телефонный звонок. Пока они разговаривали, Хейверс повернулась к Линли:

— Вы подумали о Сент-Джеймсе? Вы считаете, он сможет приехать?

— Быстрее всех остальных. И без всяких бумажек, без всякой политики. Нужно молиться, чтобы в ближайшие дни его никуда не вызвали на освидетельствование.

В это время в кабинет ворвался Шихан, подлетел к металлической вешалке, где висело его пальто. Он сгреб пальто в охапку, схватил пакет, который лежал на стуле рядом с Хейверс, перекинул его женщине-констеблю, которая побежала вслед за ним к двери.

— Проследите, чтобы этот пакет отправился к ребятам на экспертизу, — бросил ей Шихан и посмотрел на Линли и Хейверс, — за мной.

Линли все понял по выражению лица суперинтенданта. Такое лицо он видел уже тысячу раз. Линли и сам ощущал, как застывает в мрачной злобе, если ему сообщают о преступлении.

Поэтому, поднимаясь, он уже был готов к словам Шихана:

— У нас еще тело.

Глава 15

Завывая сиренами и сверкая сигнальными огнями, две патрульные полицейские машины во главе целого кортежа неслись к деревушке Мэдингли, что к западу от Кембриджа, прорываясь сквозь Лэнсфильд-роуд, летя по Болотному шоссе и вверх по Бэкс. Студенты оборачивались им вслед, велосипедисты выскакивали на тротуар, облаченные в черные мантии преподаватели останавливались по дороге на лекции.

Малолитражку Хейверс с обеих сторон зажали машина Шихана с сиреной и вторая патрульная. Следом мчался фургон с экспертами-криминалистами и рядом «скорая» в тщетной надежде, что «тело» не обязательно значит «мертвое».

Кортеж взлетел на эстакаду над шоссе МП и пронесся мимо скопища деревенских домиков. Выехав за пределы Мэдингли, машины последовали Друг за другом по узкой дороге. Фермерские угодья начинались всего в паре километров от Кембриджа — довольно резкая смена пейзажа. По границам полей, недавно засеянных озимыми, тянулись заросли боярышника, шиповника и падуба.

Кортеж свернул возле трактора, наполовину съехавшего с дороги, на его гусеницах кусками засохла грязь. На тракторе стоял человек в пиджаке размера на два больше, чем нужно, воротником он закрыл уши и весь сжался, защищаясь от холодного ветра. Человек помахал рукой и спрыгнул на землю. Позади трактора лежала сильно смахивающая на колли собака, услышав отрывистую команду хозяина, она тут же вскочила и подбежала к нему.

— Сюда.

Человек, представившись Бобом Дженкинсом, указал на свой дом примерно в четверти мили от трактора, дом находился в стороне от дороги, недалеко от него расположился амбар и другие служебные сооружения, а за ними поля.