Рабыня колдуна

Сербжинова Полина

– Ммрряу, – кот округлил глаза и снова лизнул ей ладонь.

– Ой, Сарт, вот только не рассказывай, что ты в таком виде человеческой речью не владеешь, – Кира почесала оборотня за ухом, отчего тот начал щуриться, и урчать, – Я же с Филли разговаривала, даже, когда он на подушку похож, пёстренькую такую, с вылезающими перьями.

– Ну, вот, всё испортила, – кот демонстративно зевнул во всю пасть, демонстрируя приличные клыки.

– Я одного не пойму, почему и ты и птичка ушастая меняете свой облик настолько быстро. Насколько я помню,

трансформация – это дело не одной минуты, да и вид при этом не самый привлекательный, – девушка выглянула из окна, не обращая внимания на то, что почти легла грудью на голову зверя.

Взгляд пумы масляно прошёлся по шее и плечам рабыни.

– А потому, – перед окном появилась ещё одна очень хорошо знакомая фигура, и девчонка вспыхнула, – что у меня возник острый приступ сердобольности к несчастным оборотням. Вот решил несчастным подранкам свою кровь перелить, точнее, ритуал один задействовать. Теперь они из облика в облик, как зайцы, скачут и не морщатся.

– Ааа, – Кира завертела головой, разыскивая халат. Он, как нарочно, висел на вешалке около двери.

– Да чего уж там, – не очень вежливо прошипел колдун, пытаясь отпихнуть кота, вцепившегося в доски подоконника, – можешь не одеваться. Вот только я отсюда этого подглядывателя уберу.

– Не толкайся, – обиделся Сарт, – она сама сказала, что рабыня, а не твоя невеста, значит, могу рассматривать. Тем более, что в этом обличье я только ласковая киса, а, значит, она вполне может меня не смущаться. Котиков не смущаются, их гладят.

Девушка, наконец-то добравшаяся до халата, надо сказать, очень кокетливого с оборочками, поспешно натянула его на себя. Двое за окном продолжали усердно пихать друг друга.

– Брысь, оба, – взвизгнула девчонка, – Или вы считаете, что я должна прямо перед вами переодеваться.

Компания в саду переглянулась и единодушно пристроилась к подоконнику. Ситуация складывалась довольно комичная. Кира сама хихикнула, прикрыв рот ладошкой. Дожила – тёмный и оборотень друг друга толкают, чтобы подглядеть за девчачьим переодеванием.

– Ну, пожалуйста, – девушка умоляюще сложила руки, не хотелось закрывать окно.

Сердито пыхтящие подглядыватели устыдились и исчезли, направившись на террасу. Кира, тихонько напевая, вертелась перед зеркалом, определённо ей почти всё нравилось. Рабский браслет – да, наплевать, не настолько уж он её и ограничивает, да и прямого подчинения она там тоже так и не нащупала. Вот только стоило бы выбрать время и постараться разобраться с другими плетениями, которые образовывали узорчатую многоцветную сеть. А почти, потому… да, потому, что она никак не могла разобраться с собственным отношением к колдуну-полудемону.

Светлое муслиновое платье пришлось тоже впору, и девушка подивилась намётанному глазу домовихи, которая успевала и за домом присматривать и одежду шить. В мыслях внезапно появился тот звонок, который отвлёк Дамира, ведь сегодня ему идти в одиночку к старому колдуну. А вдруг… Терять

хозяина не хотелось. Дамир не боялся тёмного мага, но открыто признавал и его опыт, и силу. Это рискованно. Ах, как это рискованно! Постаравшись выбросить пока эти мысли из головы и оставив разговор на вечер, Кира уже без настроения поплелась на кухню.

Все трое мужчин уже ждали её за столом. Первоначальная идея завтрака на террасе отменилась, после дождя стояла сырость.

– Кирюша, чего вдруг погрустнела? – Дамир, не глядя на неё, сам разливал чай.

– Да вот, о твоей прогулке в зубы к тёмному думаю, – девчонка отвернулась к окну, не желая, чтобы хозяин разглядел в её глазах не только беспокойство, но и очень-таки живой интерес к собственному рабовладельцу.

– Кирюша, – восхищённо протянул мужчина, привставая и наклоняясь, – да неужели я тебе не безразличен, а?

– Ну… вот… к тебе я уже привыкла, и менять хозяина не желаю, – выпалила Кира, чуть розовея от мысли, что её уловка не удалась.

– Конечно, я и не сомневался, – лукаво усмехнулся колдун, опускаясь на своё место и продолжая уплетать блины с творогом и ягодами, – Девочка, не забивай себе голову такой ерундой, всё будет в порядке. Во всяком случае, я могу гарантировать, что Хавсан никогда не причинит тебе ни малейшего вреда.

– Да причём тут я, – возмутилась девушка, – Он опасен, а ты говоришь о встрече с ним, как об обычной прогулке в лавку.

– Кирюша, – терпеливо повторил Дамир, – у меня складывается впечатление, что ты меня как мага и бойца ни в грош не ставишь…

Кира прикусила губу, из-за того, что хозяин проявлял к ней слишком много заботы и участия, она на самом деле перестала воспринимать его как представителя тёмного ремесла.

В дверь забарабанили, и девчонка просто подскочила на стуле от неожиданности.

– Кого там принесло? – Лизабета поспешила ко входу, недовольно колыхаясь пышной фигурой.

Кира прислушалась, похоже пришёл курьер или посыльный из магистрата, из холла доносилось недовольное шипение домовихи и виноватый мальчишеский говор.

– Дамир, – Лизабета вплыла в кухню, – по тебе наш градоправитель соскучился, и начальник тюрьмы вместе с ним.

– Что опять? – колдун торопливо отхлебнул чая и поднялся.

– Не то побег, не то поймали, – домовиха пожала плечами и ушла в дальний угол, где стояли корзины с картошкой и луком.

– А ты тут при чём? – девушка тронула за руку тёмного.

– Так это же моя работа, – изумился Дамир, – Или ты считаешь, что колдуны всё больше по пакостям? Нет, милая, и кладбища успокоить, и духов приструнить, и беглых поймать. Бывает, что и наказать, вот здесь всё тёмное ремесло на головы виновных.

Пока Кира пыталась собрать мысли в кучу и сообразить, что тёмные – это те же городские маги, и разницы со светлыми тут никакой нет, если только работы побольше; колдун накинул безрукавку, застегнул пояс и, погладив по плечу Лизабету, ушёл.