Рабы свободы
Шрифт:
– ...прилетевшие вчера...
Новости трубили на все голоса, что они обвиняются в терроризме, голографическая проекция по очереди демонстрировала три лица: Эллен, Макс Отто, Джосф.
– Космическое сафари, – наложился усреднённый на голос диктора, – интересует?
Как вас найти?
Вопрос неправильный. Вторая попытка. Предпоследняя.
Что нам делать?
Уже лучше. Для начала приготовьтесь к марш-броску.
Всегда готовы.
Браво, бойскауты. Ждите, ребятишки, я на подходе.
Пункт одиннадцатый
МИР: АРЛИНГТОН И ОКРЕСТНОСТИ
(дата:
– ... в шестнадцать тридцать пять. Это уже двадцать третий взрыв за последние часы. Полное впечатление, что Катарсис находится в состоянии войны. Сегодняшний день унёс уже пятьдесят две жизни, плюс около двух сотен раненых... Шериф города объявила в розыск прибывших недавно лиц, подозреваемых в причастности к происходящим терактам. Это некто Макс Отто Эмберг...
Эллен выключила звук.
– Твари, – сказала она зло. Жизненные силы, резкий упадок которых она испытала после того, как оборвалась связь с Мы, постепенно восстанавливались. Выяснилось, что какое-то время вполне можно протянуть и БЕЗ ставшего привычно-неотъемлемым ощущения единения с КЕМ-ТО неизмеримо большим, чем Я. Непреходящее чувство, благодаря которому она с момента приобщения совершенно спокойно воспринимала будущее. Смерть больше не маячила впереди жутким силуэтом постоянно занесённого палаческого топора. Когда эта уверенность в будущем внезапно пропала после космического прыжка сквозь внемер, Эллен испугалась так сильно, как никогда в жизни. Именно это было самым страшным, а вовсе не потеря постоянного подключения к неисчерпаемым интеллектуальным и силовым ресурсам Мы...
И всё же возвращение в автономное Я оказалось не настолько скрученным кошмаром, каким мерещилось. Спустя двое-трое суток индивидуальное существование стало вполне терпимым процессом. Правда, терпимость базировалась на осознании того, что она вернётся В СЕМЬЮ. Обязательно. Рано или поздно. Без этой святой веры её силы вряд ли восстановились бы...
Экран вслед за лицом Макса продемонстрировал черты её текущего облика сероглазой шатенки с высокими характёр-ными скулами, затем показал каменную физиономию Джосфа. Эта картинка получилась особенно впечатляющей – подредактированная репортёрами суровая «красота» здоровяка могла напугать кого угодно, а маленьких детей довести до энуреза.
Не успели появиться, а уже затерроризировали целый город. Ну даём...
Да-а, выпасли и подставили нас виртуозно, – согласился Джо.
Что посоветуешь? – спросил Макс её телохранителя, который за время пребывания вне пределов цивилизации превратился в настоящего эксперта по третьим мирам.
Думаю. Самое хреновое, что яхту нашу конфисковали. Был бы у нас хотя бы везделёт...
И что? До первого залпа. Влёт поджарили б нас.
Тогда почему они нас ЗДЕСЬ не трогают? Сутки уж как сидим, носов не кажем, и никаких гостей незваных. Званых тоже. Куда японец-то наш запропастился?.. Непонятно мне. Странно. Сидим как на острове, никому и даром не надобные, а тем временем под
Выжидают в засаде. Когда носы высунем? – предположил Макс.
Не раньше, чем Избранный появится, – напомнила Эллен. Ночью оба её мужчины уже разок чуть было не уговорили её «рвать когти» пешим ходом. Вовремя опомнилась и мужчин остановила.
Если этот чёртов китаёза жив останется. – Джо изначально проникся к Японцу недоверием.
– Его не тронут, – заверила Эллен. Скорее сама себя, чем...
– Почему ты так в этом уверена? – спросил Макс.
Ты сам подумай. Кроме него никто не готов вести к мифу. Не одни мы ищем, теперь я сообразил. – Вместо Эллен ответил Джо.
М-д-а, миф... Миф. Кто-нибудь хочет кофе? – Макс обвёл взглядом Эллен и Джосфа.
– Хоть в чём-то у нас нет недостатка, – улыбнулась Эллен.
Ну почему? Ещё оружия у нас завались, на батальон хватит, – не согласился Макс.
Завари, завари. Кофе у вас с Джо получается гениально. В этом вы как братья-близнецы...
Пойду проверю периметр, – сообщил Джо. Чуткий слуга понял, что ей необходимо побыть одной.
Эллен сидела на диване, поджав под себя ноги. Когда мужчины скрылись за дверью, она опустила веки и погрузилась глубоко в себя. С виду – о чём-то задумалась, что-то вспоминала.
На самом деле она вновь и вновь пыталась ПРОБИТЬСЯ. Иногда случалось, что сегменты связывались с семьёй издалека, очень издалека, с миров, по-настоящему неблизких пространственно. Но прохождение канала было нестабильным, пунктирным. Эллен надеялась, что ей удастся прорваться хоть на миг. ОБМЕН «информация на энергию» очень существенно подпитал бы её, придал недостающей силы. И она придумала бы, как вырваться из ловушки, в которую загнала себя и спутников, не послушавшись совета Джо, просившего остаться на борту «Пурпурнейшего Солнца».
Её подвело то, что она разучилась полагаться только на свою память. За годы, прошедшие после слияния, она слишком привыкла рассчитывать на сверхразум семьи, который всегда подскажет, всегда поможет, всегда вытащит из дерьма...
О, если бы удалось провести экстренное совещание с «советом комиссаров», куда и девалась бы её растерянность!
Положение сложилось более чем критическое.
Неведомым «друзьям» удалось обложить их наглухо.
Это не поддавалось осмыслению индивидуальным разумом, убогими ресурсами которого она вынужденно довольствовалась. Кто такие? Откуда взялись? Судя по всему, действовала мощная военизированная организация, фактически нелегальная армия, о существовании которой Я-Мы даже не догадывалась.
В противном случае – давно попыталась бы влить в себя.
Либо договориться, как в своё время с равновеликими.
Создание разветвлённой секты могло быть по силам лишь исключительным, экстраординарным личностям (если пока исключить рождение ЕЩЁ одной сверхсущности), обладающим не менее исключительными экономическими и политическими возможностями. Все же, кто располагал более-менее серьёзными силами – были прекрасно ведомы мультипамяти Я-Мы...
Оставались ещё две версии; любая их них, на выбор, ПУГАЛА.