Рабы свободы
Шрифт:
Что, что случилось?! – обеспокоено спросила Эли. – Вы не ранены?
Ранен. Прямо в сердце... я-то, наивный, свято верил, что у человечества имеется хотя бы призрачная, но защита... Знаете, кто ЭТО?
?!
Генерал-прессер. Я его знаю, было дело, встречались. Руководитель одного из региональных представительств.
Всё-таки ПРЕС-С?! – По другую сторону лежащего на полу «языка» упал на задницу и Макс Эмберг.
.. Тоннель аккуратно и почти неслышно засыпали, расположив по стенам
Эллен касалась обнажённой руки захваченного прессера, но слияния не свершилось. Один из яростных гонителей её семьи очнулся, но молчал как легендарный Партизан. Убивать себя тоже не спешил. Если в него и был заложен детонатор самоликвидации на случай пленения, то покамест не сработал. На все вопросы Японца и Джо ответом было лишь молчание. Взгляд у захваченного убийцы был пустой, совершенно ничего не выражающий. Зрачки не двигались. Неясно было даже, реагирует ли он на присутствие других живых существ. Действием «зуботычины» такое состояние не обуславливалось. Что-то другое ввергло «языка» в транс.
ЗОВ он не почувствовал. Никакого слияния в одно касание с ЭТИМ эгоцентристским существом не произошло. Он был совершенно ЗАКРЫТ. Так иногда закупоривает себя Макс, наглухо, и тогда она перестаёт ощущать его энергетическую волну.
Пытать его, что ли... – вздохнул Джо.
Бесполезно, – сказал Японец. – Хотя мне Камерон дал кое-что... этакое, на всякий случай. Сказал, дескать, чем только люди с ним за ответы ни расплачиваются. Штука убойная, действительно на крайний случай, но можно попробовать...
На самом деле, лично я только одно хотел бы у него узнать, – сказал Макс. – Если бы этот изверг соизволил открывать пасть, я бы хотел услышать... зачем было убивать всех этих людей?
Внезапно глаза пленника ожили. Зрачки среагировали. Неужели Макс ухитрился задать ПРАВИЛЬНЫЙ вопрос???
Людей мы не убиваем. – Голос у пресс-генерала был тихий, но уверенный. – Это не люди. Люди порядок не нарушают. Закон не преступают.
А кто, сектанты?! – дёрнулся к пленнику Макс. – Это был обычный криминалитет, при чём тут ЯМА?! Не ангелы, согласен, но ведь...
Да, не сектора. Но и не люди. Элемент нарушения порядка. Враги системы, – отрывисто ронял прессер.
Кому на хрен нужен порядок, выращенный на крови?!
Всем. Всегда. Слабость рождает хаос. Сила не боится давить врагов.
Ага, конечно! Железный порядок. Всех в один строй, а тех, кто не хочет, на корм червям.
Не червям. Они нужны для питания МЫ.
Что?.. – Эллен показалось, что она ослышалась. – Повтори!
Но пресс-генерал молчал. Ей он отвечать не желал.
Макс, спроси ТЫ. Нас оно игнорирует.
Разве это секта отель в морг превратила?! – спросил Макс. – Ты переметнулся?! Но ты же прессер был, убеждённый враг секты...
ПРЕС-С и Секта отличаются только средствами борьбы. Техногенные и биогенные орудия. Сказано, мы. Слово секта отжило. Сути не отражает. Ты должен знать. Мы предупреждаем тебя.
Кто
Мы – это мы. Мы повсюду. В секте, в прес-службе, везде. Мы сила порядка. Мы пришли. Для начала мы обезглавим всех конкурентов. Уничтожим лидеров. Президентов, монархов, депутатов, вождей, церковных иерархов, премьеров правительств, боссов мафии, пресс-дирекцию, комиссаров ЯМы. Всех. Индивидуумы присвоили право управлять обществом. Мы отбираем его. Ни малейшего намёка на индивидуальность власти не оставим. Мы предупредили тебя.
Пункт семнадцатый
МИР: ГЛУБОКИЙ ПРАЙВИТ СПЕЙС
(дата: тридцать первое двенадцатого тысяча сто тридцать восьмого)
«В крайнем случае, иногда полезно с самим собой поговорить».
«С умным человеком пообщаться никогда не вредно. В диалоге много чего улавливается из упущенного, не рассмотренного в толще потока сознания. И в результате взаимного обмена если и не отыскивает истина, то по крайней мере сооружается предположение».
«Ты от скромности не помрёшь».
«Весь в тебя. Ещё чего. В мироздании и без того масса возможностей и причин умереть, зачем к ним скромность плюсовать?»
«Согласен. Но давай не сбиваться с главной темы... Это что же получается? Серые кардиналы стоят за королями, но за серыми кардиналами стоят...»
«Белые. А за белыми какие-нибудь синие...»
«Но не может же эта радуга до бесконечности длиться!»
«Надеюсь, нет. Бесконечность вообще категория относительная. Попробуй разберись, что есть бесконечное, а что – достаточно большое, чтобы казаться бес...»
«Да погоди ты, философ внутреннего употребления! Не отклоняйся от темы, не сбивай».
«Департамент внешних сношений – в аппарате личности не самое главное. Внутренняя политика определяет внешнюю...»
«Слушай, ты внутренний голос или внутренняя контрразведка? Замучил...»
«Два в одном, плюс бонус... Так что ты там говорил о силе порядка?»
«Эти легионеры...»
«Не проблема. Это всего лишь дубина в чьих-то руках. Увесистая, опасная, но всего лишь дубина. Некто держит эту дубину в руках... Вот оно, держащее, – настоящая сила. А эти...»
«Не будем вести терминологические диспуты».
«Не будем. Свобода или смерть – вот в чём вопрос...»
«Я как представлю себе масштабы проникновения... пока что проступила только верхушка айсберга...»
«Вот-вот. Стоит им добраться до источника мифа первыми...»
«Об этом даже думать не смей, ясно?! Этого нельзя допустить, любой ценой!»
«Не тупой. Куда уж яснее».
«Конечно, хотелось бы сократить число жертв. Эти несчастные люди в отеле...»
«Эй! Ты мне вот что... ты давай заканчивай эти нравственные терзания. Это для мелодраматических сериалов, может быть, и хорошо. Тебе же надо терзаться тем, как продолжать поиск. Замыслить, как опередить их всех...»