Работа на стороне
Шрифт:
Я клянусь.
Поисковое заклинание держалось, и амулет вёл меня вниз по улице, прямо к «Вриглей». Безмолвный стадион смутно вырисовывался вдали, укрытый серым, холодным дождем. Мыш, по-прежнему ведомый чувством долга, перешел с шага на бег. Внезапно он развернулся и свернул на другую улицу. Я остановился и расстегнул пальник, чтобы посоветоваться с амулетом.
Я был слишком занят, стараясь не дать разрушиться заклинанию. Ощущая сырость, холод и неудобство, я забыл прислушиваться к своей паранойе, что дало Каину
В последнюю секунду я повернул голову и дернулся в сторону, поэтому удар пришелся вдоль виска. Затем была вспышка света и мои ноги подкосились. Я успел увидеть, как Каин снова поднимает и замахивается длинным, белым, грязным атлетическим носком. Он положил в него что-то тяжелое и сделал импровизированный кистень.
Мои берда уперлись в муниципальный мусорный бак, и я подставил правую руку между кистенем и лицом. Защитные заклинания на моем плаще конечно хороши, но они предназначены, для того, чтобы защищать меня от огнестрельного оружия и острых, колющих вещей. Кистень обрушился на моё левое предплечье, которое сразу отнялось.
— Так, это ты украл для Брэддока мой бочонок, чтобы его коричневое медово-корицевое пойло победило? Теперь я собираюсь вытащить его из твоей задницы!
И с радостным, безумным выражение лица, Каин снова поднял кистень.
Он сделал ошибку прерываясь даже на такой маленький диалог, как этот. Если бы он ударил меня сразу же он бы, наверное, вырубил меня. Каин раздумывал достаточно долго, для того чтобы я успел собрать свои мысли воедино. Когда он начал замахиваться, я легким взмахом нижней части своего посоха, ударил его прямо по яичкам. Глаза байкера широко отрылись, а рот распахнулся в болезненном, немом крике.
Этими небольшими житейскими вещами ты дорожишь как сокровищем.
Каин пошатнулся и повалился на бок, но один из его парней выскочил из-за его спины и зарядил мне в челюсть. Само собой я, возможно, не обратил бы внимания на это, если бы Каин не позвонил в мои колокола до этого. Я упал на одно колено и попытался сообразить, что же делать дальше. Кто-то в больших мотоциклетных ботинках ударил меня в живот. Я повалился на спину и ответил ударом каблука в колено. Раздался хруст, щелчок и нападавший упал, завывая от боли.
У третьего парня была монтировка. На магию не оставалось ни времени, ни возможности — я не мог свести воедино глаза, а мысли разбегались. Каким — то удивительным чудом, я принял два первых удара на посох. И затем двести фунтов мокрой собаки врезались в грудь Каиненка номер два. Мыш не укусил его, должно быть, потому что есть вещи, которые даже собаки не захотят тащить в рот. Он просто повалил и вмял его в землю, удерживая без движения. Двое готовы.
Я поднялся как раз во время, в тот момент, когда Каин включился в игру, размахивая кистенем.
Я не думаю,
Каин свалился на землю.
Я стоял, тяжело дыша и отперевшись о посох. Вау, я победил в драке! Чего обычно не происходит, если я не использую магию. Я оглянулся. Мыш выглядел хорошо. Он был занят удержанием одного из нападавших на земле.
— Придурок, — пробормотал я пребывающему без сознания Каину, слегка ударяя его ногой по ребрам. — У меня нет ни малейшего представления, что случилось с твоей долбанной кегой.
— О! — прозвучал женский голос у меня за спиной на чистом, ясном английском, в котором лишь слегка проскальзывал еле заметный немецкий или, возможно, скандинавский, акцент. — Я должна признать, что не ожидала, что вы так хорошо управитесь с ними.
Я немного повернулся, так чтобы следить за лежащими плохими парнями, и поудобнее перехватил посох, когда увидел говорившую.
Это была высокая блондинка — около шести футов ростом, одетая в удобные туфли без каблука. Её строгий, серый, костюм не мог скрыть атлетическое телосложение, которое не делало её менее женственной. У неё были глаза цвета синего льда, волевое привлекательное лицо. В правой руке она держала рюкзак. Я узнал её. Она была консультантом по сверхъестественной безопасности у короля чикагской преступности Джона Марконе.
— Миссис Гард, не так ли? — приветствовал я её, тяжело дыша.
Она согласно кивнула.
— Мистер Дрезден.
Мои руки дрожали, в ушах все еще стоял звон. Приблизительно через час у меня будет шишка величиной с гусиное яйцо прямо посреди лба.
— Я рад, что смог произвести на вас впечатление. Сейчас, извините меня, я работаю.
— Мне надо поговорить с вами, — сказала она.
— Позвоните в рабочее время. — Каин лежал бесчувственно, немного постанывая. Парень, которого я ударил в колено, стонал и бездумно покачивался вперед-назад. Я посмотрел на бандита, которого опрокинул на землю Мыш.
Он вздрогнул. В нём не осталось никакого желания подраться. Но, честно говоря… его почти не осталось и во мне тоже.
— Мыш, — позвал я и направился вниз по улице.
Мыш поднялся с мужчины, который охнул, когда собака обеими лапами оттолкнулась от его живота, и последовал за мной.
— Я серьёзно, мистер Дрезден, — проговорила Гард мне в спину, направляясь за нами.
— Марконе, король только в его собственных мечтах, — сказал я, не останавливаясь. — Если он хочет сообщить мне что-то, то он может подождать. Я занят более важными вещами.