Рабочий момент
Шрифт:
Дети стояли и смотрели, как Севка поехал, виляя приподнятым тощим задом. И всем вдруг показалось: именно так и следует проводить своё свободное время — кататься на неудобном велосипеде под проливным дождём.
Сначала им навстречу попался живой артист Тихонов, а следом за ним шёл Пушкин — курчавый и тщедушный.
Севка снова дёрнул маму за руку, ждал, когда она сделает ему замечание, но мама была занята. Она все время заглядывала в бумажку, останавливалась и спрашивала: как пройти в производственный корпус.
Ей
Наконец им повстречалась очень хорошенькая девушка в расклёшенных брюках и кружевной кофточке. Она взяла у мамы бумажку и отвела их с Севкой прямо по указанному в ней адресу. Потом улыбнулась и пожелала всего хорошего.
— Какой милый молодой человек! — похвалила мама.
Севка с удивлением посмотрел вслед и увидел, что это действительно был длинноволосый парень.
Севка и мама толкнули дверь и вошли в комнату.
Стены в комнате были завешаны картинками. Возле окна стоял стол с телефоном, а за столом сидела вчерашняя тётя. Севка думал, что она узнает его, вскочит и обрадуется. Но тётя посмотрела безо всякого выражения и сказала:
— Посидите немножко. Режиссёр занят. У него совещание.
Мама села на стул. Севка вздохнул и, заробев, прижался к маминым коленям. Мама тихо дышала ему в ухо. Он слышал холодок от её дыхания, и от этого ему становилось спокойнее и защищённое.
Когда Севка оказывался с мамой далеко от дома, он любил её особенно сильно и чувствовал за неё ответственность.
Белая дверь распахнулась, оттуда выскочил человек с красным лицом.
— Пойдём!
Вчерашняя тётя подошла к Севке, отобрала его у мамы и повела за белую дверь.
Там тоже оказалась комната с картинками. Посреди стоял стол к креслами по бокам, а в кресле сидел режиссёр и смотрел на Севку. Глаза у режиссёра были синие, набиты огнями, как у весёлого удачливого пирата.
Севке вдруг захотелось иметь такого родственника, чтобы видеться с ним часто, а ещё лучше и вовсе от него не отходить.
— Ну, здорово! — режиссёр протянул Севке руку.
Севка протянул свою, и они поздоровались крепко и коротко, как два мужика.
Севка сразу забыл и дом свой, и двор. Ему захотелось все бросить и отправиться с режиссёром в пиратское плаванье.
— Присаживайся! — пригласил режиссёр. — Тебя как зовут?
— Сева.
— А по отчеству?
— Всеволод Павлович.
— Ты хорошо учишься?
— Нормально.
Режиссёр разговаривал с Севкой по мелочам о том о сём, не сводил с него обрадованных глаз. Севка расселся в кресле, и ему совершенно не хотелось уходить.
— А ты можешь плюнуть сквозь зубы? — неожиданно спросил режиссёр.
Севка
— Отлично! — похвалил режиссёр. — Будем пробовать!
Севка снисходительно выслушал комплимент. Он был в классе на втором месте по плевкам и мог с любого этажа попасть в центр движущейся мишени.
— Ты когда-нибудь видел звероящера?
Перед Севкой, поставив локти на дощатый стол, сидела девчонка с остреньким личиком, похожая на белочку или на крыску. Ведь у белок и крыс одинаковые рожи, только хвосты разные.
— Конечно, — проговорил Севка. — Он живёт у нас на даче.
— Чушь какая! Звероящеры давно вымерли.
Севка не нравился девчонке. Он это видел.
— Все вымерли, а наш остался, — сказал он.
— А у нас на даче болотистая местность.
— А чем вы его кормите?
— Папоротниками.
Севка говорил так искренне и делал такие честные глаза, каких, он знал, никогда не бывает у людей, когда они говорят правду.
— А почему его не берут в зоопарк? — резонно спросил режиссёр.
— А мы его не отдаём. И он сам не хочет. Он у нас дом сторожит, как собака.
Режиссёр верил и не верил.
— А ты не врёшь? — усомнился он.
— Зуб даю! — поклялся Севка и вдохновенно плюнул в сторону.
— Отлично! — режиссёр встал. — Мотор.
Перед Севкиным носом щёлкнули доской о доску, пробормотали какие-то иностранные слова: «кадр», «дубль». Опять возникла крыска и ехидно спросила:
— Ты когда-нибудь видел звероящера?
Но Севке было уже безразлично — нравится он девчонке или не нравится, жарко в павильоне или холодно, видит его мама или не видит. Он только врал и выкручивался и под конец сам уже поверил в то, что у него на даче на верёвке сидит звероящер.
Пузо у него огромное, хребет как забор, а голова маленькая. Мозгов мало.
Севка сидит перед ним на корточках и скармливает папоротники. Звероящер меланхолично жуёт, перетирая папоротники травоядными челюстями, грустно смотрит на Севку и медленно мигает тяжёлыми веками. Ему обидно, что все его знакомые вымерли ещё до нашей эры, дружить ему не с кем и никто его не понимает, потому что у звероящера доисторическое самосознание.
— А ты не врёшь? — с завистью спросила девчонка. Ей тоже хотелось иметь на даче звероящера.
Севка сделал энергичный жест под подбородком, который должен был означать: «Даю голову на отсечение».
В глубине павильона засмеялись, и Севке казалось, что он слышит мамин смех.
— Стоп!
К Севке подошёл режиссёр, приобнял, положил руку ему на плечо. В голове у Севки плыло марево от жары, от счастья и от усталости, которая пошла в дело.
Он чувствовал, что режиссёр его признал, теперь он с ним одна компания, и Севкино плечо росло к его ладони.