R.U.R.
Шрифт:
Галлемайер. Еще бы, дорогой мой.
Бусман. Ох, милые, я хоть сейчас готов начать все заново. Зажить совсем просто, на старозаветный лад, по — пастушески… Это как раз то, что мне надо, детки. Покой, чистый воздух…
Фабри. И наша крохотная колония могла бы стать зародышем будущего человечества. Этакий маленький островок, где человечество пустило бы корни, где оно собиралось бы с силами — духовными и физическими… И, видит бог, я верю: через несколько лет оно снова
Алквист. Вы верите в это сегодня?
Фабри. Да, сегодня. И я верю, Алквист, что оно завоюет мир. Человек снова станет властелином земли и моря и породит бесчисленное количество героев, которые понесут свое пылающее сердце впереди человечества. И я верю, Алквист: человек снова станет мечтать о завоевании планет и солнц.
Бусман. Аминь. Видите, Елена: положение — еще не такое безвыходное.
Домин резким движением распахивает дверь.
Домин (хрипло). Где рукопись старого Россума?
Бусман. У вас в сейфе. Где же еще?
Домин. Куда девалась рукопись старого Россума?! Кто… ее… украл?!
Галль. Не может быть!
Галлемайер. Проклятье, ведь это…
Бусман. О господи, нет, нет!
Домин. Тише! Кто ее украл.
Елена (встает). Я.
Домин. Куда ты ее девала?
Елена. Гарри, Гарри, я все скажу! Ради бога, прости меня!
Домин. Куда ты ее девала? Говори скорей!
Елена. Сожгла… сегодня утром… обе записи.
Домин. Сожгла? В этом камине? Елена (падает на колени). Ради бога, Гарри!
Домин (кидается к камину). Сожгла! (Опускается на колени, роется в пепле.) Ничего, одна зола… Ага, вот! (Вытаскивает обгоревший клочок бумаги, читает). «До-бав-ляя…»
Галль. Дайте-ка. (Берет бумагу, читает.) «Добавляя биоген к…» Больше ничего.
Домин (подымаясь). То самое?
Галль. Да.
Бусман. Боже милостивый!
Домин. Значит, мы пропали.
Елена. О Гарри…
Домин. Встань, Елена!
Елена. Сначала прости, проста…
Домин. Ладно. Только встань, слышишь? Не могу смотреть, когда ты…
Фабри (поднимает ее). Пожалуйста, не мучьте нас.
Елена (встала).
Галлемайер. Как дрожат у вас руки!
Бусман. Ха-ха, не беда, Елена. Галль с Галлемайером, наверно, знают наизусть, что там было написано.
Галлемайер. Конечно, знаем; то есть кое-что знаем.
Галль. Да, почти все, кроме биогена и… и энзима «омега». Их вырабатывали так мало… они вводились в микроскопических дозах…
Бусман. Кто приготовлял эти составы?
Галль. Я сам. Но редко… и всегда — по рукописи. Понимаете, процесс слишком сложный.
Бусман. А что, эти два вещества так уж необходимы?
Галлемайер. В общем, да… конечно.
Галль. Именно от них зависит жизнеспособность роботов. В них-то весь секрет.
Домин. Галль! Вы не могли бы восстановить рецепт Россума по памяти?
Галль. Исключено.
Домин. Постарайтесь, Галль! Ради спасения всех нас!
Галль. Не могу. Без опытов — невозможно…
Домин. А если поставить опыты?
Галль. Это может затянуться на годы. И потом… Я ведь не старый Россум.
Домин (оборачивается к камину). Значит, там… вот это — величайший триумф человеческого духа, друзья. Этот самый пепел. (Шевелит его ногой.) Как теперь быть?
Бусман (в ужасе). Боже мой! Боже мой!
Елена (встает). Гарри! Что… я… наделала!
Домин. Успокойся, Елена. Скажи, зачем ты сожгла?
Елена. Я погубила вас!
Бусман. Боже мой, мы пропали!
Домин. Замолчите, Бусман! Елена, скажи, зачем ты это сделала?
Елена. Я хотела… хотела, чтобы мы уехали, мы все? Чтобы не было больше ни комбината, ничего… Чтобы все вернулось к прежнему… это было так уж-жасно!
Домин. Что именно, Елена?
Елена. То, что люди… что люди стали пустоцветами!
Домин. Не понимаю!
Елена. Что перестали рождаться дети… Это кошмар, Гарри! Если бы мы продолжали делать роботов, на земле уж больше никогда не было бы детей… Нана говорила — это кара… Все, все говорили — люди не могут родиться из-за того, что мы делаем столько роботов… И вот поэтому, только поэтому, слышишь?..
Домин. Так вот о чем ты думала?