Р 4
Шрифт:
— А ему не поверили, — через пару секунд ответил Ливан.
— Все верно. Через наших агентов с той стороны я провел поиск, и всплыла инфа о пропаже курьера, нелегально перевозившего алмазы. Точнехонько из того города, откуда к нам попал Юлик.
— И что?
— Пришлось наведаться в дом нашедшего новика, и изъять у него камешки.
— А разве его не обыскали сразу после обвинений? — Ливан изогнул бровь.
— Обыскали. Того, кто доставил неудачливого курьера на базу. А я выяснил, что тогда поблизости находился
— Использовав оборудование гильдии? — повысив голос, спросил Ливан.
В арсенале добытчиков имелся прибор, точно выявлявший предметы, поступившие в Рубежье не позднее трех суток.
— Пришлось, — пожал плечами Риваз.
— А мне почему ничего не сказал?
— Да там, по большому счету, и рассказывать не о чем. Навар — пятнадцать тысяч с хвостиком. Стоит ли из-за мелочевки беспокоить уважаемого человека?
— Дело не в деньгах, а в доверии, Риваз, — покачал головой Ливан. — Вчера ты не доложил про ерунду, а завтра — о чем-то важном. И как мне теперь тебе доверять?
— Признаю, был не прав. Готов искупить вину любым доступным способом.
— Ты сам это сказал, Риваз. Так что теперь доходы с Дмилыча будем распределять не поровну, как раньше договаривались. Мне — пятьдесят пять процентов.
— Почему сразу не девяносто?! — возмутился рыжий.
— Мы ведь все еще друзья? — пристально посмотрел на собеседника Ливан. — И я опять же повторяю — дело не в деньгах. Штраф — за обман, которого в наших общих делах быть не должно. Или ты так не считаешь?
— Извини, заносит меня нынче. Наверное, свежий воздух в башку ударил, а может, вино и закуски… Сидим тут на природе и — ни в одном глазу. Давай выпьем за то, чтобы между нами никогда не было недопонимания.
— Ты не ответил. Согласен выплатить штраф?
— А куда я денусь, братан? За базар отвечать нужно. Да и сорок пять процентов, полагаю, куш немаленький. Лады, — кивнул Риваз. — И вообще, мы сюда отдыхать приехали, или что? Наливай уже.
Сообщники выпили за успех дела. Ливан решил сменить тему.
— Ты в курсе, что Лилька исчезла из поселка, и человека с позывным Спящая в системе уже нет?
— Ты о девице, которую спас Дмилыч? И куда же она подевалась?
— Навел справки — фифа отправилась в Штерск, но по дороге потерялась в лесу.
— И кто ее выпустил? Опять Рубик самовольничает?
— Без него, разумеется, не обошлось, но знаешь, кто его об этом попросил?
— Понятия не имею. Неужели неизвестный жених объявился и решил кралю себе заграбастать? Зря он так. На бабенку у многих виды были, но она сама должна была предложить…
— Не угадал, Риваз — моя секретарша подсуетилась. Испугалась конкуренции, когда Лилька пришла ко мне в приемную.
— Хм, а у нее губа — не дура: сразу к главному пожаловала. Но почему ты ее не принял?
В элитном поселке, где проживали собеседники,
— Она не дождалась, пока мы с тобой закончим разговор, а Рада подсказала, как можно покинуть поселок без моего разрешения.
— Твоя секретарша стала много себе позволять. Она, конечно, шикарная бабенка… — рыжий мысленно облизнулся, представив в мыслях упругие выпуклости Рады.
— Я уже распорядился подыскать себе другую.
— А эту куда?
— Да хоть себе забери, мне больше без надобности.
— А что — и возьму. Будет мою приемную сторожить.
Ливан знал, что его приятель давно пускает слюни на его девку. Вчера он провел с секретаршей жесткую разъяснительную работу. Сначала расписал перспективу наказания за самоуправство, грозящее худшими условиями, чем были у Лилии, а затем кинул «спасительную соломину». Дескать, устроит ее к Ривазу, а за это Рада будет докладывать о каждом шаге своего нового босса.
— Я намекну, что ты спас ее от сурового наказания, и дамочка будет считать себя обязанной спасителю.
— А за это отдельное спасибо, братан.
В Рубежье ходить в лес по ночам нельзя от слова «категорически». И днем-то это удовольствие ниже среднего, а с наступлением темноты опасность возрастает на порядок. Основная рекомендация для тех, кого ночь все же застала в лесу — забраться на дерево и, замерев, дожидаться рассвета.
Мы пересекли опушку, когда солнце уже скрылось за горизонтом. Ведомые боцманом, осторожно двигались еще минут двадцать, пока он не вывел к небольшой поляне, где указал на подходящие деревья.
— Предупреждаю сразу, — тихо обратилась племянница Семеныча к нам с Ларикой. — Того, кто хоть раз упомянет русалку, сидящую на ветвях, без сожаления скину вниз.
Честно сознаюсь: именно эта фраза и крутилась в голове. Ну как при подходящем случае не процитировать нашего великого Александра Сергеевича… Однако желание любимой женщины — закон. Пришлось шутить на другую тему:
— Немного не так я представлял себе медовый месяц.
— Вспомнил он! — фыркнула Русалка. — Сам же постоянно откладывал. То дом нужно купить, то в порядок его привести…
— А я и не отрицаю, что виноват. Давайте за это оставим меня сегодня ночью без женских ласк.
— Я — против, — неожиданно подала голос Ларика.
— Против чего? — переспросила вторая супруга.
— Ночное путешествие — не повод, чтобы нас не любить.
— И как ты себе это представляешь, подруга? — Русалка не могла скрыть удивления.
— Я же не про секс. Пусть обнимет, слова хорошие скажет, погладит по…
— Только не нужно меня учить, как приласкать женщину, — перебил я Ларику. — Сейчас нежно привяжу вас к ветвям, а потом… расскажу сказку на ночь. Чтобы спалось лучше.