Пылающая звезда

Mehtap Firat

Kutup Yildizi Vol. 2

Copyright © 2018 by Mehtap Firat

Натянув толстое серое худи, я посмотрел на свое отражение в зеркале.

Сложив указательный и большой пальцы в форме пистолета, я прищурился и сделал вид, что спускаю курок. Бум! Рот открылся в беззвучном крике, потом губы тронула улыбка, затем насмешка.

Я отбросил

это ребячливое поведение и взъерошил свои светло-каштановые волосы, поэтому маленькая прядь упала на лоб. Мне хотелось, чтобы прическа была небрежной – нравился этот образ.

Я сделал несколько разминочных движений, чтобы подготовиться к бегу, накинул на голову капюшон и, выйдя из комнаты, направился к лестнице. Перепрыгивая через ступеньки, выскочил в широкий коридор, но в этот момент заметил нашу помощницу Айсун, которая подпрыгнула на месте от моего внезапного появления. Она уронила корзину с бельем на пол и приложила указательный палец к губам. Стало понятно, что я ее напугал.

– Извините, Айсун, – смущенно сказал я, протягивая обе руки.

Это был естественный жест, но, не получив руки в ответ, я был вынужден просто держать свои в воздухе. У меня с трудом получилось сдержаться, когда Айсун, ничего не сказав, отошла от меня.

В ответ на поднятый мною шум из гостиной донеслась мамина ругань. У меня заложило уши.

– Спускайся по лестнице медленно, малыш. А то упадешь и что-нибудь сломаешь.

Проявляя свою привычную материнскую заботу, она вышла из гостиной и оказалась в поле моего зрения в коридоре.

Отрезав свои длинные волнистые волосы до плеч, мама стала казаться мне еще более суровой. Но я не мог отрицать, что этот жесткий взгляд ей шел: она контролировала себя и была очень уверенной. Как будто передо мной стояла стальная женщина.

Она подошла ко мне, уперев руки в бока и подняв брови, но я, не обращая внимания на ворчание, быстро поцеловал ее в щеку. Несмотря на раздражение, она не издала ни звука, а затем и вовсе рассмеялась.

К сожалению, даже строгое поведение мамы мало на меня влияло. Я не был послушным сыном, поэтому в ее глазах все равно ничем не отличался от маленького непослушного пятилетнего мальчика.

– Куда это ты собрался? – с любопытством спросила она, потянула шнурки моего худи и завязала их в плотный узел. Если бы мои близкие друзья увидели меня в таком виде, они бы спросили, где моя соска.

– Как ты знаешь, это единственный способ подготовиться к турниру, поэтому я позанимаюсь в зале.

В ответ на мой язвительный комментарий мама затянула шнурки еще сильнее, продолжая все крепче сжимать их между пальцами. Неужели она собиралась задушить меня и отправить на тот свет?

Я уже начал готовиться к футбольным турнирам, которые будут проходить в школе весной. Хоть я и был болельщиком «Галатасарая» [1] , меня не очень интересовал футбол, и в турнирах мне хотелось участвовать по другой причине. Мама понимала меня, поэтому не единожды говорила: «Я не хочу, чтобы мой сын выглядел как один из тех обрюзгших парней, которые выглядят старше своих лет». По ее настоянию я записался в спортзал в прошлом году. Не мог спорить с мамой по этому поводу, потому что мне тоже не хотелось, чтобы

мое тело было в плохом состоянии. Даже если мое недавнее поведение говорило об обратном…

– Ты ведь останешься на ночь? – взволнованно и с любопытством спросила она, и я отошел от нее, отводя глаза и сосредоточившись на том, чтобы быстро развязать шнурок капюшона у горла.

Как будто мало того, что я все дни проводил с Батуханом, я еще и запланировал совместные выходные: пообещал, что остаток дня проведу с ним, играя в PlayStation в моей квартире, а потом мы пойдем с Эмре и Бахар в кафе на пляже, чтобы разобрать домашнее задание на полугодие. Другими словами, у меня просто не было возможности остаться дома.

Несмотря на все возражения матери, несколько недель назад, в день своего восемнадцатилетия, я получил от отца подарок, которого никак не ожидал: он купил мне квартиру в городе. Хотя позже выяснилось, что на самом деле он купил целый дом, и мне оставалось только поблагодарить его за этот жест. Это был один из самых дорогих подарков, который я получил после «Импалы», подаренной дедом на мое пятнадцатилетие. Более того, моя мама обставила квартиру. И все это происходило совершенно незаметно для меня.

Я догадывался, почему отец купил мне квартиру. Точнее, не догадывался, а знал истинную причину. С тех пор как я узнал, что меня усыновили, я не мог смотреть на него как на настоящего отца. Я столько раз ругался с ним в подростковом возрасте и столько раз говорил ему, что уйду из дома, в конце каждой ссоры, что он мог это сделать, только чтобы не расстраивать мою мать. В последнее время разногласия между нами еще больше усилились. Даже в самом незначительном вопросе, который мы обсуждали, мы искали повод для спора и оказывались в центре ссоры.

Я не чувствовал его любви с самого детства, даже до того, как узнал, что меня усыновили. Конечно, был благодарен за те возможности, которые он мне предоставлял, но я никогда не верил, что он меня любит. Я даже не думал об этом. Может быть, он не хотел меня любить или усыновлять. Ведь во мне не было его крови, мы были родственниками лишь по документам.

– Я обещал Батухану и остальным быть с ними сегодня, и ты уже знаешь, мама, причину моего визита, – объяснил я, и она сделала шаг от меня, закатив глаза с грустным лицом.

Она никогда не привыкнет к такому положению вещей. Может, она и уступила моему отцу насчет этой квартиры, но ее лицо всегда имело одно и то же выражение в ответ на мое отсутствие. Печальное и отчаянное одновременно.

Я приходил домой к родителям, только когда накапливалось грязное белье. Хотя у меня в доме была всякая электроника, я еще не умел пользоваться стиральной машиной.

– Вот чего я боялась. Я знала, что все будет именно так. Эта квартира заберет тебя от нас.

Я хотел поддержать ее, сказать, что так будет лучше, но она предпочла сделать шаг назад и отойти от меня еще дальше.