Пылай!
Шрифт:
— Мой голос тот, что станет твоим роком, — едва слышно зашептал он. — Мой взгляд окажется последним. Моя воля будет твоей мукой…
Раздался оглушительный грохот, и тучи над селом разошлись. С неба на огромной скорости к деревне несся огненный шар метеорита. С раскатами грома и жутким воем он достиг стены и взорвался.
Удар был настолько сильным, что воинов, стоявших рядом с проповедником, отбросило с безумной силой назад. Несмотря на благословления и нанесенные на доспехи руны, многие полыхнули пламенем, а первые ряды и вовсе осыпались пеплом.
Но пастырю было не
Черная стена исчезла, а на месте, где она находилась, образовалась огромная воронка. Нет, ее не проломилои Тук была уже далеко от места, где она находилась. А вот Рус был в самом эпицентре.
— Вот же кретин, — произнес он, оглядывая воронку.
Несмотря на то, что урон был действительно разрушительным, парень остался цел и невредим. Взбираясь по крутым края воронки, он старался не потерять посох, который удерживал в руке.
— Ты кто такой? — стараясь сфокусировать мутный взгляд на парне, произнес мужчина в серой рясе.
— Хозяин этой земли, — ответил Рус.
Он заметил поднимающихся паладинов, затем перевел взгляд на старика и прикинул расстояние до дома, где остались живые женщины.
— Ты… я чувствую в тебе родную силу… свет даровал тебе свое благословение.
— Ага, даровал, — кивнул Рус и со злостью произнес: — Третья деревня. Больше пяти сотен душ. Это почти двадцать золотом только с домового налога ежегодно.
— Что?
— Счастлив я, говорю! — громко крикнул парень и принялся загонять в посох силу. — Свет одарил меня, и я счастлив до усрачки! Кстати, о дерьме…
Рус вскинул над головой посох и, освободив лишнюю руну от блокировки пальцев, влепил со всей силы посохом о землю.
— А что я с ними танцевать должен был? — возмутился Рус, глядя на недовольного Роуля.
— То, что ты испытал свое сродство со стихией под метеоритом, это, конечно, хорошо, — язвительно произнес упырь, но тут же добавил: — Но какого черты ты закончил именно так?
— Да что я не правильно сделал? — возмутился ученик.
— Посмотри на себя! Ты пришел и одним ударом уничтожил весь отряд! Ты доволен?!! — всплеснул руками учитель.
— Да, я доволен!
— Нет, ты не доволен! Был бы доволен, не орал бы на меня от злости! — ткнул в него пальцем учитель. — Есть тонкая грань между простым убийством неугодного в пылу гнева и убийством со вкусом полным мести, презрения, ненависти, а главное сопровождающегося удовлетворением! Понимаешь о чем я?
— Нет, — буркнул Рус, глядя, как черт болтает с Тук.
— Ты уничтожил отряд, который вырезал в твоих землях три деревни и лишил казну баронства серьезных денег. Стало легче? В глаза мне смотри и отвечай! Стало легче?
Рус взглянул в черные от злости глаза учителя и отрицательно покачал головой.
— А другого отряда больше нет. Злость девать некуда. Силы у тебе еще полно, а главный хрен с магией огня скопытился. Где удовлетворение от битвы? Где выплеск эмоций? Где это все?
— И что мне было с ними делать?
— Да
— Я не ем людей. Моя стихия огонь и…
— Не в силе дело. А есть людей для тебя можно лишь в том случае, если они действительно тебе ненавистны. И только для того, чтобы осознавать: пройдет несколько часов, и ты превратишь его плоть в настоящее дерьмо! Так — можно! Но не так… — Роуль кивнул в сторону воинов, свернувшихся в предсмертном спазме в калачики. — Так над тобой взяла верх злость. Ты просто подчинился ей. И допустил…
— Я два дня мок под дождем. У меня сегодня ни куска хлеба во рту не было. Я мотался по лесам и деревням, вылавливая этих уродов. Почему я не могу злиться?!!
— Ты не слышишь меня! — рявкнул на него учитель. — Можешь злиться! Злость — это хорошо, но убивать одним махом, не получив от этого никакого удовольствия — глупость! Враги кончились, а твоя злость — нет. На кого ты теперь будешь ее вымещать?
Рус с раздражением глубоко вздохнул, но не ответил.
— На Тук? Может на женщинах, потерявших в один день и мужей, и детей, и отцов? Или на мне?
Парень опустил взгляд и тихо ответил:
— Я не думал об этом, когда…
— Гнев, в принципе, не располагает к логическому мышлению. Именно поэтому ты все еще учишься, — произнес Роуль и, разведя руками, с улыбкой произнес: — И именно поэтому с этого дня ты не имеешь права убивать противника одним ударом!
— В каком смысле? — возмутился Рус.
— В прямом! Я тебе запрещаю убивать противника одним ударом!
— Но это же…
— Минимум три!
— Но как я…
— Четыре!
— Это не справедливо!
— Пять ударов! И не одним меньше! — заявил Роуль.
Рус открыл было рот, но быстро догадался, чем закончится его попытка что-либо объяснить.
— Это во-первых. Во-вторых, у тебя еще есть шанс отыграться.
— О чем вы?
— Этот пастырь не с потолка свалился. Он, знаешь ли, довольно большая, но не главная шишка в ордене Очищающего пламени. Ты ведь заметил, что у этих ребят есть доспехи, причем довольно хорошего качества?
— Да, но причем тут доспехи?
— Доспехи однотипные, а это значит, что их куют партиями, а это можно сделать только при соответствующей кузнице и мастерской… Ну? Догадался?
— У них есть база. Место, где они отдыхают и ремонтируются.
— В точку! — улыбнулся упырь. — Это твой второй шанс!
— И способ вернуть потерянные деньги, — кивнул парень. — Как найти эту базу?
— Можно нанять следопытов, пройти весь маршрут от одной разграбленной деревни до другой, попробовать восстановить магией события, а можно… — тут упырь скосил взгляд на перемазанного в дерьме, согнувшегося в калачик проповедника. Потом он снова взглянул на ученика и расплылся в широкой улыбке. — Догадался?