Пыль у дороги

Рю Алёна

Едой пахло так, что в животе проснулась собственная жизнь.

Они прошли в столовую, где хозяйка накрывала ужин.

– Моя жена, Лидия, – представил Фридлин. – А это Эриал.

Крепкая полноватая женщина в синем сарафане до пят и белом чепчике, из-под которого выбивалась рыжая прядка, смерила ее взглядом. На лбу под оборками прорезалась длинная морщина.

– Есть хочешь? Мой руки и садись, – строго сказала она, исчезая на кухне.

Эри села за стол, продолжая крутить головой.

Под потолком сушились на веревочке грибы и связки чеснока. По стенам висели полки

со стопками тарелок и горшков. В редких углах были следы паутины. Пол был вымыт так чисто, что она почти всерьез боялась, что от всех этих запахов закапает его слюной.

– Ты эльф? – отвлек ее голос мальчика, устроившегося напротив.

Взгляд Эри снова сделался жестким и недоверчивым.

– Давай сначала поедим, – вступился Фридлин.

Лидия вернулась с большой сковородой и принялась раскладывать еду. Эри замерла. Тушеная свинина с овощами. Они с Анжелой такое себе лишь по праздникам могли позволить. Неужели это правда происходит?

Не дожидаясь, пока хозяева передумают, она принялась запихивать в рот сочные куски.

* * *

Из материалов дела О-Э127:

Нюэльский, Фридлин

96 г. р. (п. Бруно)

Место рождения – д. Нюэль, Южная Гардия.

Крестьянин. Единственный сын потомков основателей деревни – семьи Нюэльских. Уклонений от уплаты налогов или иных преступлений в роду не замечено. Грамоте обучен, прочего образования не имеет. Влиятельных родственников нет. В начале семилетней войны (114 г.) отца призвали (погиб), жил один с матерью (умерла в 131 г.). В 115 г. женился на дочери учителя из соседней деревни, в том же году был призван на службу. Воевал до конца войны в провинциях Кадзай и Килония. Серьезных увечий не имеет.

Двое сыновей – Грионт (115 г. р.) и Фридлин (124 г. р.), жена – Лидия (95 г. р.).

Из имущества: дом в Нюэле, скот: лошади и овцы.

Возглавляет деревенский совет Нюэля.

Подозревается: предоставление убежища нелегальному эльфу.

Также является свидетелем по делу О-ЮГ1042 о деревне Шадер.

(Протоколы допросов прилагаются)

Подпись:

Капитан 13-го отряда

А. Грэй,

г. Ланкас, Южная Гардия,

1 сентября 132 года периода Бруно

* * *

– Кстати, а где Грионт? – поинтересовался Фридлин, подбирая ломтем хлеба остатки с тарелки.

– Сказал, у Елены поест, – Лидия перевела взгляд на Эри. – Вкусно?

– Офень, – она улыбнулась с набитым ртом.

Лин усмехнулся:

– Забавная.

Хозяйка встала и принялась убирать со стола.

– Ну-с, я знаю, что ты не совсем

эльф, – решился Фридлин, передавая жене пустую тарелку.

Эри втянула голову в плечи, напоминая зверька в минуту опасности.

– Во время войны насмотрелся на остроухих, – пояснил мужчина. – Не бойся, здесь ты в безопасности. Что с тобой случилось, Эриал?

Она подняла на него глаза, не уверенная, что стоит рассказывать, затем глянула на ерзавшего на скамейке Лина.

– Я ушла из дома, – сказала Эри на выдохе. – Вернее, у меня его больше нет. Дома нет.

– А где он у тебя был? – поинтересовался Фридлин.

– В Шадер.

Лидия глянула на него, словно спрашивая: «Ты знаешь, где это?». Он слегка качнул головой.

– Это деревня почти в дельте реки Унду, – пояснила Эри.

По лицу Лидии было видно, что ответ ей не понравился, но высказываться вслух она не торопилась, только кивнула, чтобы гостья продолжала.

– И что случилось в этой деревне? – спросил Фридлин.

– Я… – Эри посмотрела в окно. Она понимала, что говорит сбивчиво, кое-как, но умелый рассказ все не получался. – Меня вырастила Анжела. Она знахарка. Была. Она рованка вообще-то, но полжизни прожила в Лансии. Меня бросили после рождения, а Анжела взяла к себе. Мы жили в Шадер вдвоем, и все бы ничего, но еще с зимы она очень болела, – Эри выдохнула. – Несколько дней назад она умерла. А я ушла.

– А что, кроме Анжелы в деревне больше никого не было? – удивилась Лидия.

– Для меня – никого, – сказала с ударением Эри.

Она вспомнила погребальный костер. Как трещали дрова, и ало-желтые языки пламени танцевали вокруг завернутого в полотно тела. Как пахло горелой плотью, а она стояла и смотрела. Словно лист бумаги, который поднесли к лучине, и в нем расползалась огромная дыра. Хотелось, чтобы все оказалось неправдой, чтобы утром, проснувшись, они ушли бы в лес за малиной, или чтобы прямо тогда она перестала существовать.

– По ту сторону ее ждет лучший мир, – говорил Хартон.

– А почему он не может быть по эту? – спрашивала Эри.

От мужчины пахло лошадьми. У него было круглое лицо с коротенькой бородкой и широкие карие глаза, полные сочувствия и сожаления.

На груди Хартона блестел медальон, похожий на расплющенную монету с гравировкой. Отблеск огня плясал в прожилках, заставляя изображение цветка с шестью лепестками переливаться. Картина врезалась в память.

– Мне жаль, – голос Фридлина вернул ее в Нюэль. – Но бродяжничество вряд ли поможет. Оставайся на ночь, а там посмотрим, как отвезти тебя домой.

– Нет, – Эри поспешно мотнула головой. – Спасибо вам, но я не вернусь. Может, в деревне найдется какая-нибудь работа, как думаете?

Лидия снова вопросительно посмотрела на мужа. Эри почувствовала повисшее в воздухе напряжение и мысленно пожалела, что спросила.

– Извините, не хочу доставлять неудобство, – сказала она, поднимаясь из-за стола. – Вы и так меня накормили.

– Пап, можно она останется? – попросил Лин.

– Рабочие руки никогда не лишни, – проговорил, наконец, Фридлин. – Так и быть, оставайся у нас. За домом есть свободный флигель, там никто не побеспокоит.