Пыль прошлого
Шрифт:
– Стой! Я никуда не пойду! – тело Элен стала окутывать мелкая дрожь, которую почувствовал Астр. Он понял, что теперь девушка начинает бояться и не хочет отвечать за свои поступки. Но все, что его сейчас интересовало – это простой разговор. Попытка замедлить шаг оказалась напрасной, ведь Астр, приобняв девушку за лопатки, стал подталкивать ко входу в кафе:
– Нет, уж! Пойдем! – настаивал мужчина, ведя за собой Элен. – Раз не умеешь входить из ситуации – будь добра, отвечай за свои поступки.
– Да подожди же! – просила журналистка, все также не прекращая попытки остановиться. – Я все сейчас объясню.
– Не хочешь идти со мной по-хорошему, я могу позвать на помощь Макса. – он взглядом указал на своего телохронителя –
– Макс! Нужна помощь. У нас тут буйный клиент. Принимай на себя! – массивный мужчина сдвинулся со своего прежнего места и медленно стал надвигаться на помощь Астру. Элен уже успела представить, как этот громила поднимает ее тело без особого труда и перемещает ее по распоряжению начальника. Ей не хотелось становиться легкой добычей, поэтому она решила смириться:
– Да ладно, ладно. Сама дойду. Только руки свои убери! – обратилась она к Астру. – И этому прикажи, чтобы вернулся на место. – девушка нехотя, но шла на ровне с мужчиной ни на шаг не отставая. Астр точно знал, что просьба о помощи должна сработать, поэтому он отпустил руку девушки и продолжил свой путь, все еще не убирая руку со спины. Так он полностью мог владеть ситуацией и направлять журналистку.
– Вот и славно. Нечего было здесь позориться. Посмотри сколько людей сейчас на тебя смотрит. – он стал осматривать все вокруг, оценивая обстановку.
Когда до входа оставалось несколько шагов, Элен взглянула на Астра и брезгливо спросила:
– И многих ты сюда силой тащишь?
– Ты пока первая. – не обращая внимания на ехидство – он распахнул перед девушкой дверь приглашая войти внутрь, охрана вслед за ними не последовала. Громилы остались ждать снаружи.
Внутри Элен ожидало поистине дорогое и изысканное помещение в сдержанном телесно-коричневом цвете. Внутри, хоть кафе и было относительно небольшим – казалось огромным: роскошная хрустальная люстра на потолке тому поспособствовала. На стенах висели стеклянные прозрачные светильники, которые наполняли это пространство дополнительным светом и объемом. Пока они входили – Элен успела быстро оглядеться: в зале кафе стояли лишь три небольших столика, покрытые мягко-голубыми скатертями. К каждому столику приставлены по два высоких кожаных кресла кремового цвета с темными деревянными ручками. Ее туфли на маленьком каблучке оставляли цокот на белом граните и рассеивались в пространстве тихим эхом. В баре, что стоял в конце помещения, ненавязчиво гремел стаканами бармен, расставляя их по местам. Как только мужчина услышал, что внутрь кто-то вошел – он выше из-за стойки и направился к гостям с обворожительной улыбкой на лице. В руке она нес какой-то листок. По всей видимости это было меню на сегодня.
– На сегодня я тебя отпускаю. И кухне, пожалуйста, передай, что у них тоже выходной. – обратился Астр к идущему на встречу приветливому мужчине. А тому ничего не оставалось делать, как только скрыться из зала.
Астр усадил хрупкое тело журналистки за один из столиков, а сам сел напротив. На каждом из трех столиков ровно по центу были поставлены маленькие вазочки с живыми цветами. В этом и без того уютном заведении, где каждая деталь интерьера хорошо проиграна – маленькие вазочки с цветными эустомами оказались самым ярким пятном. Мужчина ловко схватил емкость с цветами и переставил на соседний стол, чтобы та не мешала обзору. По Астру было видно, что он напряжен, зажат: все идет не по его четко выстроенным планам. Элен не смогла не сопротивляться взгляду пронзительных серых глаз, потому просто сидела и рассматривала стены, потолок, иногда переводила взгляд на пол, на горящий камин, который трещал за спиной Астра. Но ни в одном месте, где бы не задержала девушка свой взгляд – не было ровным счетом ничего интересного.
– Элен! –
Это неловкое молчание кто-то должен был прервать. Элен первая на это решилась. Она вальяжно расселась в кресле, демонстрируя уже свое превосходство. Она достала руки из-под стола и положила на тонкие ручки кресел так, что ее костяшки на запястьях стали выглядывать из-под рукавов тонкого серого свитера, а кисти стали свисать вниз. Наклонив чуть-чуть голову в бок, она уставилась прямо в его глаза, а потом в усмешке отчеканила:
– Астр? Почему именно так?! – она просто не знала с чего начать разговор. Многое хотелось сказать этому человеку, но в то же время в голове была абсолютная пустота. Слова бы сейчас были лишние. Хотя и какие-либо жесты тоже.
– Ну то, что меня зовут Астр – ты уже осведомлена, как я погляжу. Объясняться не стану, но скажу, что на то меня вынудили обстоятельства. – мужчина также поудобнее расселся в кресле. Он ожидал долгого разговора, который по всей видимости только-только стал зарождаться.
Страница сгоревшего дневника
На день рождение, в честь 22-летия, родители подарили Элен потрясающий дом далеко за городом. Этот дом был необыкновенным: большой, просторный, с огромными окнами в пол и широкой открытой кухней на первом этаже. Кухонный островок, журнальный столик и пол у камина были сплошь усеяны в этот день ее любимыми живыми цветами в корзинах.
– Мама, папа! Я так рада! Это лучший дом, что я видела! Боже, зачем же так много цветов. – расплываясь в улыбке, Элен благодарила родителей и рассматривала первый этаж. Обойдя небольшое пространство, она подбежала к родителям и поочередно крепко обняла каждого. Папа протянул Элен небольшую бархатную коробочку цвета зрелой лаванды, в которой лежали ключи. Ключи от дома – от этого дома. Ее дома.
– Теперь он твой. – ласково обнимая дочь за плечи пояснил папа. – Но это не значит, что ты должна съехать от нас. – с ухмылкой добавил он.
– Девочка моя, Элен, ты такая взрослая! – еще раз обняла мама свою дочь совсем растрогавшись. Она в этот момент чувствовала, что Элен уже не маленькая девочка, которую нужно всегда опекать, о которой необходимо заботиться. Она понимала, что ее дочь стала взрослой и самостоятельной. Она с такой легкостью когда-нибудь упорхнёт и родительского гнезда. Мама не хотела верить в то, что этот момент настал уже в этот момент.
– Так, давайте не будем разводить соль на ваших чудесных лицах, а то часы проведённые у зеркала пойдут насмарку. – усмехнулся отец над своими женщинами, которые обнимались и чуть ли не плакали от чувств. Мама – от того, что приходится отпускать, а Элен – от того, что стоит принимать свободу. – Давайте лучше пройдем во двор. Я хотел пожарить барбекю. И мясо к жарке уже готово. – папа отворил большую стеклянную раздвижную дверь, которая прямиком вывела всех во двор. Приглашающим жестом руки мужчина пригласил Элен с мамой выйти на улицу, а сам отправился на кухню. Там он достал из холодильника уже подготовленное мясо и вышел следом за ними во двор. Перед взором Элен открылся не менее прекрасный вид: абсолютно зеленый двор с идеально ровным недавно выстриженным газоном. Следующее, что непременно бросается в глаза это невысокие горы вдалеке, которые расположились ровно по горизонту. От крыльца шла мощеная дорожка, у которой редко были высажены еще молодые туи. Эта каменная тропинка привела к просторной беседке со столом. Дамы оставили папу заниматься мясом, а сами пошли к качелям, что стояли неподалеку. Но перед тем, как выйти на улицу – женщина прихватила с собой красное вино, которое они и намеревались выпить здесь любуясь природой. К тому же и повод располагал: сегодня Элен стала еще на год старше.