Пыль моря

Волошин Константин

Никому радости этот захват не принёс. Даже положенного вина капитан не стал выдавать, и все команды озлобленно и угрюмо шатались по палубам, неохотно выполняя приказания.

Капитан Ли собрал всех начальников к себе в каюту на короткое совещание. Мишка тоже, как боцман, был затребован, и стоял, привалившись плечом к косяку двери.

Ли Ю-сун мрачно и недобро оглядел собравшихся.

– Дела наши идут плохо, – начал он, – Думаю, что надо перейти в другой район, где добыча станет более значительной. Что скажете на это?

– Наш достославный

капитан прав, – начал Чао и выпятил нижнюю челюсть с выпирающими вперёд зубами. – С такой добычей мы не можем вернуться, засмеют, и ещё голов не досчитаемся.

– Капитан, вам виднее, – заметил Юй Кэ-фа, капитан джонки, которой недавно дали имя «Догоняй». Она оказалась самой быстроходной и постоянно выскакивала вперёд.

– Тогда должен вас поставить в известность, что я надумал двинуться на север и попытать счастья в водах острова Лусон.

– Это хорошо, капитан, – откликнулся капитан третьей джонки Жэнь. – И ближе к своим, – добавил он, не особенно надеясь на одобрение капитана Ли, которого подозревал в каких-то тёмных замыслах.

Глава 40. Испанский фрегат

С трудом борясь с частыми штормами, джонки продвигались на север. Морякам требовался отдых, нужно пополнить запас воды и продовольствия. Команды тихо роптали, собираясь кучками и опасливо поглядывая по сторонам, высматривая начальство.

Через несколько дней повстречали небольшое судно, но ему удалось скрыться, прежде чем успели изменить курс. Это сильно разозлило капитана Ли. Палка глухо полосовала повинные спины и при его приближении матросы в страхе разбегались.

В двухстах ли была Манила, и все опасались, что в этих водах легко повстречать военные корабли испанцев. Всем не терпелось быстрее проскочить этот опасный участок пути. И, как это всегда бывает, чем больше опасаешься, тем скорее эта опасность надвигается.

Закатное солнце едва блеснуло своими лучами в разрывах туч, как с мачты донёсся тревожный голос вахтенного:

– По правому борту парус испанца!

Ли навёл трубу и долго изучал далёкий парус. Затем поспешно отдал приказ взять круче к ветру, надеясь таким образом избежать встречи с нежелательным противником. В надвигающейся ночи он рассчитывал уйти от преследования, если такое последует.

Скоро темнота ночи поглотила всё вокруг. Далёкие огни испанского корабля вскоре разом исчезли и на джонках успокоились.

Однако утром к изумлению обнаружили испанца, но уже ближе и, по-видимому, не оставившего надежды перехватить пиратов, вести о которых уже дошли до столицы Филиппин.

Капитан Ли разразился проклятиями и просигналил остальным джонкам приблизиться. В рупор отдал приказ на бой, если такой придётся принять. Джонке «Догоняй» надлежит отстать и в случае сближения испанца напасть с кормы, используя преимущество в ходе. Остальные будут отбиваться и маневрировать. А в манёвре джонки были много искусней любого испанского корабля.

Очень медленно, но неуклонно, испанец приближался и казалось, что он делает это с неохотой, но капитан Ли не обманывался

на этот счёт. Просто испанцу трудно бороться со встречным ветром, ему приходилось лавировать, постоянно меняя галсы. Ли надеялся, что в результате таких манёвров, команда выдохнется и будет легче в бою. А что бой неизбежен, он уже не сомневался. Капитан испанского корабля, а это был солидный фрегат с тремя мачтами и огромными парусами, казался капитану Ли весьма опытным и настойчивым идальго, и приходилось принимать то, что тот ему предлагал.

Заиграли трубы и забили барабаны, призывая готовиться к бою. У пушек возились обнажённые пушкари, дымились фитили и запальники, палубу и паруса поливали водой, раскладывались мушкеты у бортов. На мачты лезли стрелки из самострелов, укрываясь деревянными щитами.

Капитан Ли внимательно наблюдал, как «Догоняй» отваливал в сторону, занимая выгодную позицию и порадовался умению капитана Юй. Теперь вся надежда была на его смелость и умение во время оказаться за кормой испанца. Подводный якорь тормозил его ход, хотя все паруса были поставлены. «Вот так бы и дальше», – думал капитан Ли и перевёл взгляд на испанца.

В это время тот окутался клубами дыма и донёсся грохот залпа. В половине ли от джонки ядра взрыли волны, взметнув столбы воды. На этот раз испанцы явно поторопились и это несколько обнадёжило Ли. Значит, не так уж и опытен испанский капитан. Ли ждал, что будет дальше. Его матросы напряжённо ждали команды на переход на другой галс, это необходимо сделать почти мгновенно. От быстроты зависела их судьба.

Испанский фрегат медленно сближался, и Ли не отрывал глаза от подзорной трубы. Наконец он рявкнул, и матросы бросились к снастям. Рулевые навалились на колдершток[1] и паруса тут же зашелестели, поворачиваясь под усилиями множества рук. Джонка вильнула. Испанец опять скрылся в клубах пушечного залпа. Ядра кучно взрыли волны за кормой джонки, и только одно слегка повредило кормовую надстройку. Щепки разлетелись в разные стороны.

Ли махнул саблей в сторону фрегата, и джонка содрогнулась от залпа правого борта. Восьмифунтовые пушки выбросили струи дыма и два ядра в щепы разнесли гальюн и повредили бушприт[2], который склонился на бок. Блинд[3] заполоскался в волнах.

А джонка уходила дальше. Вторая пыталась повторить манёвр первой, но испанцы успели перезарядить пушки и послали вдогонку залп. Несколько пробоин зачернели в бортах и высокие волны стали заливать трюм. Матросы бросились затягивать пробоины парусиной.

Испанцу наконец удалось изменить галс, и он снова стал приближаться, угрожая жерлами своих мощных орудий. Капитан Ли прокричал капитану Жень Хэпину приказ держаться ближе. Снова повторился манёвр, но на этот раз джонке досталось больше. Ядра разрушили надстройку на корме и пробили две дыры в борту. Зато и джонки ответили дружным залпом и проскочили перед форштевнем испанца. Мушкетная трескотня неслась им вдогонку, с джонок вяло отвечали отдельные стрелки. Пока потери были самые незначительные.