Пятый элефант
Шрифт:
– Прошу прощения… – машинально пробормотала Сибилла, когда волк без сознания брякнулся на булыжники.
В другой части замка прогремел взрыв. Сэм славился своим взрывным характером.
– Сэр, как вы думаете, нас услышали? – спросил Моркоу.
– Капитан, думаю, нас услышали даже в Анк-Морпорке. Ну и где все вервольфы?
Вперед выступила Ангва.
– Сюда, – сказала она.
Она провела их вверх по лестнице с низкими ступенями и дернула ручку одной из дверей главной башни. Дверь со скрипом распахнулась.
В зале тоже горели
– Они оставят нам пути к отступлению, – произнесла она. – Мы всегда так поступаем. Мы любим, когда люди убегают.
Пара небольших дверей в конце зала были открыты. Ваймс заметил, что на них нет ручек. Что ж, лапам ручки без надобности.
В зал вошел Вольфганг, сопровождаемый двумя дюжинами вервольфов, которые веером рассыпались в разные стороны. Кто-то сел, кто-то лег, но все без исключения вервольфы принялись с интересом наблюдать за незваными гостями.
– А, Цивилизованный, – весело произнес Вольфганг. – Ты победил! Не хочешь еще раз попробовать? Тем, кто соглашается на вторую попытку, мы всегда позволяем унести ноги. С собой в мешке! Ха-ха-ха! Хорошая шутка, да?
– Я предпочитаю анк-морпоркское чувство юмора, – сказал Ваймс. – Где моя жена, гаденыш?
Он слышал, что Детрит все еще взводит свой арбалет. В этом и заключается недостаток большого оружия. Его можно было считать скорострельным только согласно геологическим стандартам.
– О, милая Дельфина! Смотрите-ка, что собака в дом притащила! – воскликнул Вольфганг, не обращая внимания на Ваймса.
Он сделал еще шаг вперед, и Ваймс услышал, как зарычала Ангва. Этому рыку беспрекословно повиновались почти все уголовные элементы Анк-Морпорка, особенно если слышали его в темном переулке. Гэвин зарычал еще громче.
Вольфганг остановился.
– Вольфи, у тебя на это не хватило бы мозгов, – сказала Ангва. – Без посторонней помощи ты даже из мокрого бумажного мешка не выберешься. Где мать? – Она окинула взглядом развалившихся на полу вервольфов. – Привет, дядя Ульф… тетя Хильда… Магвен… Нэнси… Юнити. Вся стая в сборе, да? Кроме отца, который, как я подозреваю, катается в какой-нибудь пакости на улице. Ну и семейка…
– Я хочу, чтобы все эти гадкие людишки немедленно покинули наш замок, – сказала вошедшая в зал баронесса. Она посмотрела гневным взглядом на Детрита. – И как вы посмели привести в мой дом тролля!
– Ента, сэр… Все, натянул, – довольным голосом сообщил Детрит, вскидывая на плечо гудящий от напряжения арбалет. – Только скажите, и я сразу стрельну.
– О боги, только не здесь. Мы же в замкнутом помещении!
– Когда я спущу курок, сэр, оно мигом разомкнётся.
– Как цивилизованно, – фыркнула баронесса. – Как по-анк-морпоркски! Вы всегда считали нас низшими видами. Думаете, вам достаточно цыкнуть и мы сразу разбежимся, поджав хвосты?
– Вы давно видели свои ворота? – осведомился Ваймс.
– Мы – вервольфы! – огрызнулась баронесса. Именно огрызнулась, потому что слова были острыми и четкими, она как будто не произнесла их, а пролаяла. – Всякими дурацкими игрушками нас не испугать!
– Но можно задержать. По крайней мере на время. А сейчас
– Госпожа Сибилла отдыхает. И вы не в том положении, чтобы выдвигать требования, господин Ваймс. Мы в отличие от вас не совершали никаких преступных деяний.
У Ваймса отвисла челюсть, а баронесса продолжала:
– Игра не противоречит традициям. В нее играют многие тысячи лет. И какое еще преступление мы, по-вашему, совершили? Украли у гномов любимый булыжник? Мы…
– Я знаю, что он не был украден, – перебил Ваймс. – И я знаю…
– Ничего вы не знаете! Зато всех подозреваете. Впрочем, у вас такой склад ума.
– Но ваш сын сам сказал…
– К сожалению, мой сын довел до совершенства все мышцы своего тела, за исключением тех, которыми думают, – пожала плечами баронесса. – Это, наверное, в цивилизованном Анк-Морпорке можно врываться в мирные дома, гневно топать ногами, потрясать оружием, но здесь, в соблюдающем традиции варварском захолустье, для этого требуется нечто большее, чем простые умозаключения.
– Я чую запах страха, – сообщила Ангва. – Мама, он струится из каждой поры твоего тела.
– Сэм?
Все посмотрели вверх. Госпожа Сибилла, выглядевшая смущенной и разгневанной одновременно, стояла на ступенях каменной лестницы, ведущей в зал. В руке она держала изогнутый железный прут.
– Сибилла!
– Она сказала мне, что ты в бегах и что все они пытаются тебя спасти. Но это ведь неправда, да?
Мало кто способен честно признаться себе в этом, но когда ты прижат лопатками к стене… все средства хороши. Ваймс видел, что Сибилла заряжена и готова открыть огонь.
Она всегда ладила с людьми. Ее научили слушать, как только она научилась говорить. А когда Сибилла слушала, у людей поднималось настроение. Вероятно, это частично объяснялось тем, что она была… крупной девушкой. Однако она старалась выглядеть меньше, поэтому окружавшие ее люди сразу начинали ощущать себя большими, значительными. Она ладила с людьми не хуже Моркоу. Неудивительно, что даже гномы чувствовали к ней расположение.
Кроме того, в «Книге Пэров Твурпа» ей посвятили целых несколько страниц. Это были своего рода наследственные якоря, уходившие глубоко в прошлое, а гномы уважают того, кто может вспомнить полное имя своего прапрапрадедушки. А еще Сибилла совсем не умела врать – сразу краснела как помидор. Она была цельной, как скала. По сравнению с ней даже Детрит выглядел сущей губкой.
– Дорогая, мы просто совершили приятную пробежку по местным лесам, – сказал Ваймс. – А сейчас иди сюда. Мы уходим, нам еще предстоит встреча с королем. Я расскажу ему все. Наконец-то я во всем разобрался.
– Гномы убьют вас, – хмыкнула баронесса.
– Уж от кого-кого, а от гномов я точно убегу, – пожал плечами Ваймс. – Ну все, нам пора. Ангва?
Ангва не пошевелилась. Он по-прежнему смотрела на мать и тихо рычала.
Ваймс сразу узнал симптомы. Нечто подобное происходило в анк-морпоркских трактирах каждый субботний вечер. Люди постепенно доходили до белого каления, а потом достаточно было, чтобы кто-нибудь всего-навсего уронил стакан. Или просто мигнул.