Пятый Дракон
Шрифт:
Я подалась вперёд, увлечённая историей.
– Мы думали, Раян непредсказуемый, но этот парень либо сумасшедший, либо бесстрашный. – Шин взмахнул рукой в сторону хранителя, но продолжал обращаться ко мне, полностью игнорируя присутствие объекта разговора.
Калид мрачнел на глазах, наблюдая за нами, но молчал.
– Я был уверен, что Дракон Юга разозлится на своего хранителя или оскорбится тем, что его не признали другие братья. Но когда глаза Калида наконец засветились, он скорчил гримасу, будто проглотил червя, вытащил кинжал и кисло выдавил: «Ну вот опять».
– «Ну вот опять»? – растерянно повторила
– Это единственное, что его интересует, – всё-таки вклинился Калид, стряхнув пыль со своих одежд. – Ему не нравится, когда меня «ломают». Поэтому я воспользовался этим знанием и вынудил дракона явиться.
Шин кивнул его словам и вновь обратился ко мне:
– Вся императорская семья и министры были в шоке от его поступка, а принцесса Аэль чуть чувств не лишилась. Дракон Юга взмахом кисти подозвал ближайшего министра, как дворового пса, и сдёрнул с него пояс, чтобы перевязать свою ногу. Никто не пикнул даже, пока он был занят этим делом.
Я прикрыла разинутый рот рукой. Так пренебрежительно подозвать высокопоставленного чиновника – неслыханное оскорбление. Я уставилась на Калида по-новому, осознав, что в Драконе Юга хоть и присутствует полное безразличие к смертной жизни, но у него есть та же пугающая аура власти, как и у Дракона Запада.
– Я не сумасшедший, – запоздало оправдался Калид.
Шин пригладил свои растрёпанные волосы и усмехнулся:
– Жаль, нам бы псих пригодился, чтобы разобраться с Пятым Драконом, который явно не в себе. – Веселье исчезло из голоса и глаз Шина, а улыбка стала натянутой.
– Вам стоит поспать, – отвлекла я обоих от мрачных мыслей, Калид уже в третий раз потёр покрасневшие глаза.
– Ты тоже ложись, малышка Аша, – поддержал Шин и покорно улёгся на своё место.
Я напоследок благодарно сжала ладонь Калида, и тот ушёл в другой угол. Хранитель развязал ленту, позволив светлым прядям рассыпаться по спине и плечам, а потом завернулся в плед и лёг на песок, положив ближайшую сумку под голову. Калид недовольно зашипел, задев что-то твёрдое в ней. Ударил кулаком пару раз, словно это могло помочь импровизированной подушке стать мягче, и улёгся вновь.
Измотанные дорогой и постоянной необходимостью быть настороже, Шин и Калид уснули быстро. Я встала и как можно тише пробралась к выходу из пещеры, где дежурила Риша. Сворачивая по туннелю, я по привычке схватилась за стену, хотя вылеченное зрение позволяло видеть в темноте почти так же хорошо, как и раньше. Но одно дело – видеть дорогу, а другое – найти ученицу храма, которую обучали на запасного хранителя Дракона Запада.
– Не спишь?
Я едва не подпрыгнула, услышав голос за спиной из высоких кустов. Старшая вышла из укрытия, не задев ни единой ветки, способной создать лишний шум.
– Решила составить тебе компанию, – с улыбкой ответила я, уже гораздо лучше различая черты знакомого лица.
Луна висела высоко и освещала вполне сносно. Риша присела в тени на траву, и я опустилась рядом. Она подняла на меня удивлённый взгляд, когда я потрогала её короткие волосы.
– Почему ты подстриглась?
– Волосы задел огонь, пока мы доставали Раяна. И представляешь, что странно? Волосы самого Раяна не пострадали, а ведь мне, как девушке, они всё-таки нужнее, – все претензии она высказала с напускным недовольством, притворно надув губы.
Я расслабилась, увидев
– Почему Раян не пришёл с вами?
Улыбка старшей моментально завяла, а её глаза со всей внимательностью осмотрели моё лицо. Риша нахмурилась и сделала вид, что занята выискиванием опасности где-то впереди.
– Эйден использовал меня, чтобы ранить Раяна. Он считал, что я связана с Драконом Запада и потому не восприимчива к яду. Ты вспомнила что-нибудь об этом? Может, дедушка что-то говорил? – упрямо продолжила я, ощутив гнетущую недосказанность.
– Нет, не могу припомнить ничего странного. Похоже, если у кого и есть разгадка, то только у Раяна.
Я недовольно сжала губы, получив скупой ответ. Риша заметила мою реакцию, её взгляд стал затравленным, будто она всё никак не могла решиться чем-то поделиться. Тяжело вздохнув, она сдалась:
– Пятый Дракон не солгал. Раян время от времени чувствовал твою боль, но до появления Наён и Калида не был уверен, откуда эти эфемерные ощущения. Ты бы видела, что творилось с ним, Аша. А погода… он не мог контролировать ни тучи, ни грозы. Стоило Раяну разозлиться, и погода менялась сама. Его настроение прыгало от плохого до разъярённого, и я временами боялась, что он сходит с ума. Он сам не понимал, почему в одно мгновение чувствовал себя нормально, а в другое ему мерещились раны, хотя на теле не было отметин. Эти приступы начались у него через месяц после нападения на храм. Мы уже не верили, что ты жива. Нам с Шином стало тревожно, когда Раян внезапно сказал о возможной связи с тобой. Тогда ещё не было никаких доказательств, но он уже догадался, а мы испугались, что Раян рехнулся. В итоге же он оказался прав. Поэтому если кому-то известно о вашей связи, то только ему. Со мной он не поделился.
Я перестала дышать, впитывая информацию. Не встревала даже с коротким вопросом, опасаясь, что Риша может передумать и умолкнуть. Она говорила сумбурно и единым потоком, словно была не в силах остановиться:
– Тогда в Раяне снова загорелась надежда. Он отдал тело и сердце своему дракону и храму, поэтому, когда он заявил, что ты жива, мы с Шином заразились этой надеждой, поверив нашему хранителю, каким бы безумным тогда он ни выглядел. – Старшая сделала паузу, с печальной улыбкой глядя вперёд. – Мы начали гадать, где ты могла находиться. Именно в тот момент Раян с большим напором принялся давить на императора, вынуждая его выделить нам войска. Временами Раян вступал в конфликты и препирался с наследным принцем, потеряв любой страх. Ему пришлось обговаривать отвратительные условия ради заключения соглашения с правителем. Лишь после этого император всерьёз задумался о возвращении провинции Запада.
– Но почему императора пришлось убеждать? – Этот вопрос мучил меня уже долго.
Риша бросила на меня короткий взгляд и вновь вернулась к осмотру местности. Вокруг была светлая роща, благодаря расстоянию между деревьями тень сменялась блёклым светом луны, и при пристальном наблюдении можно было с лёгкостью заметить приближение врага.
– Политика, – почти выплюнула Риша. – Он не первый монарх, желающий собрать хранителей вокруг себя. Хочет, чтобы они всегда были подле и устрашали любых врагов императорской семьи.