Пятьсот лет спустя
Шрифт:
– Ну и?..
– Сир, самая жаркая работа нам еще предстояла. Не прошло и четверти часа, как нас вновь атаковали – в основном теклы, сир, вооруженные лопатами и ножами, их командиры точно знали, чего они хотят. И нам не удалось бы выстоять, если бы не мой друг Айрич, который умеет сражаться, и мой друг Тазендра, которая вовремя разрядила камень-вспышку. Я также имею сообщить вашему величеству, что гвардеец Тивор проявил себя самым лучшим образом.
– Я запомню его имя, капитан, он будет вознагражден.
Кааврен поклонился.
– Расскажите
– Дальше? Сир, мы удерживали свою позицию и нанесли противнику определенный урон…
– Урон?
– Мы убили нескольких текл, сир.
Ее величество позволила себе нахмуриться – как же легко капитан говорит о смерти!
– А каковы ваши потери? – спросил император, не сводивший глаз с Кааврена.
– Сир, убит еще один из моих гвардейцев, другой получил тяжелое ранение, не знаю, переживет ли он сегодняшнюю ночь.
– Продолжайте, капитан.
– Сир, мы удерживали позицию до тех пор, пока не прибыло подкрепление из пятидесяти или шестидесяти гвардейцев из Батальона Белых Шарфов с поста в Нэрроузе, под командой капрала Кина.
– Значит, вы получили подкрепление?
– Совершенно верно, сир.
– И положили беспорядкам конец, капитан?
– Едва ли, сир.
– Ну?
– К этому моменту, сир, начались кем-то спланированные массовые волнения, которые в короткий срок грозили перерасти во всеобщий мятеж.
– Хм-м-м, – произнес его величество.
Ее величество слегка побледнела, но потом вспомнила о своем долге императрицы, а также о словах главнокомандующего, который сообщил о восстановлении порядка.
– Даже вместе с подкреплением, – продолжал капитан, – нам удавалось лишь сдерживать толпу, сир, поэтому я разбил свои силы на группы из шести или восьми гвардейцев для оцепления толпы, в надежде что они сумеют ее сдерживать до прибытия основных сил.
– И ваш план сработал?
– Пожалуй, да, сир. Но нам пришлось хорошенько потрудиться; однако, после того как прибыл его превосходительство лорд Ролландар, благодаря исключительно умелому применению войск, – он поклонился главнокомандующему, – нам удалось остановить распространение беспорядков.
Его величество посмотрел на Ролландара.
– Сир, – заговорил главнокомандующий, – когда я прибыл, господин Кааврен, – здесь он поклонился капитану, – быстро и четко объяснил мне, как обстоят дела. После разговора с ним – более того, по его предложению – мы ввели часть его сил на пол-лиги дальше на территорию Дна, а половиной своих солдат – их было около трехсот – отбросили возмутителей спокойствия прямо на клинки гвардейцев сэра Кааврена.
– Половина ваших солдат, господин главнокомандующий?
– Да, сир. Вторая половина осталась в резерве, а потом произвела обыски в домах, чтобы ни один из злоумышленников не ускользнул.
– Ах вот оно что! Понятно. Ну и каковы же результаты?
– Сир, через два часа нам удалось подавить
– Вам удалось поймать всех?
– Честно говоря, буду сильно удивлен, если хотя бы дюжина из них уцелела и сумела избежать правосудия вашего величества.
Его величество сиял.
– Полнейшая победа! – воскликнул он.
– Да, я так тоже считаю, – сказал Ролландар.
– А вы? – спросил Тортаалик, обращаясь к тиасе.
– Я целиком и полностью согласен с господином главнокомандующим, за исключением одной детали, сир.
– Что вы имеете в виду?
– Я убежден, что организаторы волнений не участвовали в мятеже и остались на свободе.
– Хм-м-м, – пробормотал его величество. – Почему вы убеждены, что все спланировано заранее, капитан?
– Почему, сир? Ну, во-первых, засада.
– Так.
– Во-вторых, нельзя забывать о памфлетах.
– Каких еще памфлетах?
– Понимаете, сир, в мои обязанности входит следить за появлением подрывных материалов, циркулирующих по городу в целом, а в особенности на Дне.
– Ну и что за материалы циркулируют по городу?
Кааврен слегка покраснел, бросил быстрый взгляд на императрицу, а потом сказал:
– Сир, вашему величеству нет никакой необходимости знать подробности.
– Понимаю.
– В большинстве своем памфлеты содержат насмешки.
– Насмешки?
– Да, сир. Они высмеивают двор, эдикты и…
– И меня?
– Да, сир.
– Ну?
– Сир, я считаю, что перед настоящим восстанием подобные листки перестают быть смешными, в них появляется злость.
– А вы, господин главнокомандующий? Что вы думаете?
Ролландар поклонился:
– Полностью согласен с капитаном.
– Понятно. Тогда скажите мне, капитан, почему памфлеты продолжают появляться? Почему они не запрещены?
– Сир, ну, на то есть две причины.
– Две причины? Хотелось бы их узнать.
– Во-первых, они попросту всплывут в другом месте, только будут лучше законспирированы, а значит мы не будем знать заранее о смене иронии на гнев.
– Совсем неплохая причина. А вторая?
– А вторая состоит в том, что памфлеты могут немедленно сменить тон.
– Хм-м-м. Значит, вы считаете, что насмешникам не следует мешать?
– Убежден, сир.
Его величество вздохнул:
– Ладно. Продолжайте.
– Сир, – сказал Кааврен, – я почти ничего не могу добавить к тому, что скажет лорд Ролландар, и простите, я очень устал.
– Да, да, мой добрый капитан. Можете идти – вы заслужили отдых.
Кааврен поклонился сначала его величеству, потом ее величеству, а затем главнокомандующему, после чего покинул Нижний Квартал, отдав по дороге необходимые распоряжения своим гвардейцам, которые должны были сопровождать их величеств обратно в покои. Ему вслед с почтением смотрели придворные, в глазах фрейлин читалось восхищение.