Пятнадцать часов
Шрифт:
– СНПД?
– Ситуация Нормальная - Полное Дерьмо. Очень подходящее и часто используемое сокращение, чтобы описать обстановку здесь, на Брушероке. Хотя ты можешь подобрать для ее описания и другие слова.
– Но если они признали свою ошибку, это значит, что меня вернут в мой полк? – спросил Ларн, в его сердце неожиданно появилась надежда.
– Нет, салага. Честно говоря, то, что с транспорта все-таки решили сообщить о «досадном происшествии» с вашей ротой – отнюдь не желание признать ошибку. Главной целью этого сообщения было узнать, что произошло с их посадочным
– Значит, я застрял здесь, - мрачно сказал Ларн.
– Как и все мы, салага, - сказал Владек, копаясь в куче серо-черных шинелей под столом. – А сейчас пей свой рекаф и мы подумаем, куда тебя распределить. Начнем с новой шинели с городским камуфляжем. Она поможет тебе слиться с местностью и сделает не такой заметной целью, не говоря уже о том, что позволит не замерзнуть. В это время года достаточно холодно, чтобы, как только ты опорожнишь мочевой пузырь, его содержимое превращалось в лед. У меня здесь есть шинель, которая должна отлично тебе подойти. Не волнуйся насчет крови на отворотах. Она легко счистится, когда высохнет.
Через десять минут благодаря запасам капрала Владека Ларн оказался владельцем шинели, пары шерстяных перчаток, шлема с меховым чехлом, маленького точильного камня и микропередатчика, настроенного на локальную частоту варданцев. Потом, когда Ларн допил последний глоток горького эрзац-рекафа, Владек потребовал его личный знак, и записал его имя и номер на доске рядом с ним.
– Пока все, салага, - сказал Владек. – Тебе надо будет прийти ко мне снова через пятнадцать часов. Тогда я дам тебе кое-что из более ценного и дефицитного снаряжения: дополнительные аккумуляторы для лазгана и осколочные гранаты, лазерный пистолет, дымовые гранаты и так далее.
– Почему через пятнадцать часов? – спросил Ларн.
– Ха! Ты скоро узнаешь, что здесь есть вопросы, которые лучше не задавать, салага, и это как раз один из них. Просто приходи через пятнадцать часов и в течение этого времени постарайся не думать об этом. Да, и еще, салага. Чуть не забыл. Тебе понадобится вот что!
Взяв с полки копию «Воодушевляющего Учебника Имперского Пехотинца», Владек протянул ее Ларну.
– Но у меня уже есть один, капрал, - сказал Ларн. – Мне выдали учебник в первый день моей службы на Джумале.
– Поздравляю, салага, - сказал Владек. – Теперь у тебя две копии. Они тебе пригодятся, и лучше иметь лишний запас. Ты увидишь, что эта книжонка – очень полезная вещь в повседневной жизни здесь в Брушероке. Бумага, на которой они напечатаны – отличный абсорбент.
Отдав ему книжку и личный знак, Владек повернулся к плите, чтобы налить еще кружку рекафа.
– В любом случае, теперь у тебя достаточно снаряжения, чтобы выжить, - сказал Владек, снова поворачиваясь к Ларну и кивнув на что-то позади него. – А сейчас подумаем насчет присоединения тебя к огневой группе. Вот и наш ротный командир пришел, очень вовремя.
Увидев приближавшуюся
– Что это салага меня так приветствует, Владек? – спросил сержант, пройдя мимо Ларна и взяв кружку рекафа из рук капрала. – Наверное, он принял меня за генерала?
– Вполне понятная ошибка, учитывая вашу представительную внешность и ауру власти, сержант, - сказал Владек, улыбаясь. – Кроме того, я только что сказал ему, что вы наш ротный командир. Наверное, он решил, что одно это уже делает вас лейтенантом.
– Лейтенантом? Я разочарован, Владек. Если уж меня принимают за офицера, я думал, что сойду как минимум за полковника, - на его губах мелькнула тень улыбки, и сержант повернулся к Ларну. – Можешь опустить руку, солдат. Даже если бы я был лейтенантом, мы тут не слишком увлекаемся отданием чести. Это только дает оркам возможность лучше прицелиться. Думаю, у тебя есть имя? Не салагой же тебя звать?
– Солдат первого класса Ларн, Арвин А. к службе готов, сержант! – доложил Ларн, опустив руку, но все еще стоя по стойке «смирно». – Номер: 81576/…
– Вольно, Ларн, - сказал сержант. – Оставь это для плаца. Как я сказал, мы здесь не слишком тратим время на церемонии. Хорошо. Ты уже сообщил свое имя и номер капралу Владеку, чтобы он передал их в штаб командующего?
– Так точно, сержант.
– Хорошо. Может быть, в штабе тебя назначат служить где-то еще в городе. А пока приказы о распределении новоприбывших солдат вполне ясны. Ты высадился в нашем секторе, а значит, теперь принадлежишь нам. Таким образом, ты приписан к 902-му Варданскому полку до дальнейших распоряжений, Ларн. Добро пожаловать в роту «Альфа». Меня зовут Челкар. Пока тебя никуда не переназначили и из штаба нам не прислали нового лейтенанта, ты будешь получать приказы от меня. Ясно?
– Так точно, сержант.
– И сколько ты уже носишь орла?
– Орла, сержант?
– Я имею в виду: сколько времени ты служишь в Гвардии?
– Четыре месяца, сержант.
– Четыре месяца? Ты совсем зеленый. И еще не участвовал в боях?
– Нет. Сегодня был мой первый бой, сержант.
– Хмм. Ну, по крайней мере, ты выжил. Думаю, это уже о чем-то говорит, - на секунду глаза его стали печальными и отстраненными, и Челкар замолчал. Ларн, уверенный, что сержант сейчас молча его оценивает, почувствовал побуждение доказать свою ценность.
– Не стоит беспокоиться, сержант, - сказал он. – Я вас не подведу. Я гвардеец. Я до конца буду исполнять мой долг.
– Уверен, что будешь, Ларн, - выражение лица Челкара было мрачным. – Но запомни, часть этого долга состоит в том, чтобы ты выжил и мог сражаться завтра. И для этого ты будешь делать следующее: исполнять приказы; держать глаза и уши открытыми; прикрывать спины своих товарищей, так же, как они прикрывают твою. И прежде всего – никакого геройства. Никакого безрассудства. Никакого риска без необходимости. Это Брушерок, Ларн. Здесь нет героев. Их всех убили орки. Мы поняли друг друга?