Пятая профессия

Моррелл Дэвид

— Боже!

Акира смотрел в ту же сторону. Его бормотание в переводе не нуждалось — он ругался по-японски.

Они быстро побежали через дорогу. Была еще такая возможность: охрана осталась в лесу, а фары на склоне горы — приманка, которая должна заставить Акиру и Сэвэджа потерять бдительность, поспешить, и нарваться на засаду, — поэтому Сэвэдж продолжал целиться из “беретты” в темную чащу леса, готовый стрелять при первом же признаке опасности.

Но вместо нападающей из леса охраны они обнаружили — на полпути к следующему повороту — узенькую

дорожку, обсаженную по бокам густым кустарником, со столь изумительно замаскированным въездом, что он полностью сливался с окружающим ландшафтом. Нахмурившись, Сэвэдж наблюдал за чернотой, открывшейся в проеме, затем перевел взор к вершине горы, хотя с этой точки деревья загораживали слабые, призрачные, уменьшающиеся в размере огоньки, которые сделали поворот и приблизились к перевалу.

— Ясно, как божий день, что они не на прогулку выехали, — сказал Сэвэдж.

— Может быть, на встречу. Причем, представь себе ее уровень, если для этого пришлось забраться в подобную глушь.

— В самом центре пустоты? Ночью, в лесу, на вершине горы? Даже я не столь параноидален, — фыркнул Сэвэдж. — Шираи слишком занятой человек, чтобы терять уйму драгоценного времени на то, что можно сделать быстрее, проще и надежнее — в более удобной обстановке. А вдруг ему в туалет захочется? Не могу представить заносчивого политика, писающего в лесу… А затем долгая дорога в Токио. Он, конечно, может и в машине поспать. Но все равно будет измотан…

— Но эта дорога… — сказал Акира.

— У всего есть свое назначение. Ее невозможно заметить, а если кто-то и разглядит, то не обратит внимания. А зачем ее так камуфлировать? Неужели только для того, чтобы никто не смог полюбоваться с горы потрясающим видом?

— Значит, что-то есть там, наверху.

— Здание, — предположил Сэвэдж.

— Это единственное, что приходит в голову. — Акира нажал на кнопку часов, и высветились цифры. — Сколько сейчас? Чуть больше одиннадцати. Значит, Шираи планирует остаться там ночевать.

У Сэвэджа набухли вены.

Словно подстегнутые электрическим кнутом, мужчины рванули по дороге, обогнули поворот и помчались к охранявшим “тойоту” мотоциклистам.

И хотя от бега Сэвэдж вспотел, по спине — правда, не от промозглого октябрьского горного ветерка — пробежал холодок. Де жа вю заставил его зашататься от слабости.

— Чуть больше одиннадцати? Но разве не в это же время мы подъехали к…

— Мэдфорд Гэпскому Горному Приюту, — докончил за него бегущий рядом Акира. — Все это ложь. Мы никогда…

— Там не были, — выдохнул Сэвэдж.

— Но я настолько…

— Хорошо его помню… — Сэвэдж мчался вперед. Сердце колотилось так сильно, что ему стало плохо… Плохо от страха. От ярости. — Это происходит…

— Снова. — Акира набрал скорость.

— Но ведь в первый раз этого не было! — Предчувствие ошпарило Сэвэджа.

— Сегодня… — выдохнул Акира.

— Мы узнаем почему.

Они забежали за поворот, направляясь к “тойоте”. Из кустов вышли мотоциклисты. Акира дал им инструкции на японском, одновременно

открыв багажник автомобиля.

Зажегшийся под кожухом свет обозначил два рюкзака. Еще в Токио, когда Таро снабдил их этой машиной, Акира объяснил Сэвэджу, что сэнсей всегда кладет в багажник все необходимое. Оружие. Микроволновые, инфракрасные и вольтовые датчики, предназначенные выявлять детекторы вторжения. Темная одежда. Тюбики с маскировочной краской.

— Пойдем по дороге? — спросил Сэвэдж, быстро облачившись в похожую на пижаму одежду, натянув ее поверх своей.

— Не стоит забывать о том, что она может просматриваться телекамерами, — отозвался Акира.

— Верно. — Сэвэдж обеими руками размазал камуфляжную грязь по лицу. — Дорога чересчур заманчива. Мы на открытом пространстве. Удивительно простая ловушка… Придется выдумать путь посложнее.

— Ты думаешь, другой путь все же имеется? — Акира усмехнулся. — А разве, кроме тяжелых путей, имеются другие? И были ли они на твоей памяти? — Он выудил из рюкзака пистолет и начал его внимательно проверять.

— На моей памяти — нет. Ну, что, наверх? Да? Полезем на гору?

Акира проверил магазин.

— Да. Наверх. Полезем. Ты сможешь выдержать такой подъем?

— Может, еще гонку устроим? И на сколько забьемся?

Акира оттянул затвор и послал патрон в патронник.

— На наши жизни.

— Ну, в этом случае — я все равно тебя перегоню — предлагаю подниматься очень осторожно.

— Хай. — Акира сунул пистолет в кобуру.

— Готов? — спросил Сэвэдж.

— Нет. — Акира повернулся к ученикам Таро и что-то быстро сказал им по-японски.

Сэвэдж, чувствуя, как тренькают натянутые нервы, ждал.

Ученики кивнули. Акира тоже.

— Что такое? — спросил Сэвэдж.

— Я приказал им ждать, — сказал Акира. — Но вначале, пока мы карабкаемся на гору, один из них отведет “тойоту” в ближайшую деревушку. И оставит ее там. На тот случай, если люди Шираи захотят проверить дорогу. Второй поедет за ним следом на мотоцикле, на котором они вернутся сюда и спрячутся. Если мы не появимся здесь к завтрашней ночи, они доложат обо всем Таро.

— Который за нас отомстит, — сказал Сэвэдж.

— Он мой сэнсей. Он мне как отец. И он уничтожит, — Акира тяжело вздохнул, — тех, кто меня убьет.

— Все, хватит разговоров о смерти. Сейчас главное — забраться наверх, а это нелегко. А все остальное…

— Я не христианин. Но воспользуюсь вашим западным словечком, — Акира произнес: — Спасение.

— Да, — отозвался Сэвэдж. — Конец нашего общего кошмара. Начало спокойной жизни.

Сэвэдж закинул рюкзак на плечи. На какой-то безумный момент ему показалось, что он бывал здесь — но уже не Мэдфорд Гэпский Горный Приют мерещился Сэвэджу, а усадьба мужа Рэйчел. Нахлынувшая волна ужаса показала американцу, что все возвращается на круги своя. Он снова ощутил прилив ярости. Если круг завершен и все эти месяцы он бродил по лабиринту, то лабиринт этот не похож на миконосовский. Он возник в его измученном мозгу.