Пятая пробирка
Шрифт:
Платини Катджаоха, мэр поселка, владел магазином и жил в самом богатом доме — оштукатуренном, двухэтажном, с навесом для автомобиля, несколькими комнатами и цистерной для воды. Одну из стен украшала тарелка спутниковой антенны. На тихий стук Энсона вышел сам хозяин. Он был босиком, в красных бермудах и застегнутой на все пуговицы цветастой рубашке, обтягивающей мощный торс. Улыбка открывала безупречно белые зубы, которые, казалось, фосфорецировали на фоне абсолютно черного лица.
— Господин мэр, — прошептал
— Вы, доктор, всегда дорогой гость в моем доме, — пробасил Катджаоха, сопровождая свои слова рукопожатием и почти медвежьим объятием. — Дверь наверх закрыта, так что вы никого не разбудите. Моя жена спит, как корова, а дети так набегались за день, что... Могу я предложить вам немного вина, чая или чего-нибудь еще?
— Нет, только телефон.
— Я слышал, что вас успешно прооперировали. Мы все очень рады.
— Спасибо, мой друг. Теперь у меня новое легкое.
— Откуда-то из Индии, мне говорили.
— Вообще-то, как раз, чтобы это уточнить, я и пришел к вам. Франсис предупреждал вас, что я хочу позвонить за границу?
— За все то, что вы сделали для людей моей деревни, доктор, вы можете звонить хоть на Луну, если пожелаете!
— Спасибо. Напишите, пожалуйста, свой номер. Мой друг перезвонит сюда.
— Одну минуту!
— Может быть, мне придется немного подождать.
— Конечно!
— Вы чудесный человек, Платини Катджаоха!
— Тогда вы, доктор, эталон чудесного человека! Я буду наверху. Если понадоблюсь, позовите.
Энсон снова поблагодарил его, уселся в потертое кресло у телефона и вытащил из кармана сложенный лист бумаги. Между Камеруном и Нью-Дели было пять часов разницы во времени, поэтому доктор немного сомневался, где может находиться Бипин Гупта — дома или уже в офисе. Но, хорошо зная шеф-редактора авторитетной «Индиан экспресс», Энсон сначала набрал служебный номер и не удивился, когда Гупта снял трубку после первого звонка.
—Привет из Камеруна, дружище, — сказал Энсон на почти беглом хинди.
—Джозеф? Какая приятная неожиданность! Ты должен звонить чаще, а то твой южноафриканский акцент становится слишком заметным!
Вместе с Гуптой Энсон два года жил в одной комнате в общежитии Кейптаунского колледжа. Хотя Бипин очень хорошо говорил по-английски, Джозеф настоял, чтобы между собой они говорили только на хинди. У него, несомненно, имелись способности к языкам, и скоро родной язык Гупты был добавлен к английскому, африкаанс, голландскому, французскому, испанскому и немецкому.
Во время поездки в Амритсар Энсон с удивлением понял, что никогда не упоминал о своем знании хинди в разговорах с Элизабет. Сначала Джозеф был немного смущен, когда сидел рядом с Санджаем Хандури и слушал, как тот переводит с языка, который и так прекрасно понимал, но думал, что этот маленький
—Бипин, — начал Энсон после обмена вежливыми приветствиями, — мне нужно, чтобы ты проверил для меня две вещи. Если это возможно, я буду ждать твоего ответного звонка. Первое — узнай про человека по имени Т. Дж. Нарджот, который проживал на Султан-роуд в Амритсаре. Возраст — примерно сорок лет. Предположительно, он скончался в центральной больнице города в течение недели после восемнадцатого июля.
— А второе?
— Почти в это же время в стационаре якобы произошла вспышка внутрибольничной пневмонии. Мне надо знать, так ли все было на самом деле.
Журналист попросил продиктовать название бактерии — возбудителя пневмонии по буквам, а потом сказал:
— Ты знаешь, гораздо труднее определить, что человека не существует или что событие не произошло, чем наоборот.
— Но я верю, что мой друг Бипин Гупта может все.
— Дай мне твой номер и час времени, — ответил индиец.
ГЛАВА 28
Если уж идти на риск, так не при том ли условии, что в случае успеха они станут лучше?
Платон, « Государство», кн. V
Черный «мерседес» Родригу Варгаша оказался мощным четырехдверным седаном, пропахшим сигарами. Натали, с трудом двигавшейся от усталости, затрудненного дыхания и глубокой ссадины на бедре, пришлось проехать с четверть мили, пока она не заметила узкую дорожку, уходившую в сторону, прямо в густую сельву. Убедив себя в том, что машину не будет видно с дороги, она четыре раза возвращалась к джипу, чтобы поднять наверх все свое имущество. Когда Натали наконец перенесла к «мерседесу» палатку, рюкзак воду и запас продуктов, был уже вечер. За все это время на дороге не появилось ни одной машины.
Не имея представления, как далеко еще до Дома Анджело, она решила немного проехать вперед. Через полчаса дорога резко повернула вправо и пошла под уклон.
К дереву, стоявшему на повороте, был прибит указатель со стрелкой и незамысловатой надписью: « ДА 2 мили». Проехав еще примерно с милю, Натали увидела дорогу, вернее — колею, уходившую влево, в лес. Она ехала по этой колее, пока та не исчезла у подножия холма, и на этот раз постаралась тщательно прикрыть машину ветками. Ключ зажигания она засунула под правое переднее колесо.