Пятая пробирка

Палмер Майкл Стивен

—А послеоперационный период не затянется так на­долго, как вы думаете. Врачи, с которыми я работаю, — лучшие трансплантологи в мире. Они сделают для вас все возможное.

Энсон допил пиво. Он надеялся, что у него хватит силы духа убедить Элизабет, что медицинские показатели для пересадки еще не столь серьезные и вообще время непод­ходящее.

— У меня выдалось несколько хороших дней... — начал он.

— Ради бога, Джозеф! Будьте честным хотя бы с самим собой. Если вы среди дня не хватались за ингалятор или кислородную маску, это еще не значит, что был хороший день. Взгляните на себя. Вы же умный человек, ученый. Но вы не можете сказать

и половины того, что думаете, только потому, что вам просто не хватает воздуха! — Она снова взяла его руку в свои ладони. — Джозеф, прошу, послушайте меня! Доктора в «Уайтстоуне» узнали о до­норе, Джозеф, исключительное совпадение тканей! Ради этого мы объехали весь мир. Вам почти не потребуются иммуносупрессоры, а это значит, что не будет побочных эффектов. Вы вернетесь к работе гораздо раньше, чем ду­маете.

Энсон внимательно посмотрел на Элизабет. Впервые разговор зашел о конкретном доноре, не говоря уже о сов­падении тканей. Доктор Сен-Пьер и ее коллеги-консуль­танты сделали первый ход в этой игре с такими высокими ставками.

— Как долго ваши люди искали донора?

— С тех пор, как сделали анализы и поняли, что у вас редкий тип тканей.

Энсон откинулся на спинку стула и покачал головой.

— И где вы нашли... такое совпадение?

— В Индии. Город Амритсар, штат Пенджаб, к севе- ро-востоку от Дели. Человек подключен к аппарату ис­кусственного дыхания в местной больнице. Смерть мозга в результате обширного кровоизлияния. В больнице то­ропятся с изъятием органов, но мы упросили их подож­дать.

Энсон встал и прошелся по столовой. Даже эти несколь­ко шагов дались ему с трудом, но он убеждал себя, что это из-за высокой влажности.

— Я не могу, — сказал он наконец. — Я просто не могу. Здесь много работы, и надо предупредить дочь, и... и...

— Джозеф, пожалуйста, — остановила его Элизабет, — перестаньте! Если вы не готовы, значит, не готовы. В таком случае почему бы вам просто не пойти домой и не отдох­нуть час-другой перед послеобеденным обходом? Я управ­люсь здесь без вас.

— По... пожалуй, — ответил Энсон тоном капризного ребенка. — Я рад, что вы на меня не сердитесь.

— Я за вас волнуюсь, Джозеф, и за наш проект «Сара-9», но вряд ли я на вас сержусь. Позвольте, я вызову охранника, и он отведет вас домой. Может, вам нужна кресло-каталка?

— Нет! — воскликнул Энсон. Он повернулся, но вдруг на него нахлынула волна слабости. — Хотя, наверное, с ка­талкой будет лучше, — капитулировал он.

Когда охранник вкатил в столовую кресло и помог Эн- сону усесться в него, доктор был уже настолько слаб, что едва мог дышать. Он пытался вдохнуть, но, казалось, его мозг не хотел больше участвовать в этом процессе. Доктор хотел что-то сказать, но не смог вымолвить ни слова.

Охранник покатил кресло и дверь, стены комнаты на­чали кружиться перед взором Энсона. На дорожке, веду­щей к жилому комплексу, проехав всего несколько футов, Энсон вдруг почувствовал, что его дыхание остановилось. Мир вокруг потемнел и провалился в черноту. Потеряв сознание, доктор вывалился из кресла и упал лицом на до­рожку.

Охранник, крупный коренастый мужчина, подхватил доктора, словно тряпичную куклу, и бросился обратно, зовя на помощь. Через мгновение тело Энсона лежало на носилках в палате экстренной помощи, а Клодин готовила к работе оборудование жизнеобеспечения. Сен-Пьер, ко­торая умела сохранять хладнокровие и в более тяжелых ситуациях, приказала подсоединить кардиомонитор, при­готовить катетер и

иглу для внутривенного вливания, а за­тем, запрокинув Энсону голову, приступила к вентиляции легких с помощью маски и дыхательного мешка. Один из ординаторов предложил заменить ее, но Элизабет отказа­лась.

—Я знаю, что вы опытный специалист, Даниэль, — ска­зала она, — но в данном случае своему опыту доверю боль­ше. Без этого человека мы все пропадем. Проверьте луч­ше пульс на бедренной артерии. Клодин, подготовьте все необходимо для интубации [23] , трубка семь с половиной. И проверьте баллон!

Между двумя женщинами промелькнула незаметная для других искра.

—Пульс есть, — произнес ординатор. — Но слабый.

—Следите за монитором, попробуйте измерить давление.

23

Интубация — введение через рот в гортань, трахею или бронхи особой трубки при нарушениях дыхания, а также для проведения наркоза.

Сен-Пьер продолжала делать интенсивное искусствен­ное дыхание. Лицо Энсона немного порозовело, но в соз­нание он не приходил. Клодин проверила баллон, который использовался для установки и фиксации дыхательной трубки в трахее. Элизабет нагнулась над головой Энсона, велела ординатору удерживать ее вверх подбородком, а сама прижала язык коллега пластинкой ларингоскопа и за две секунды ввела трубку сквозь его голосовые связки. Порция воздуха из баллона закрепила трубку на своем месте.

Затем Элизабет заменила маску дыхательного мешка адаптером, который подсоединила к трубке, и продолжала вентиляцию легких, пока не подсоединили аппарат искус­ственного дыхания. От интенсивной работы шести человек жара и влажность в маленькой комнате стали почти нестер­пимыми, и только Сен-Пьер не выказывала признаков ус­талости, хотя один раз сняла очки и вытерла их о рубашку.

Пятнадцать минут в комнате царила напряженная ти­шина. Внешне Энсон не менялся, но его жизненные пока­затели медленно улучшались. Наконец с видимым усили­ем он открыл глаза.

Сен-Пьер поблагодарила всех ассистентов и медсестер и попросила их покинуть палату. Потом она подошла к Энсону и наклонилась над ним.

— Все в порядке, Джозеф, — сказала она, приблизив свое лицо почти вплотную к лицу доктора. — Просто жара и влажность оказались слишком сильными. У вас случилась остановка дыхания, понимаете? Не надо даже кивать, просто сожмите мою руку. Хорошо! Я знаю, что эта трубка вещь неприятная. Я вам сейчас дам ус­покоительное. Пока стоит трубка, опасность намного меньше. Пожалуйста, Джозеф, прошу вас, послушайте меня! Если бы это случилось у вас дома, мы бы не успе­ли прийти вам на помощь. Вы нужны нам, Джозеф! Вы нужны мне и всему миру. Мы не можем позволить, что­бы такое повторилось снова. Пожалуйста, согласитесь на пересадку!

Вначале слабо, а затем с усилием он сжал руку Эли­забет.

— О, Джозеф! — воскликнула она, целуя его в лоб, а потом в щеку. — Спасибо, спасибо! Мы будет действовать быстро. Вы понимаете? «Уайтстоун» держит наготове для вас самолет в Индию, он Ждет в аэропорту Кейптауна. Я буду с вами. Вы будете подключены к прибору всю до­рогу, я введу вам успокоительное. Понимаете? Прошу вас, не бойтесь. Скоро все ваши мучения кончатся, и вы снова вернетесь сюда помогать людям. Вы понимаете меня? Хо­рошо, Джозеф, я звоню. Скоро мы отправимся в Яунде и будем ждать самолет.