Пять снов Марчелло

Каныгина Светлана

Разглядев их, Марчелло вспомнил о Розе, посмотрел вниз и увидел её у входа в кафе. Девушка стояла, обращённая к одному из пустующих столиков и, держа в руках поднос в кофейным сервизом, чего-то ждала. Посетителей в заведении и людей на улице не было, поэтому ожидание

показалось какаду бессмысленным, но он тоже стал ждать, предчувствуя, что за этим последует нечто такое, чего ему никак нельзя пропустить.

Роза стояла, а Марчелло исследовал её взглядом. Он вспоминал, как смотрел на неё Тонино и всё пытался понять, что такого видел юноша, отчего приходил в трепет. Попугай уже не один раз пристально оглядел девушку, закрывал и открывал глаза, в надежде увидеть её по-новому; смотрел искоса и исподлобья, но так и не смог найти отгадку. Тогда раздражённый этим бессилием какаду остановил взгляд на лице Розы, в точке между её бровями и, не смыкая глаз, просто смотрел.

Неожиданно мыслей Марчелло нежным дуновением коснулся запах ванили. Встрепенувшись, какаду повёл головой, как бы улавливая этот аромат, и тут понял, что чувствует его исходящим от Розы. В изумлении он отодвинулся дальше от прутьев клетки, убеждая себя в том, что ошибся, и крепко зажмурил глаза, а когда открыл их, так и замер на месте. В секундное мгновение, на протяжении которого какаду не видел девушку, что-то произошло в новой действительности, и Роза из невыразительного, неинтересного персонажа преобразилась в объект безусловного восхищения. То, какой она стала, всколыхнуло в сердце попугая столько чувств, что оглушённый ими он

был не способен думать и лишь созерцал.

У столика кафе стояла другая Роза. Вместо рубашки, строгих брюк и фартука на ней было длинное белое платье. Собранное в рюши на приспущенных ниже плеч рукавах-фонариках, обтягивающее изящный торс девушки и воздушное в воланах, спускающихся от её талии к пальцам ног- это платье чувствовалось пенным, словно созданным из крема или взбитых сливок. Волосы Розы больше не стягивала коса. Они струились по её плечам карамельными волнами кудрей, прикрывая хрупкость лопаток и подчёркивая тонкую линию талии. Черты лица девушки несли в себе скромность, добродушие и невинность, но губы, сияющие ярко алым цветом помады, выдавали скрытые в её душе силу и страсть. В прохладной свежести летней ночи она выглядела пышущей незримым жаром, а белое платье таяло на её разгоряченной коже, оплывая оборками и кружевом.

Марчелло внезапно осознал, что Роза перестала быть для него девушкой из кафе. Попугай начал чувствовать её, как мог ощущать тепло, холод, удовольствие или боль, и чувства эти не были похожи ни на одно из тех, что ему приходилось испытывать прежде.

Чем они были? Чем была она- притягательная, как изысканное лакомство, но живая и поэтому несравнимая с ним, но даже пахнущая, как лучшее из лакомств, какие можно пожелать.

Что она источала? И как ему, какаду в клетке, было постичь это?

Как он мог стать ближе, чтобы коснуться и ощутить, чем она является?

Конец ознакомительного фрагмента.