Пять секунд до полуночи

Орлов Иван Алексеевич

— Максим с тобой? — спросил Тарус, и акили кивнул в ответ, всё ещё поражённо смотря на лейтенанта.

— Тут я, — ответил аспирант. Промокший до нитки, он сидел за камнем и дрожал от холода.

— Здесь опасно: макуро близко. Принимай маршрут до точки сбора, — сказал Тарус и активировал беспроводную передачу данных. — Двигайте туда и не шумите. Не суйтесь в красные зоны, смотрите в оба, понятно? Я вас там встречу.

— А Крис? — Максим закрыл глаза, и Тарус увидел уведомление об успешной передаче данных.

— Я о нём позабочусь.

— Но…

Восемьдесят метров,

шестьдесят, пятьдесят. Весь лес был усеян большими и маленькими обломками корабля. Тарус обогнул огромный обгоревший двигатель и увидел склон невысокой скалы. На нём лежал растерзанный и горящий остов космолёта. Лейтенант вынул из кармана последний уцелевший шарик дрона-наблюдателя, размахнулся и подбросил вверх.

Через несколько секунд шарик вернулся в его ладонь и свернул крохотные крылышки. Тарус сорвался с места. Перепрыгивая через обломки, он со всех ног бежал к одному ему известному месту и остановился, только когда увидел перед собой оранжевый парашют. Он зацепился за ветви деревьев и полоскался на ветру. Стропы тянулись в густые заросли кустарника.

Тарус продрался сквозь колючие ветви и подбежал к лежащему без движения Крису. Он отдал импланту команду диагностировать состояние пилота, и тотчас перед глазами лейтенанта возникла тепловая карта тела. Тарус осторожно снял шлем с головы Криса и аккуратно приложил к ней руки, чтобы считать пульс и параметры активности мозга.

— Так, парень, ты это брось, — пробормотал Тарус. — Рановато тебе ещё умирать.

***

По небу летели рваные тёмные облака, ветер настойчиво стучался в наглухо закрытое окно. Порошок высыпался из маленького пакетика, и вода в стакане зашипела. Майя мелкими глотками выпила успокоительное, чтобы справиться с бессонницей. В голове бешеным смерчем крутились мысли, не давая уснуть.

Успел ли Хиромацу рассказать министру внутренних дел о Чжанг Ю? Можно ли доверять новому президенту и чего от него ждать в следующий момент? Как связаны рисунки в форме сердца, демонстрации, война и убийство Хиромацу? Оправданы ли его страхи о невидимках? Наконец, кто такой Ф.Д.? В правительстве не было людей с такими инициалами.

Майя совершенно забыла про письмо, и вспомнила о нём совсем недавно. Перерыв все бумаги в урне на работе, она нашла лишь смятый лист с нарисованными человечками и пару черновиков с экономическими расчётами, но послание от неизвестного исчезло. Майя уже трижды пожалела, что выбросила его.

«Что там было написано в этом проклятом письме? Что? — Майя зажмурила глаза в попытке вспомнить. — Про течь на корабле человечества, про справедливость и будущее. Ещё он предлагал объединить усилия. Рисунки на стенах в виде сердец. Нет, этого там не было. Где же я их видела? Господи, как я устала…»

Быть может, с ней пытался выйти на связь истинный руководитель переворота и заказчик преступлений? Стоит ли попытать счастья и надеть значок на левый отворот пиджака? Вдруг предложение ещё в силе, и Ф.Д. свяжется с ней?

Вероятность этого была катастрофически мала. Ясно как день, что захват власти увенчался успехом. Ф.Д. справился без помощи Майи, и вряд ли теперь захочет делиться чем бы то ни было. Без Хиромацу

ССП обезглавлен и в высшей степени уязвим, и скорее всего Ф.Д. попытается устранить ОГК, как единственную оставшуюся для себя угрозу.

Ураган мыслей постепенно начал стихать — успокоительное начало действовать. Майя опустила голову на подушку. После её недавнего заявления протестные движения вспыхнули с новой силой и выплеснулись в армейскую среду. Целые корабли и военные базы заявляли о недоверии правительству и командованию. ОГК впервые в своей истории открыто встало в оппозицию к государству, когда Майя рассказала о преступлениях власти против народа.

Майя легонько покачала головой: «Стас, прости, с нашей поездкой придётся подождать. Я не могу допустить захвата или развала ОГК. Выбора у меня нет, я уже ввязалась в эту игру».

***

Машина остановилась на парковочном месте и замерла. Сработала тонировочная система, сделав все стёкла почти полностью непрозрачными. В салоне стало темно, и лишь приборная панель продолжала слабо светиться. Карл медленно двигал пальцем по экрану компьютера, перебирая пункты меню.

Маршрут номер 2: «Работа» — удалить.

«Что ж, я получил, что хотел».

Маршрут номер 6: «Парк и озеро» — удалить.

«Действуй я хоть чуточку иначе, всё могло бы закончиться по-другому».

Маршрут номер 7: «Галерея современного искусства» — удалить.

«Вы провели меня, господин министр. Пардон, временный президент. Аплодисменты, переходящие в овации, все встают! Но в том-то и дело, что временный. Даже само название должности — и то намекает на вашу судьбу».

Система позиционирования, хранение треков на удалённом сервере — отключить.

«Зря вы выбрали своей жертвой именно меня. Не только у вас есть козыри в рукаве».

Система поиска оптимального маршрута движения — отключить. Запись с камер кругового обзора — отключить и удалить все файлы.

«Как те люди сумели выжить, он же взорвал корабль!? И как им удалось передать сообщение? А Бекетт? Неужели она настолько глупа, что не понимает последствий? Зачем было его обнародовать? Она даже не представляет, во что ввязалась».

Карл выключил компьютер и посмотрел на часы. Давно пора было идти домой, но он остался сидеть в машине. Вчера Карл заставил сына порвать заключение профориентационного тестирования и задуматься о будущем самостоятельно. Мысль об этом привела Ханса в шок, и он провёл весь вечер ни разу не прикоснувшись к учебно-игровой консоли и костюму виртуальной реальности. Просто сидел и смотрел в пустоту. Выбор собственного пути оказался для него нелёгким делом. Шоком, не иначе.

Лайза больше не задавала вопросов касательно Айро и работы, но Карл знал: рано или поздно он будет вынужден раскрыть ей все тайны. Она не раз доказывала своё упорство в достижении целей. И здесь, без сомнения, отступила лишь на время.

Мимо машины, едва различимая из-за тёмной тонировки, прошла молодая женщина. Короткая юбка открывала стройные ноги и очерчивала соблазнительные округлые бёдра, каблучки задорно цокали по асфальту подземной автостоянки. Карл безучастно скользнул по ней взглядом.