Пять недель на воздушном шаре
Шрифт:
Чтобы избегнуть этого опасного соседства, доктор решил подняться повыше. Он увеличил пламя горелки; газ начал расширяться, и «Виктория» пошла вверх. Но не тут-то было: видимо, кондоры и не собирались выпустить свою добычу – они стали подниматься вместе с шаром.
– Очень они разъярены, – заметил охотник, заряжая свой карабин.
И в самом деле, хищники все приближались; некоторые были уж в каких-нибудь пятидесяти футах. Оружие Кеннеди нисколько не устрашало их.
– Ужасно мне хочется выстрелить в них! – воскликнул
– Нет, Дик, нет, – остановил его Фергюссон, – совсем не нужно раздражать их без надобности. Это, пожалуй, было бы для них сигналом к нападению.
– Но ведь я легко справлюсь с ними.
– Ошибаешься, Дик.
– Да у нас же, Самуэль, найдется пуля для каждого из них, – убеждал друга Кеннеди.
– А если они набросятся на верхнюю часть шара, как ты их достанешь? – возразил доктор. – Представь себе, что мы среди стаи львов в пустыне или среди стада акул в открытом океане. Так вот, понимаешь, для воздухоплавателей данное положение не менее опасно.
– И ты говоришь это серьезно, Самуэль?
– Совершенно серьезно. Дик.
– Тогда обождем.
– Жди и будь готов на случай нападения, но, смотри, не стреляй без моего приказа.
Кондоры были уже совсем близко. Ясно виднелись их голые шеи, вздувшиеся от крика, яростно поднятые хрящеватые гребни с фиолетовыми отростками. Это были крупнейшие кондоры – свыше трех футов длиной. Белые крылья их сверкали на солнце. Ни дать ни взять белые крылатые акулы.
– Эти хищники гонятся за нами, – сказал Фергюссон, видя, как кондоры несутся вслед за «Викторией», – и сколько бы мы ни поднимались, они не отстанут, от нас, а могут, пожалуй, и опередить.
– Что же нам делать? – спросил Кеннеди. Доктор ничего не ответил.
– Послушай, Самуэль, – заговорил охотник, – этих птиц четырнадцать, а в нашем распоряжении, считая все оружие, семнадцать выстрелов. Да неужели нет возможности если не убить их всех, то хотя бы разогнать? Изрядную долю их я беру на себя.
– Я, Дик, не сомневаюсь в твоем искусстве, – ответил доктор, – и заранее считаю убитыми тех, кто попадет к тебе на прицел, но, повторяю, если эти хищники набросятся, на верхнюю часть «Виктории», ты даже не сможешь увидеть их там. Они прорвут оболочку нашего шара, а мы, не забывай, на высоте трех тысяч футов над землей.
В этот миг один из самых свирепых кондоров, раскрыв клюв и выпустив когти, бросился на «Викторию», готовый вцепиться в нее, готовый разорвать ее в клочья.
– Стреляй! Стреляй! – крикнул доктор.
Не успели прозвучать эти слова, как сраженный насмерть кондор, кружась, полетел вниз. Теперь Кеннеди схватил двустволку. Джо вскинул на плечо другую. Испуганные выстрелами, кондоры было разлетелись, но почти сейчас же снова со страшным бешенством ринулись в атаку. Тут Кеннеди первой же пулей почти оторвал голову ближайшей птице, а Джо раздробил крыло другой.
– Осталось всего одиннадцать! – прокричал Джо. Но в этот
– Мы погибли, – крикнул Фергюссон, взглянув на быстро поднимавшийся барометр. – Долой балласт! Долой!
В каких-нибудь несколько секунд весь кварц был выброшен за борт.
– Мы все падаем! – крикнул Фергюссон. – Выливайте воду из ящиков! Слышишь, Джо! Мы летим в озеро!
Вода была вылита, мгновенно. Доктор наклонился над бортом корзины. Казалось, озеро неслось на них, как морской прилив.
Предметы внизу росли со страшной быстротой. Корзина была меньше чем в двухстах футах от поверхности озера Чад…
– Долой провизию! Провизию долой! – крикнул снова доктор.
И ящик со съестными припасами полетел в озеро. Падение несколько замедлилось, но шар все же продолжал падать вниз.
– Выбрасывайте! Выбрасывайте еще! – крикнул доктор.
– Бросать больше нечего, – отозвался Кеннеди.
– Нет есть, – лаконически ответил Джо и, быстро перекрестившись, исчез за бортом.
– Джо! Джо! – в ужасе закричал доктор.
Но Джо уже не мог его слышать… Облегченная корзина стала подниматься и на высоте тысячи футов была подхвачена ветром, который, свистя в прорванной оболочке, понес ее к северным берегам озера.
– Погиб! – с жестом отчаяния сказал Кеннеди.
– Погиб, чтобы нас спасти! – докончил Фергюссон.
И по щекам этих двух отважных людей скатились тяжелые слезы. Оба они перегнулись за борт, ища хоть следа несчастного Джо, но их уже отнесло далеко.
– Что же нам теперь предпринять? – спросил Кеннеди.
– Как только будет возможно, Дик, надо спуститься на землю, а затем ждать.
Пролетев шестьдесят миль, «Виктория» опустилась на пустынном берегу северной части озера. Якоря зацепились за дерево, и охотник прочно у-крепил их. Настала ночь, но ни Фергюссон, ни Кеннеди не могли ни на минуту сомкнуть глаз.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
На следующий день, 13 мая, путешественники первым делом обследовали берег, где они находились. Это был как бы островок твердой суши среди огромных болот. Кругом, насколько мог охватить глаз, поднимались тростники, не уступавшие по вышине европейским лесам.