Пять миль
Шрифт:
— Куда, по-твоему, ты собралась? — говорит он.
— Я не вернусь туда с тобой, пока ты не скажешь мне, что происходит, — говорю я, борясь с его хваткой. Он улыбается извращенной улыбкой, которая заставляет маленькую часть меня умереть, ту часть, которая все еще верила, что он абсолютно чист и нежен. Может быть, он таким и является, но здесь, сейчас, он зол, подозрителен и готов взорваться.
— Сэмми, — говорит он, явно наслаждаясь своей пыткой надо мной. — Ну же. Ты ведь не думаешь, что у тебя
Он перестает тянуть, и я перестаю сопротивляться, наши взгляды сцепились в молчаливой битве воли.
— Да что с тобой не так? — спрашиваю я, отбросив самоуверенность. — Почему ты так зол на меня? Это из-за твоего брата? Мне жаль, что он умер, понятно?
Его челюсть сжимается так сильно, что, клянусь, все его зубы собираются сломаться и вылететь изо рта в виде осколков.
— Ты так чертовски заблуждаешься, — говорит он, качая головой. — Я злюсь на тебя, потому что поцеловал тебя, Сэмми, а потом я узнаю, что все, что выходит из твоего рта - это ложь поверх лжи!
— Это неправда! — огрызаюсь я. — Когда я поцеловала тебя в ответ, это не было ложью.
Ухмылка вернулась. Как я ненавижу эту ухмылку на его лице. Ей там не место, и у меня сердце разрывается от мысли, что это я виновата в том, что так мучаю его.
— Никто не держится рядом с таким человеком, как мой отец, не преследуя личную выгоду, — говорит он, его голос смертельно спокоен. — Что тебе нужно? Деньги? Информация? Ты шпионишь за нами? Потому что, скажу тебе, еще никто и никогда не обыграл его. Он Дорнан, мать его, Росс, Саманта.
Ну, я не знаю, что на это ответить.
Потому что он прав.
— Мы уходим, — с силой говорит он, снова потянув меня за руку.
— А если я буду сопротивляться? — спрашиваю я.
— Позволь мне перефразировать, — говорит он. — Пока я не выясню, в чем именно заключается твоя сделка, я не спущу с тебя глаз.
— А что, если ты никогда не узнаешь этого?
Он наклоняется ближе, заправляя прядь волос мне за ухо жестом, который должен быть очаровательным, но в данном случае вызывает ужас.
— Тогда ты застряла со мной надолго, милая.
— Как ужасно романтично, — насмехаюсь я, вырывая свою руку из его хватки.
Он широко, фальшиво улыбается и возвращает свои авиаторы на лицо.
— Поторопись, — говорит он. — Или, клянусь Богом, я вырублю тебя и за волосы оттащу в клуб.
Я не могу сдержаться.
— Звучит извращенно, — отвечаю я, когда он вытаскивает меня из комнаты, с силой захлопывая за нами дверь.
Я веду себя нагло и уверенно, но в то же время маленький голосок внутри меня кричит:
Он тебя раскусит.
Глава 11
Поездка
Но Джейс как будто читает меня, его хватка крепче сжимает мои запястья каждый раз, когда мы полностью останавливаемся.
В клубе тихо, когда мы выходим из гаража в длинный коридор, который служит главной артерией для движения в клубе. Здесь почти жутко тихо, и мне приходится напоминать себе, что полиция провела здесь облаву всего несколько часов назад, так что, конечно, это место будет похоже на город-призрак.
Я вздрагиваю, когда Джейс прижимает руку к моей спине, толкая меня вперед так, что я немного спотыкаюсь.
— Господи, — говорю я, отступая в сторону и поворачиваясь к нему. — Просто скажи мне, куда ты хочешь, чтобы я пошла, хорошо? Тебе не нужно толкать меня.
Он сужает глаза, его челюсть крепко сжата.
— Так веселее, не так ли? — он ухмыляется и снова толкает меня для эффекта. Я задыхаюсь и топаю по коридору, моя кровь кипит. Как он смеет так обращаться со мной. Если бы он только знал.
Но он не знает, - вклинивается рациональная часть моего мозга. Потому что ты ему не скажешь.
Туше, мозг.
Мы подходим к двери Дорнана, и я сжимаюсь внутри. Он - последний человек, которого я хочу видеть сейчас. Мое настроение настолько испорчено, что я думаю, может, сейчас почти то самое время месяца или что-то в этом роде. Что бы это ни было, я чувствую себя как в аду, и клянусь, если он попытается заставить меня снова сосать его член в ближайшее время, я откушу его.
Джейс стучит дважды и открывает дверь, запихивает меня в комнату и закрывает дверь. Никакого прощания. Ничего. Я мило улыбаюсь, когда Дорнан поворачивается со своего места, стоя у изножья кровати, запихивая одежду в холщовый вещевой мешок.
— Сэмми, — обращается он ко мне, не прекращая своего занятия. — У тебя была возможность осмотреть достопримечательности?
Я пожимаю плечами.
— Не совсем. Я, вроде как, спрятался в мотеле.
Сейчас он открывает ящики, берет вещи и складывает их в сумку. У меня свело живот, когда я увидела свою сумку открытой на полу рядом с его.
— Джейсон пытался что-нибудь сделать с тобой сегодня, Саманта?
Клянусь, мое сердце замирает на секунду, когда он задает мне этот вопрос.