Пять домов Дзэн
Шрифт:
Есть только одно-единственное сознание; более обретать нечего. Сознание само по себе есть Будда. Ныне постигающие Путь не понимают сущности сознания, поэтому на вершине этого сознания они представляют себе другое сознание, они ищут природу Будды вовне и культивируют практики, привязанные к внешнему. Всё это неправильно; это не есть путь к пробуждению.
«Почтительно поддерживать всех Будд вселенной не так хорошо, как почтительно поддерживать одного следующего Пути не-сознания». Почему так? He-сознание означает совершенную не-субъективность, сущность наличия как оно есть. Внутренне человек недвижим, как дерево, непоколебим, как скала; вовне же он свободен от ограничений и сопротивлений, как само пространство. Нет ни субъекта, ни объекта, ни направления, ни местонахождения, ни
Те, кто старается обходить стороной это учение, боясь рухнуть в пустоту, где не за что уцепиться, беззастенчиво устраняются. Все они ищут знания повсюду — и там, и тут. Вот почему тех, кто ищет знания, много, как волос на голове; постигшие же путь так же редки, как рога.
Маньджушри олицетворяет принцип, Самантабхадра олицетворяет практику. Принцип, о котором идёт речь, — это принцип подлинной пустоты без сопротивления; практика, о которой идёт речь, означает бесконечное действие, отстранённое от внешнего. Авалокитешвара олицетворяет вселенское сострадание; Махастхамапрапта олицетворяет вселенское знание. Имя «Вималакирти» [3] означает «Чистое имя»: под чистотой подразумевается сущность, под именем — характеристики: сущность и характеристики не различаются, отсюда и «Чистое имя». Всё, что олицетворяют различные главные бодхисаттвы, есть в людях. Всё это не где-то вне сознания; необходимо лишь понять это.
3
Мудрец-мирянин. Ему посвящена «Сутра о Вималакирти» («Вималакирти нирдеша сутра»). — Прим. ред.
Ныне постигающие Путь не ценят пробуждения в своём собственном сознании, поэтому они приклеиваются к внешним формам, находящимся вне сознания, и цепляются за объекты. Всё это противоречит Пути.
Что касается «песчинок реки Ганг», то Будда разъяснял, что песчинки не радуются, когда по ним ступают Будды, бодхисаттвы, Индра, Брахма и другие божества; но они и не гневаются, когда по ним проходят буйволы, козы, жуки и муравьи. Песчинки не стремятся к обладанию драгоценностями и изысканными благовониями; они не питают отвращения к навозу и грязи. Сознание, подобное им, есть не-сознающее сознание. Это — предел; если постигающие путь не бросятся прямо в не-сознание, то даже если они будут заниматься практикованием на протяжении бесчисленных вечностей, они никогда не обретут Пути. Захваченные в рабство практиками Грех Колесниц, они никогда не смогут обрести освобождения.
Однако существуют различия в степени быстроты в постижении этого сознания. Есть те, кто немедленно обретает не-сознание, как только услышит учение; есть те, кто обретает не-сознание, только постигнув Десять состояний, Десять этапов. Десять практик и Десять решимостей. Но вне зависимости от того, много времени потребуется или мало, как только обретаешь не-сознание, тут же останавливаешься; ведь более культивировать или постигать нечего.
На самом деле нет ничего обретённого, но в действительности так оно и есть, здесь нет ничего искусственного. Совершение алых дел и совершение добрых дел — всё это привязанность к внешнему. Если творишь зло. привязанное к внешнему, тем самым неразумно обрекаешь себя на бесконечное блуждание в порочном круге. Если творишь добро, привязанное к внешнему, неразумно обрекаешь себя на страдания утомительного пруда. Ничто из вышеназванного не может сравниться с самостоятельным постижением изначальной реальности, как только ты услышишь о ней.
Изначальная реальность есть сознание; вне сознания нет никакой истины. Сознание само по себе есть истина; нет сознания вне реальности. Сознание внутри есть не-сознание, но и не-сознающего тоже нет. Если всё время помнишь о том, чтобы не-сознавать, это уже есть сознавание.
Суть просто в безмолвной гармонии; она вне всех различений. Вот почему сказано, что об этом нет возможности говорить, нет возможности думать.
В истоке своём сознание чисто. И Будды, и обычные человеческие существа обладают им. Все живые существа составляют одно тело со всеми Буддами и бодхисаттвами; только
В принципе, в природе Будды нет ничего конкретного; она суть открытое восприятие, безмятежная незамутненность и непостижимое блаженство. Если раскроешь её до конца в себе самом, то вот она — полная завершённость, где нет недостатка ни в чём. Даже если отдаёшь все силы духовным упражнениям на протяжении трёх неисчислимых вечностей. пройдёшь через все этапы и ступени, то когда подойдёшь к мгновенному постижению, ты всего лишь постиг Будду в себе самом и не добавил к нему ничего. Вероятнее всего, ты поймёшь, что вечности тяжких усилий были лишь спутанным потоком снов.
Вот почему Татхагата говорил: «Я не обрёл ничего в высшем и совершенном пробуждении. Если бы я что-нибудь приобрёл, Дипанкара не указал бы мне путь». Он также говорил: «Эта истина беспристрастна, она не имеет ни верха, ни низа. Она называется пробуждением». Это есть сознание, чистое в своём истоке, беспристрастное в отношении к чувствующим существам, буддам, мирам, горам и рекам, формам, бесформенности, вообще ко всему во вселенной. Оно не знает образов «я» и «не-я».
Сознанию, чистому в своём истоке, присущи совершенная ясность и полное понимание, но захваченные мирскими заботами люди не понимают этого: в качестве сознания они признают только восприятие и познавание, поэтому взор их затемнен восприятием и познаванием. Вот почему они не в состоянии узреть самую сокровенную суть своего духовного света. Если бы они непосредственно постигли не-сознание, эта самая сущность появилась бы сама собой, подобно солнцу, поднимающемуся над горизонтом. Она осветила бы собой всё и не знала бы более никаких преград.
Поэтому постигающие Путь, но признающие только действия и движения восприятия и познавания на самом деле опустошают своё восприятие и познавание, так что сознанию их некуда идти и они не проникают вглубь. Необходимо просто постичь изначальное сознание в восприятии и познавании, осознав, что изначальное сознание не принадлежит ни восприятию, ни познаванию, но при этом не находится вне восприятия и познавания.
Не следует воздвигать мнения и суждения на вершине восприятия и познавания и позволять возникать мыслям о восприятии и познавании. Точно так же не следует искать сознания вне восприятия и познавания и не следует пытаться постичь истинную реальность через отвержение восприятия и познавания. Когда ты не поглощён и не отвлечён, не цепляешься за формы и не привязываешься к внешнему, когда ты свободен и независим, тогда пробуждение — повсюду.
Погруженные в мирские дела люди, когда слышат слова о том, что все будды передают истину сознания, делают вывод, что смысл этих слов в том, что в сознании есть какая-то особая истина, которую следует понять или ухватить. И вот они начинают тратить силы па то, чтобы с помощью сознания найти сознание. Они не понимают, что сознание само по себе есть истина, а истина сама по себе есть сознание. Искать сознание с помощью сознания бессмысленно, ибо в таком случае его никогда не постичь, даже за миллион лет. Гораздо лучше сразу проникнуть в не-сознание, и тогда обнаружится изначальная реальность.
Это похоже на историю об одном борце, который, не зная, что драгоценный камень на самом деле у него во лбу, повсюду искал его. Он искал его где только можно, но так и не смог найти, пока кто-то знающий не указал ему, где находится драгоценность, после чего он и сам увидел сокровище там, где оно находилось всё это время.
Так и те, кто постигает Путь вне собственного сознания, не понимая, что сознание и есть Будда, ищут его вовне, истощают себя в практиках и упражнениях и пребывают в зависимости от степени своего понимания. Пусть даже они будут усердно и самоотверженно искать в течение целых вечностей — им никогда не обрести пути. Гораздо короче путь к не-сознанию. Необходимо понять, что все вещи изначально не имеют никакого существования, что они неуловимы и ни на чём не основываются; они нигде не пребывают и не являются ни объективными, ни субъективными. Если не плодить ошибочные мысли, тут же обретешь пробуждение.