Пять баксов для доктора Брауна

Маллоу М. Р.

– Ваше счастье, – неожиданно сказала дама. – Смотрите только, не станьте черствым. Тогда вы потеряете все свое везение.

Глаза миссис Фокс, заметил Джейк, потемнели, а около тонкого нервного рта наметились горькие складки.

– Честно говоря, – сказал он с большой осторожностью, – я сейчас ничего не понял.

– Вы так думаете? – ехидно прищурилась его собеседница. – Что же, это, вероятно, и к лучшему. Итак, мы с вами пришли к выводу: для счастья необходимы дело по душе, деньги и верный друг. Это все?

– Что

же еще?

Джейк пожал плечами.

– В таком случае, – сказала дама, – пейте свой кофе, юный искатель приключений. Пейте, пока приключения не нашли вас.

Джейк взялся за полуостывший кофе, отодвинул чашку и, обнаружив, что компаньон все еще дрыхнет самым неприличным образом, потрогал Дюка за плечо. Тот сразу вскочил, взлохмаченный, щурясь припухшими со сна глазами, ойкнул, попробовал привести себя в порядок. Миссис Фокс, молча, видно, устав от разговора, смотревшая в окно, махнула ему, чтобы он не беспокоился. А за окном уже мелькали один за другим дома с белеными стенами и зелеными, выцветшими под солнцем крышами, высилась церковь, проплыл перекресток с перекрещенными стрелками «Уинчендон» и «Главная улица». Поезд дал свисток и замедлил ход.

Глава десятая,

в которой миссис Фокс являет миру чудо, а Джейк Саммерс, недолго думая, делает сон явью

А что вы сказали про искусство делать деньги? – напомнил Дж ейк.

– Это, – рассеянно проговорила миссис Фокс, не отрывая взгляда от окна и стряхивая тонкими пальцами пепел, – становится искусством тогда, когда вы, во-первых, любите свое дело, и, во-вторых, любите деньги, которые оно приносит. В равной, я бы сказала, пропорции. В противном случае...

От неожиданно раздавшегося стука в дверь Джейк даже подскочил.

– Кто там? – звонко спросила миссис Фокс.

– Проверка билетов, – ответили за дверью. – Открывайте!

Миссис Фокс полюбовалась закрытой дверью. На лице ее была легкая задумчивость. Затем она встала.

Компаньоны вновь юркнули под диван и затаили дыхание. Послышался звук открываемой двери. Дюк тихонько отодвинул плед и двое джентльменов увидели, что дама стоит лицом к лицу с полицейским в мундире, шлеме и с длинной дубинкой на поясе.

– Мы ищем опасного преступника, мэм, – откашлялся в кулак полицейский. – Прощу прощения, но вам придется выйти.

– По-вашему, – голос миссис Фокс взвился, словно возмущенная струна, – я похожа на... Ну, знаете!

Отодвинув полицейского, в гостиную вошли еще двое в штатском: пышноусый мужчина, гладко причесанный на пробор, и с честным породистым лицом, другой – повыше посуше, с довольно лохматыми бакенбардами, с глубокими складками у носа и такими круглыми внимательными глазами, что Джейк прошептал компаньону на ухо:

– В жизни не видел, чтобы кто-нибудь был так похож на спаниеля!

Пышноусый достал фотографию. Миссис Фокс стояла, скрестив на груди руки и смотрела в окно. Можно было бы

совсем подумать, что происходящее не имеет к ней никакого отношения, если бы не презрительная усмешка ее нервных губ.

– Это Фокс, – сказал пышноусый Спаниэлю и повернулся к полицейскому. – Берем его.

– Простите великодушно, мэм, я должен. – Тот снова прочистил горло. – Эти джентльмены – детективы из агентства Пинкертона, у них есть ордер на ваш арест.

– Что? – возмутилась миссис Фокс. – Это смешно!

На ее тонких запястьях защелкнулись наручники. Твердо, но аккуратно агенты взяли миссис Фокс под локотки и повели из вагона. Толстый констебль взял саквояж, снял с полок багаж дамы и понес следом. Опустевший аппарат для кофе он почтительно, но не очень тщательно вытер салфеткой и положил в саквояж на самый верх.

– Это произвол! Я буду жаловаться губернатору! – кричала дама. – Я подам на вас в суд! Я дойду до генерального прокурора!

Компаньоны выбрались из своего убежища и прилипли к окну. Слов было не разобрать, но было видно, как миссис Фокс брыкается, вырывается, пытаясь вцепиться пинкертонам в лицо и вообще ведет себя неподобающим даме образом. Дюк поднялся на цыпочки и поднял стекло. Компаньоны высунулись чуть не по пояс.

– Пусти! – пыхтел Дюк. – Раздавишь!

– Да подвинься же! – отбивался Джейк. – Вот не думал, что ты такой жирный!

– Вы хам, неотесанный мужлан! – с некоторым опозданием услышали они.

– Да ладно тебе, Фокс, нечего ломать комедию, – усмехнулся Спаниель. – Твой портрет есть во всех полицейских департаментах и у каждого шерифа. Том, держи этого фокусника.

– Что за... – недоуменно протянул Дюк.

– Что они хотят сказать? – поразился Джейк.

Но прежде, чем молодые люди успели обменяться впечатлениями, нервы бедной дамы не выдержали и она опустилась на землю, уронив скованные руки.

– Кончай свой цирк, Фокс, – посоветовал усатый. – Нас на эти штучки не купишь.

– Они что-то перепутали, я думаю, – не очень решительно произнес Джейк.

– Угу, – подтвердил Дюк. – Вот чурбаны! Обидели женщину.

Обморочная дама оставалась совершенно неподвижной. Полицейский поставил багаж и сделал неделикатный жест: повертел пальцами у второй пуговицы кителя.

Компаньоны захихикали. Вокруг стали собираться любопытные пассажиры поезда, заинтригованные задержкой отправления.

– Поищите у нее в кармане нюхательные соли! – раздавались голоса. – Уложите куда-нибудь!

– Расшнуруйте ей корсет! – крикнул какой-то молодой хлыщ в канотье и кремовых брюках.

– Без вас обойдемся, – буркнул Спаниель, подхватывая даму под мышки и стараясь поставить на ноги.

Тут миссис Фокс как будто начала приходить в себя. Ее гибкий стан беззащитно приник к украшенному длинной часовой цепочкой животу пинкертона.

– Интересно, чем все это кончится, – пробормотал Дюк.