Путник
Шрифт:
Сделав мокрое дело, я повернулся, оперся спиной о ствол дерева и сползи по нему на пятую точку. Ноги совсем не держат, но на душе почему-то стало светлее. Сняв с пояса флягу, в которой осталось немного воды, я запрокинул голову и с удовольствием принялся глотать драгоценную жидкость. Фух, хорошо. казывается, для счастья человеку нужно совсем немного.
Немного посидев, стал анализировать своё самочувствие. Кроме общей слабости организма и несильной боли в левом колене (опухоль уже спадала) чувствовал я себя на удивление сноснo. А ещё сильно хотелось есть. Очень. Так сильно, что вопрос пропитания встал на первое место, и я решил рискнуть и вернуться
что ты там говорил о дне рoждения?
«Пока ты был в отключке, у тебя останавливалось сердце».
Э-э, не понял, и как я выжил? Что-то бригады реаниматологов рядом не наблюдается.
«На браслет посмотри»
Глянул на руку и выругался. Потом подумал и добавил ещё один загиб. М-да, печалька!
Браслет был на месте. Вот только вместо кристаллов,из его небольших углублений высыпались несколько крохотных песчинок, на которые эти кристаллы рассыпались. Артефакт был мёртв. Теперь это просто дешёвое украшение, не более. Жаль, конечно, но главное – я выжил.
Мысленно поблагодарив ушастого призрака за браслет, который е раз спасал меня от верной смерти, стал собираться к обозу. Слегка размяв затекшие мышцы, слабость понемногу отпускала , я убрал топор в рюкзак и подхватив свой посох стал не торопясь пробираться краем леса вдоль дороги.
Отойдя с километр от лёжки, почувствовал, что разогрелся,и окончательно пришёл в норму – от слабости не осталось следа. Левая нога немного побаливала, но если не скакать горным козлом через завалы и соблюдать осторожность, особых проблем не доставляла. Двигался я медленно из-за плотности леса и босых ног (сапоги-то потерял при стратегическом отступлении с болота), но выходить на дорогу не рискнул. Лучше медленно, но верно. Даже останавливался пару раз на небольшой отдых, чтобы не перегружать больную ногу. Топор, как убрал в рюкзак,так больше его не доставал, продирался через заросли так, чтобы не шуметь лишний раз.
Наконец, когда время по моим прикидкам подошло к полудню, я вышел к поляне, на которой стоял обоз. Понаблюдал из-за деревьев за округой – тихо. Можно выходить из леса и начинать операцию «Ы».
Воровато оглядываясь по сторонам, приблизился к ближайшей телеге и принялся быстро перетряхивать её содержимое, стараясь при этом сильно не шуметь. Блин, с этой телегой не повезло,из полезного в ней только котомка с припасами, что давно испортились и больше ничего, лишь тoвар купца, но мне он совершенно не нужен. Ладно, проверю следующую. И вот ещё что!
Наклоняюсь и поднимаю с земли меч, что раньше принадлежал одному из охранников. Валяющегося на земле оружия хватало и я, подумав, прихватил еще один клинок. Вот так будет гораздо лучше, а то чувствую себя без оружия как голый в женской бане – и стыдно и отбиваться нечем, а так будет чем отмахнуться от нежити, если что. Таким кладенцом под два килограмма весом, если зарядить в голову – мало не покажется, даже если из ножен не извлекать. Нужно будет позже пристроить мечи как-нибудь за спиной на рюкзаке, чтобы удобно было таскать, но так, чтобы выхватывая из ножен ненароком не отрезать себе уши. А то я могу. Нас конечно в Академии немного
Скидываю рюкзак, отцепляю коврик-пенку и заворачиваю один меч в него прихватив стяжкой за крепление на ножнах. Второй пока одеваю на ремень – чувствую, будет цепляться за все кусты, зараза, но зато теперь под рукой.
Во второй телеги разжился парой сапог, причём новыми, а от тюка с материей оторвал немного материала на портянки,так чтобы с запасом на несколько комплeктов. Найти припасы удалось в третьей телеге. Тут были крупы, соль, специи, мешок с сушеным мясом. Ещё было несколько мешочков с сушеными травами, наверно для приготовления отваров, нo трогать их я не стал, обойдусь.
Быстро абив рюкзак, закинул его на спину и, подхватив свой посох, двинулся в лес, чтобы вернуться назад тем же путем. Выходить на дорогу я решил,только когда меня от этого места будет отделять не меньше десяти километров.
***
Возвращаться обратно было веселее. Я на ходу пытался разжевать кусок сушеного мяса (пока безуспешно, но надежды я не терял), а благодаря найденной обуви, двигался уверенно, не опасаясь пропороть сучком ступню. Рюкзак приятной тяжестью наваливался на плечи, но движению не мешал. Правильно говорят в народе – своя ноша не тянет. Всего я умудрился прихватить около двадцати килограммов припасов,так что этого надолго хватит, продукты не скоропортящиеся. Единственным неприятным моментом, как я и думал, оказался меч на поясе, норовивший зацепиться за любое препятствие на пути, поэтому приходилось его постоянно поддерживать рукой. Ну да ничего, привыкну.
Спустя два часа пути, когда я присел передохнуть на ствол упавшего дерева, обнаружил еще одно приятное открытие – птицы возвращались в эту часть леса. Сначала робко пискнула какая-то мелкая пичужка из придорожных кустов, потом ей осторожно ответила другая, а дальше я шёл пo лесу, с удовольствием слушая птичью перекличку.
Как-то незаметно солнце спряталось за лесом. День медленно угасал, уступая меcто незаметно подкравшемуся вечеру,и я решил, что уже можно выйти на дорогу и дальше двигаться по ней. Левая нога побаливала – наскакался всё-таки по лесным буеракам, но терпимо. Сказано – сделано, я на дороге.
Идти стало гораздо легчe, но спустя час пути на меня навалилась такая усталость, что понял – пора определяться с местом для ночлега. Так что когда из-за очередного поворота показался крохотный ручеёк пересекающий дорогу, а чуть дальше небольшая полянка, отодвинувшая лес на десять метров от дороги, решил здесь и остановиться. Напившись из ручья и набрав полную флягу и котелок воды, двинулся к такой заманчивой поляне, где принялся ставить лагерь. Судя по старым костровищам, это было ещё одно место, где останавливались проходящие по дороги обозы.
Поставив палатку за парочкой молодых ёлок на краю леса, так, чтобы с дороги её было не заметно, я достал меч, срезал дёрн и выкопал небольшую яму под костёр. М-да, видел бы меня наш мастер по фехтованию из Академии, для чего я оружие приспособил – ноги бы вырвал.
Немного ниже спины, куда не раз на занятиях по фехтованию опускалась палка мастера, недовольного откровенно корявым исполнением какoго-либо приёма, вспыхнула жгучая боль. Я даже ойкнул от неожиданности. Надо же, а я всегда считал, что фантомная боль – глупость, придуманный медиками на Земле. нет, оказывается вполне реальная вещь. И вроде тело тогда в Академии у меня было другое, а вот, поди ж ты…