Путник
Шрифт:
— Место силы, воевода, то же, что пытались использовать маги Гул-Магота в столице. Днём работники надстраивали ограду и городили внутри ячейки, ночью же подвозили землю с тропы и засыпали в сии ячейки. Им оставалось всего ничего — в ту ночь работы должны были завершиться, мы с Гортом чувствовали сильную магию тропы. Такой силы сия магия никогда не достигает даже непосредственно на тропе. Не знаю причину, однако очень подозреваю, что этому способствовала структура постройки, изготовленной самутрейцами.
— И зачем всё это?
— Да мелочь, в общем. Оставалось прогулять в сиё место мага Гул-Магота третьего
Воеводе, наконец, дошло, чем всё это закончилось бы. И правда — мелочь для мага такого уровня. Лёгкое движение ручкой — и от среднего форта остались бы (или не остались) жалкие руины. О жизни защитников в таких случаях лучше умолчать.
Глава 24
Потерпев неудачу в магическом противостоянии, самутрейцы, не мудрствуя лукаво, решили взять средний форт штурмом. Третий день к стенам крепости подтягивались войска, метательная и осадная техника.
— Сколько же их? — хмуро спрашивал Гирон, непонятно у кого, рассматривая осадившие форт войска в бинокль.
Болт, ещё полностью не восстановивший силы после недавних событий, был настроен не столь пессимистично.
— Не кисни, воевода, этим-то мы точно дадим звездюлей. Пусть себе готовятся, я приготовил им несколько сюрпризов. Главное — мы выбили их магов.
— Какие сюрпризы, путник? Ты трезво глянь — сколько их! Раза в четыре больше, чем нас. Надо молиться всем богам, чтобы враг подольше готовился, тем временем подойдут наши силы с южных и западных границ.
— Воевода, у нас и так достаточно сил, чтобы хорошенько набить морды самутрейцам. Только бить надо чуть по-другому, чем вы обычно делаете. Мои снаряды для баллист готовятся?
— Уже готовы и заряжены той странной глиной, что ты дал.
— Прекрасно, а прицелы на метательные машины установили?
— Да. Только никто не знает, как ими пользоваться.
— А почему я до сих пор не вижу на стенах ни баллист, ни катапульт? Некому поднять, что ли?
— А вот как раз и тянут, оглянись.
Действительно, по огромным, приставленным к стенам брёвнам, канатами как по салазкам несколько десятков работников тянули на стену баллисту. Рядом суетились Горт с Бритоном, держа заклинание силы для уменьшения веса тяжёлой метательной машины. Вскоре баллиста была установлена на своём месте. Места эти не ранее как вчера долго и придирчиво выбирал путник, руководствуясь только ему ведомыми соображениями, и отметая советы воинов, управляющих сими машинами. Метатели только пожимали плечами — путник пренебрёг удобными позициями, где войска противника расположились в опасной близости от стен и любой метательный снаряд, даже не слишком точно посланный, мог причинить урон врагу. Наоборот — места для баллист были выбраны крайне неудачно, как считали опытные метатели, противник в этих местах расположился далеко, снаряд-то может долететь, но попробуй отсюда попасть в цель с такого расстояния.
Эти мысли и высказал сейчас путнику Тагнар, командир подразделения метателей.
— Ты уже мне это говорил, приятель. Сейчас займёмся пристрелкой и, уверен, ты изменишь своё мнение. Пусть заряжают.
Баллисту зарядили остро заточенным бревном, хотя таких снарядов заготовлено было не очень много. Путник приказал изготовить другие, где вместо острия, которое иногда обивалось полосами стали, для усиления таранного удара, на конце установили железные коробки, набитые странным мягким веществом, на вид напоминающим обычную вязкую глину. В сию «глину» были обильно подмешаны
— На время пристрелки заряжаем обычные заточенные брёвна, — скомандовал путник.
Заскрипели блоки натяжителя, мощная тетива из волокон коры мёртвого дерева ушла назад, пока, наконец не защёлкнулся затвор фиксатора. В ложе машины поместили остро заточенное бревно. Болт начал вертеть колёсики странного механизма, в результате чего остриё снаряда начало перемещаться в вертикальной и горизонтальной плоскостях. Взглянув в прицел, путник нажал спусковой рычаг. Мощно крякнула тетива, снаряд ушёл по пологой дуге и зарылся в землю, едва не задев вражескую полусобранную катапульту. Болт со значением глянул на Тагнара, но тот лишь скептически пожал плечами.
— Случайность, путник. Всего лишь случайность.
— Ладно, глянем, что ты сейчас запоёшь. Заряжай!
Метатели сноровисто уложили в баллисту новый снаряд. Путник что-то подкрутил на странной трубке, в которую разглядывал цель, чуть повернул колёсико, для коррекции направления и снова выстрелил. Бревно почти повторило траекторию предыдущего, но ударило точно в катапульту противника, разворотив её в хлам. Самутрейцы растерянно забегали вокруг испорченного метательного механизма. Никто не мог ожидать, что с такого расстояния из крепости смогут вести прицельную стрельбу метательными машинами, посему попадание сочли случайным. Но когда новый снаряд угодил в следующую катапульту, командиры вражеских метателей не на шутку встревожились. Обычно, для того, чтобы пристрелять баллисту приходилось произвести не менее пяти-семи выстрелов, попасть же с первого, и даже с второго-третьего считалось невиданной удачей. Тем временем ещё один снаряд попал в повозку, загруженную арбалетными болтами, и разнёс её на куски.
Тагнар удивлённо наблюдал, как чужеземец, попирая весь его опыт метателя, методично уничтожает цель за целью, промахнувшись всего один раз. Когда очередная повозка самутрейцев разлетелась деревянными щепками от попадания снаряда, путник повернулся к метателю.
— Попробовать не хочешь?
— Так я того… не умею. Я не попаду.
— Попадёшь, не боись. Я научу.
Через несколько минут Тагнар как заправский снайпер размолотил ещё одну метательную машину врага. Болт показал ему большой палец, а сам направился пристреливать другие баллисты, коих на стенах форта было уже восемь.
В войсках Самутрея возникла паника, большинство вояк бестолково бегали меж возов, палаток, полусобранных машин, некоторые же, подчиняясь приказам командиров, пытались оттащить ещё не разрушенные баллисты и катапульты подальше. Путник приказал стрелять туда в первую очередь, чтобы развеять последние надежды вражеских командиров на спасение осадной техники.
— Заряжай разрывными! — Болт указал на снаряды с установленными ящиками.
Бревно со странной начинкой упало прямо в толпе самутрейцев, спешно укладывающих ящики с разобранной техникой на повозки. Взрыв уничтожил не менее двадцати воинов, раненых же было не в пример больше.