Пути стражей
Шрифт:
Он сложил доспех в одну груду у походного королевского ложа, которое было собрано из прелых листьев и накрыто одеялом. Кое-как утвердив нагрудник, чтобы добиться ровной поверхности, поставил сверху плоское деревянное блюдо с кусками жареного мяса и хлеба.
Алистер присел на ложе по одну сторону от импровизированного стола. Айан уселся напротив прямо на землю, подстелив под себя сброшенный плащ.
– Создатель милостив, - завершая так и не случившийся разговор, проговорил он, забирая с блюда сочащийся кусок кабанятины.
– Главное - убить завтра эту тварь. А какой
Алистер положил мясо на хлеб. Он был голоден, но аппетит не приходил. Что до побратима, не было похоже, чтобы Айан жаловался на отсутствие желания поесть. В несколько минут блюдо опустело.
– Сейчас бы морсу - запить это дело. Или вина, - Алистер откинулся на ложе, наблюдая, как товарищ обгладывает кость. Айан кивнул, собираясь ответить, но в этот миг полог распахнулся, являя взглядам Стражей взлохмаченную, возмущенную Лелиану.
– Ваше величество! Скажи этим... возле входа! Чтобы они меня пропустили!
Алистер опомнился, подхватываясь на ноги.
– Пропустить ее! Проклятье... Ну, что хорошего в том, чтобы быть королем, если собственные друзья должны пробиваться ко мне с боем?
Лелиана, наконец, прорвалась в шатер. В ее ногах путалась черная кошка. Одной рукой бардесса поправляла волосы, в другой у нее был плотно закрытый кувшин.
– Фух, - она улыбнулась Кусланду и отвесила королю шутовской поклон.
– Ну, вы тут закрылись. "Сказано тебе - никого не велено пускать, кроме прочих генералов", - явно передразнивая кого-то, доложила бардесса.
– А мне вот тут удалось добыть кое-что у наших друзей долийцев. Найдутся у твоего величества кубки? Или чашки? Или что-нибудь?
Черная кошка, явившаяся в шатер вместе с девушкой, прыгнула на королевское ложе и свернулась на нем в кольцо, обвернув себя хвостом. Алистер полез в мешок и добыл две чашки из тонкой меди.
– Больше нет, - покаялся он. Лелиана отмахнулась, разливая на двоих.
– Буду прямо из кувшина, - она подняла сосуд с остатками жидкости.
– За победу!
Принесенное бардессой оказалось вином настолько превосходного качества и изумительного вкуса, которого не доводилось пробовать даже сыну тейрна. Оторвавшись от своей доли, Айан с изумлением поднял брови.
– Откуда ты это взяла?
– Что, вкусно?
– бардесса улыбнулась.
– Ну так говорю же - долийцы угостили. У них обычай... вроде бы - распить такое перед боем. Говорят, что это укрепляет дух.
– Никогда не слышал, - Алистер отпил еще, чувствуя, как по телу разливается тепло.
– Лелиана, ты пришла только, чтобы нас угостить?
Голос Командора звучал буднично, даже учтиво, но что-то в его тоне заставило бардессу посмурнеть. Однако мигом позже она снова улыбнулась.
– Вообще-то, не совсем. Ваше величество, - она кивнула Алистеру, - не будет возражать, если я ненадолго похищу у тебя Стража-Командора? Нам... нужно поговорить.
Айан с трудом сдержался от горестной гримасы.
– А может,
– решился схитрить он.
– После боя?
– Я тебе удивляюсь, - почувствовав тычущуюся под ладонь голову кошки, король погладил зверя по гладкой темной шерсти.
– Красивая женщина вызывает тебя на... разговор, а ты хочешь ночь перед битвой посвятить горестным вздохам в палатке зануды-Алистера?
– Айан, прошу тебя, - Лелиана поставила кувшин рядом с деревянным блюдом, на котором были сложены кости.
– Это ненадолго!
Командор бросил взгляд в сторону друга. Тот, однако, не внял его безмолвной мольбе.
– Иди, Айан, - Алистер встретился взглядами с Лелианой, которую еще со времени памятного похода к долийцам научился понимать с полуслова, и понимающе подмигнул.
– Мое величество попытается поспать. Иначе завтра всю битву буду клевать носом. И доклююсь, не приведи Создатель.
Под двойным напором Кусланд не смог устоять.
– Ладно, - сдался он, поднимаясь. Стряхнув сор со своего плаща, Командор набросил его на плечи.
– Только недолго.
– Как получится, - обрадованная своей победой, Лелиана благодарно подмигнула Алистеру в ответ.
– Пойдем, Айан!
Дождавшись, пока сияющая Лелиана и недовольный товарищ покинули его шатер, Алистер еще раз погладил заурчавшую кошку. Потом, поднявшись, дотянулся до светильника и убавил тлевший в нем огонь. Не остановившись на этом, король отодвинул доспех Айана, который по-прежнему возвышался посреди палатки, и стоявшую на нем посуду, к груде своих лат. Оглянувшись вокруг, как будто кто-то, кроме оставшейся в палатке кошки, мог его видеть, Алистер полез в походный мешок и достал малый королевский венец.
Внезапно проснувшаяся жажда деятельности на этом не закончилась. Потерев шею, точно ему стало жарче, король запрокинул голову, несколько раз глубоко вдохнул и опять прибавил огня в светильнике. Выудив из груды металла свой щит, он водрузил венец на голову и, вытянув перед собой щит обеими руками, посмотрелся в него, как в зеркало. Воровато оглядевшись, поправил венец на голове и попеременно скорчил сперва серьезную, после грозную, а потом и глупую рожи. Дернув щекой, он сбил венец набок. При этом немного развернулся к светильнику, поймав на его бронзовое окаймление яркий блик. Щит отразил его лицо со сдвинутой набок короной, укрытый одеялом ворох листьев и обнаженную женщину на этом походном ложе.
Алистер выронил щит. Тот с глухим стуком упал прямо на королевскую ногу, застав Тейрина скорчиться, выпучив глаза и натянув жилы на шее, чтобы удержаться от крика. Женщина мгновенно оказалась рядом и, упав на колени, пробежала пальцами по больному месту. Почувствовав облегчение, Алистер отпустил сапог и, столкнувшись лицом к лицу со своей гостьей, резко отвернулся, заслоняясь рукавом.
– Во имя Создателя, Морриган! Как ты... я... о, Создатель!
Он сорвал с себя плащ и, сильно зажмурившись, наощупь поймал женские плечи и укутал их в плотную ткань. После чего осмелился, наконец, открыть глаза. Руки Морриган легли поверх его рук, по-прежнему стягивавших на ней края плаща. Желтые глаза горели каким-то глубинным светом, какого раньше он в них никогда не замечал. Хотя, раньше он и не стоял так близко от нее.