Пути и путы
Шрифт:
– Может быть, Кирюх. Я точно знаю пока только одно, все, что сейчас имею, не мое. А что мое, не знаю. В этом-то и вся печаль.
– Да уж. А с Анютой что?
– То же самое.
– Разлюбил, тоже не твоя?
– Не знаю.
– Я же говорил, лучше бы ошибся. – Кирилл отвел глаза, зачем он напился тогда. Мог бы нормально объяснить. Так нет, нажрался и плел пьяную ересь. – Что будешь делать?
– Не знаю, ничего. Что я могу сделать?
– Разведись.
– У нас дочка.
– Ну и что?
Антона прожгла зависть. Как можно быть таким уверенным во всем? Любой на его месте возмутился: «Как это бросить жену с ребенком? У самого
Но он не возмущался, его завораживала непоколебимость, с которой Кирилл шагает по жизни. Прет напролом, всегда прав, даже если ошибается. Ему бы так.
– Кирилл, я не смогу их бросить. Просто не смогу.
– Тоха, ты мне друг. Скажу как есть. Если будешь пытаться остаться с ними, сделаешь их несчастными. Умение уйти вовремя – это Божий дар. Вот посмотри на меня. Я ушел от Вики. Прошло полгода, и единственное, о чем я жалею, что не сделал этого раньше.
– Это – ты. Не сравнивай.
– Тоха, Тончик, послушай. Пусть лучше малышка знает, что у нее есть счастливый и хороший папа, который живет не с ними, но где-то рядом, чем будет видеть каждый день несчастного, грубого, безразличного ворчуна. Ты ведь не хочешь, чтобы она разочаровалась в мужчинах?
– У детей должны быть оба родителя. Я не могу уйти.
– Ты упрямый, как сто ослов. Прошлый раз, когда я пытался что-то объяснить, все закончилось нашей ссорой. Я ценю дружбу с тобой, поэтому замолкаю. Поступай, как знаешь. А вернее, не делай, как знаешь. Я тебе всегда помогу, когда станет тяжело.
– Спасибо. Вызову такси, уже поздно, я все же пока семейный человек.
Антон достал телефон.
Кирилл тоже проверил входящие. Было три сообщения от девушки, записанной как «Таня Вещь». Кирилл усмехнулся и положил телефон на стол.
– Что такой довольный, Кирюх?
– Нет, ничего. Дрессирую тут одну.
– Что делаешь?
– Дрессирую, потом расскажу. Это надолго.
– Блин, ты реально извращенец, с кем я советуюсь, о, боги!
– Со знатоком женских душ, может быть, лучшим во всей Москве.
– Какие души, такие и знатоки.
Антон ехал домой с тяжелым сердцем. Зря выпил, голова разболелась сильнее.
«Разводись», – крутился в голове совет Кирилла.
Как это разводись?! Это ж моя любовь, жена. Я обещал, что буду с ней всегда.
Разводись. Легко сказать. Вот бы она умерла…
Тишина.
«Нет, это не я. Я не мог такое подумать. Черт, Антон, кто же ты? Кто может желать смерти матери своего ребенка? Женщине, которая всем сердцем тебя любит?
Антон? Тишина. Антон?
Да будь она проклята! Я не виноват в том, что меня кто-то любит. Пусть любит, это ее проблемы. Не хочу, не хочу быть с ней. Хочу по-другому. Я ведь не должен расплачиваться за ее любовь своей жизнью. Она меня тормозит, расслабляет. Пусть исчезнет куда-нибудь. Разлюбит меня, ну, пожалуйста. Найдет себе другого. Даст повод развестись. Вот бы узнать, что у нее кто-то есть. Какое же это было бы облегчение. Снялась бы ответственность за жену. Вот бы появился кто-нибудь, кто сказал: «Я забираю твою жену и дочку». О, это было бы божественно. Пусть он любит их, заботится. Уверен, любой это сделает лучше меня. Это было бы идеально. Но нет. Она любит меня, черт возьми. Ее любовь не дает нам жить. Она сама все портит и сделает дочурку несчастной. Своей любовной тиранией всех погубит.
Решено,
В тот вечер Антон не смог отогнать тяжелые мысли, так и вернулся с ними домой. Анюта по лицу поняла, муж не в духе, и молча ушла спать. Антон допоздна просидел в Интернете, дожидаясь, пока жена наверняка уснет, и только после этого тихонечко занял краешек семейного ложа. С тех пор он больше не обнимал жену ночью.
Через полгода Антон повстречает Осу и уволится.
Еще через некоторое время откроет самую успешную галерею в городе.
Это будет лучший и последний год в его жизни. Но обо всем по порядку.
Он ушел с работы.
Выходные прошли быстро. Антон почти не разговаривал с женой.
Тратил минимум слов, необходимый для вежливого сожительства. Оказалось, хватает пятидесяти. Все мысли крутились вокруг того, как тактичнее оформить свой уход. Нужен спокойный вечер. Лучше выходной. Он украсит дом цветами. Не просто расставит по вазам, а постарается как следует. Ванна с лепестками роз, кашпо на стенах, купит десяток корзин. Квартира превратится в сад. Он приготовит ужин. Все сделает, как положено. Антон ни на минуту не забывал, какая ответственность лежит на нем.
«Это моя жена. Мать моего ребенка. Так получилось, что я пока не могу быть с ней.
Но страдать от этого никто не должен. Я всегда буду заботиться о ней и о малютке. Помогать всем. Я не исчезну из ее жизни. Буду гулять с Леночкой, оплачивать все счета, няню, садик, продукты. Все. До тех пор, пока она не найдет нового мужчину.
Конечно же, оставлю ей квартиру, машину. Это не обсуждается. Анюта поверила мне, и я не подведу. Да, мы разведемся, но я не перестану заботиться о дорогих мне людях. Я прожил счастливую жизнь с ней. Объедался ее дарами, заботой, поддержкой, нежностью. Жизни не хватит сполна отплатить ей за любовь, но я буду стараться. Как же мне повезло с женой. О господи, бедная Аня, как же она настрадалась. Надеюсь, сможет найти достойного мужчину. В сто раз лучше меня. Я уверен, сможет. Она – золотце. Бедняжка, как жаль, что я оказался таким. Почему она влюбилась в меня. Неужели я так сильно затуманил ей глаза? Какой же я, наверное, подонок. Ничего, скоро все исправлю. Думаю, она поймет. Она же все чувствует, понимает, что со мной скверное творится. Мне кажется, все будет хорошо, может, даже будем еще вместе, просто сейчас надо сделать паузу и собраться с мыслями. Мне нужно стать собой, запустить собственный проект».
Зазвонил телефон.
– Здорово, Кирюх!
– Готов?
– К чему?
– Ну как, сегодня первое занятие твоей школы воли.
– М-м-м-да? Я чет забыл.
На той стороне почувствовалось раздражение.
– А во сколько?
– Антон, в восемь, и ты по любому пойдешь.
– Кирюх, честно, неохота, еще по дому дела. Я пас.
Антон услышал, как Кирилл набрал воздуха, и поэтому отодвинул трубку подальше от уха. Сейчас будет ругаться.
– Ну, ты нормальный, вообще, нет? Сам меня подсадил на эту секту. Я ж не хотел. Из уважения к тебе. Сделал одолжение, а теперь ты сливаешься? Кто ты после этого? Нет, братан, сегодня ты по любому пойдешь со мной, в счет долга. Тогда я за тебя ходил, сегодня – ты. Квиты.