Путанабус
Шрифт:
– А посмотреть, хоть на них можно будет? Не кота же в мешке покупаем. И не меняемся, что-то на что-то, "не глядя", - уперся я.
– Резонно, сэр, - согласился сержант.
И, повернувшись к патрульному - консультанту, приказал.
– Тащите сюда этот ящик и ветошь не забудь.
Потом снова обратился ко мне.
– Пока они ходят на склад, вы себе можете, что-либо присмотреть из ручного оружия. Пистолеты и револьверы у меня большом ассортименте. Здесь есть всё, чем по праву гордиться
– А есть что-либо маленькое, легкое, но очень убойное?
– спросила Ингеборге.
– Это лично для вас, мисс?
– Да. Для меня. А то у меня только "наган".
– Русский "наган"?
– Русский. Самовзводный.
– "Наган", мисс, надежная машинка, но очень трудная в обращении для такой прелестной девушки. Да и большой он, - покачал головой сержант, - Впрочем, я знаю, что вам подойдёт.
С этими словами его голова скрылась за стойкой, но, тут же, обратно вынырнула. Сержант, вынул оттуда что-то мне невидимое, зажатое в его огромном кулаке.
– Вот, - сказал он, кладя свой кулак на стойку, - Это то, что вам нужно, мисс. Так сказать, для последнего шанса на переговорах. Если вам переговорщик очень упертый попался, - он подмигнул девушке, улыбнувшись.
Когда сержант убрал свою ладонь, на столе остался лежать маленький двуствольный никелированный или вообще серебряный деринжер с ручкой типа "клюв попугая", со щёчками из переливающегося в свете софитов перламутра. Весь пистолетик был покрыт резными узорами. Просто ювелирное украшение, а не оружие. Но дырки в стволах у него были серьезные. Не меньше сантиметра. А весь пистолетик был, вряд ли, длиннее дециметра.
– Какая прелесть!
– восхитилась Ингеборге.
– Я рад, что вам понравилось, - улыбнулся ей Дональд, - Это лучшее оружие для стрельбы в упор, поверьте мне, мисс. В Америке такими пользуются более двухсот лет и они, как видите, совсем не выходят из моды.
– А какой в нём калибр, - поинтересовался я.
– Сорок первый, сэр. Револьверные патроны с закраиной. Весьма убойная штука.
И он следом выложил на столешницу шесть латунных цилиндриков с тупой полу оболочечной пулей.
– Сколько он стоит?
– взял я быка за рога.
– Если вы купите ящик карабинов Ругера, то это будет маленький подарок вашей даме. Вы, не против этого, сэр?
Блин, Америка, каждый сержант в занюханном гарнизоне - гений маркетинга.
– Это вместо оптовой скидки?
– съехидничал я, получив тут же свирепый взгляд Ингеборге. Убила бы, на фиг, если бы взгляд убивал.
– Нет, сэр, вы очень плохо подумали о старом морпехе, - покачал головой этот выбритый Кин-Конг, - Оптовая скидка с ящика винтовок вам будет сама собой. Десять процентов.
Я удовлетворённо кивнул.
– Ещё пять процентов скидки мы вам дадим за то, что они не вычищены от
– Вполне, - довольно ответил я, - А сколько это будет в деньгах?
– Считайте: винтовка в комплекте с пятью магазинами на тридцать патронов. Кстати магазины хорошие, от болгарского АКа. С ними проблем у вас не будет. Плюс подсумок для магазинов из тактического нейлона. Плюс ремень. Плюс все приспособления для чистки и смазки. Всё вместе будет стоить шестьсот сорок девять экю девяносто девять центов. Итого, с учетом всех скидок, - сержант быстро застучал пальцами на большом офисном калькуляторе, - Один ствол обойдется вам в пятьсот пятьдесят шесть экю пятьдесят центов. Вас устраивает цена?
Ещё бы не устраивала? Да за такую цену на базе "Россия" только старый "калашников" с прикладом-веслом купить можно было. Я-то рассчитывал, что придётся потратить никак не меньше семисот экю на рыло. А то и больше. И, к тому же, подо что-то специфически американское по калибру.
Но ответил спокойно, стараясь не выдавать охватившей меня радости.
– Вполне. Но только сначала осмотрю товар.
– Ваше право, - кивнул он мне, - Вот его уже и несут.
По проходу между пирамидами два патрульных тягали в нашу сторону тяжелый ящик на L-образной тележке. На ящике лежал большой пук чистой ветоши. Дотащили и поставили его около стойки, отдуваясь.
Дональд так и остался сидеть за кассой. Даже не дернувшись.
Мальчики-"подосиновики" ловко скусили пломбы пассатижами, открыли ящик, который запирался просто на металлические застежки с дырками для пломбирования. Расстелили на стройке ветошь, и, вытащив одну винтовку на стол, кинули её на эту ветошь, всё ещё завернутой в масляную бумагу.
– Вы меня извините, сэр, я только обслужу покупателя и снова буду в вашем распоряжении, - сказал Дональд и занялся пожилой парочкой, которая выкладывала около кассы две типичные М-16 и один "гаранд" с оптическим прицелом.
Пока "подосиновики" очищали от складской смазки винтовку, а Дональд звенел колокольчиками антикварной кассы, принимал деньги и выдавал покупателю чек, я лениво осматривал стенку с пистолетами.
Ингеборге же увлеченно вертела в ладонях новую игрушку - роскошный деринжер.
Глядя на неё, я подумал, что если я эти винтовки сейчас не куплю, то на этот деринжер мне разориться сегодня точно придется, чтобы не испортить с ней отношения. Сколько бы он не стоил.
Парни продолжали старательно в четыре руки пидарасить винтовку.
Освободившийся Дональд, увидев моё ленивое любование короткостволом, спросил.
– Вам что-нибудь понравилось, сэр. Или мне вам предложить на свой вкус.
– Разве, что "кольт", - ответил я.