Путь
Шрифт:
— А теперь уходите. Немедленно. — Эльф вскинул руку в сторону Лихого Брода. — Вас отпускают первый и последний раз.
На фоне эльфа любой вельможа выглядит оборванцем. Своей непередаваемой изысканностью они подавляли настолько, что терялись все чувства, кроме неловкости за личное несовершенство — я часто утешаюсь этим оправданием. Повинуясь его жесту покорно развернулась и уткнулась во взгляды друзей, взгляды, в которых было смятение и немного усталости. Они узнали, что я — та самая Элирен, про которую столько врали. Они поняли, что разговор
— За границей этого леса нас ждет плен… и бесчестье… — Горько улыбнулась, разворачивая сникшие было плечи. — Здесь — всего лишь смерть. Мы остаемся.
— Значит, вы умрете. — Спокойно сказал эльф, и медленно, невыносимо медленно стали подниматься опустившиеся, было, луки.
Я зажмурилась. Я слышала, как снова всхлипывает Ирина, а Стил что-то шепчет ей настолько тихо, что шепот скорее угадывается. Даммонд переступил с ноги на ногу, шумно дыша. Конрада слышно не было, но он наверняка стоит спокойно и смотрит — куда? Возможно, в глаза главному эльфу. Возможно, на облака.
С каждым мгновением мужество испарялось, а они… медлили.
Вместо звона тетивы раздался насмешливый голос эльфа.
— Ты можешь открыть глаза, Элирен. — И, нисколько не скрывая издевки: — Чего доброго, умрешь прежде времени от страха. Что же я отвечу принцу Эллорну, если он когда-нибудь… вспомнит о тебе?..
Забыв собственные наставления, я едва не натворила дел. Хорошо, что за спиной оказался умный, рассудительный сотник.
— Не надо, Ренни! — Тяжелые ладони Конрада обхватили мои плечи, его несгибаемая уверенность смыла царапину на гордости. Я промолчала. Что значит презрение какого-то эльфа в сравнении с жизнями тех, что сейчас пробиваются к Переправам? Ничего. Пусть себе насмехается, все равно, это мы использовали их, а не наоборот.
Вместе со звоном в ушах нахлынула волна возмущения — эльф подглядывал за мной в ментале, делал это не таясь, не ожидая отпора. Я сосредоточилась и сцепилась с ним взглядами. Он вздрогнул, прищурился. Самоуверенная маска не сползла, а скорее застыла, под ней проступило глубокое удивление.
«Ты умеешь слышать мысли?!»
«Я умею не пускать в них непрошеных гостей!». Изумление. И вкрадчивый приказ: «Открой мне свой разум, Элирен! Ты в моей власти! Человек, не сопротивляйся».
«Ну, уж нет! В твоей власти моя жизнь, но не больше. Пошел вон!»
Дальнейшее произошло очень быстро: эльфа мотнуло, как от пощечины. Болезненно охнул Даммонд. Стил подхватил начавшую оседать Ирину, и оба сели на землю. Конрад отшагнул назад, едва не уронив меня.
Распрямившись, эльф бросил руку сверху вниз. Мы ожидали приказа «Убей!» а последовал приказ остановиться. Луки опустились, эльфы развернулись и исчезли, как появились — бесшумно.
— Можете переждать до рассвета,
Словно ничего не произошло. Уставившись в пустое пространство, я пыталась понять, что же только что случилось на наших глазах.
— Что это было, Ренни? — Осторожно спросил позже Стил, когда мы бессонно разглядывали тьму. — Словно молния меж вами ударила, только беззвучная.
— Он пытался заколдовать меня. — Ответила не совсем честно, думая, что этим отверчусь. Вышло только хуже, моя полу- ложь дальше отшвырнула нас. Со мной не заговаривали до самого рассвета.
Даже Конрад начал поглядывать в мою сторону с опаской. Разбирая оружие, они столпились вместе. Я не стала встревать, пережидая, села в траву там же, где стояла.
— Возьми. — Конрад протягивал мне ворох железа. Спасибо за заботу, конечно, только уж очень далеко ты остановился, сотник. На расстоянии вытянутой до предела руки. Я сжала зубы. Что ж, не в первый раз от меня шарахаются. Пора бы и привыкнуть.
Спина к спине мы просидели всю ночь, не сомкнув глаз. Мы не поверили эльфам, не поверили когда они ушли, и когда потом не вернулись. У меня, по крайней мере, постоянно холодило затылок, словно сама темнота внимательно разглядывала нас, раздумывая, как бы половчее с нами разделаться.
Мы не знали, что когда еще в недоумении всматривались в пустую поляну, где только что присутствовало столько недоброжелательно настроенных эльфов, тот самый предводитель в серебристом плаще сказал кому-то, скрытому в кроне раскидистого дуба на опушке у Бродов: «Это действительно она. — И, чуть помедлив: — Я считал её вымыслом».
Тот, что был неразличим, спросил: «Она ищет его? — «»Нет. Она ищет судьбу. Утром я уведу их к Переправам».
Вот так решилась наша судьба, решилась быстро и немногословно. Очень по-эльфийски.
Утро привело с собой эльфа. Рассвет еще только занимался, когда он неожиданно появился перед нами, небрежно поманив, повел по удобным тропинкам на юг. Шагая вслед, я думала о том, что запомню его лицо. Просто из благодарности. «Напрасно. — Отозвался ментал. — Мне ты ничем не обязана».
«У меня другое понимание ситуации, — Осторожно возразила, прислушиваясь к неровному дыханию Ирины. — Мы все обязаны тебе жизнью».
— К чему мне ваша благодарность, человек? — Эльф презрительно глянул через плечо.
— Жизнь длинна, и не всем известны ее повороты. — Процитировала я Рэма.
— Особенно твоя жизнь, женщина. — Поддел эльф насмешливо. — Её повороты воистину удивительны.
Я промолчала, настороженная его благодушием. Тропы, которыми мы шли, причудливо вились среди немыслимо высоких деревьев, по прекраснейшим полянам. Со времени побега из Зачаровня произошло немало, теперь была весна, и цветение переполняло лес. Поддаваясь весеннему чувству, мы начинали верить в возможность хорошего окончания затянувшегося приключения.