Путь
Шрифт:
— Что ты сопли распустила?! — Строго говорил кто-то, знакомым мужским голосом, — Чувств у неё нет, видите ли! Ты Спектр Совета, капитан третьего ранга, Воин в конце то концов!
— Но Одзи-сан [119] ! — Попыталась вставить слово Женька.
— Помолчи Гани-тян! Ну-ка соберись, впереди полный кошмар, а ты от мелочи сопли распустила! Воин и не должен при казни испытывать никаких чувств. В конце концов, ты не дитя ремнём порешь, а уничтожаешь преступника, приговорённого между прочим. И вообще, настоящему самураю не пристало испытывать торжество, гнев и злобу, а уж тем более радость, убивая преступника.
119
1. Одзи — Дед. (яп)
120
2. Онна-бугэйся — Женщина самурай. (яп)
— Хай, одзи Такеси.
Лиара входит в зону обзора и видит на экране сидящего генерала Такеши Омуру. Старый самурай сидит с гневным лицом и смотрит на повесившую голову Женьку, но в глазах старого воина горит веселье. На человечке шорты и топ, видимо с тренировки.
— Охае-годзаимас, Омура-самэ! [121] — Говорит азари.
— Конничи-ва, Лиара-сан [122] . — Отвечает мужчина.
— О-гэнки дэс-ка, Такеши-самэ? [123]
121
3. Охае-годзаимас — С добрым утром. (яп)
122
4. Конничи-ва — Здравствуйте. (яп)
123
5. О-гэнки дэс-ка — Как поживаете. (яп)
— Аригато, гэнки дэс, Лиара. [124]
— Шлёпни-ка эту стоноту пониже спины, внучка, пусть взбодрится. — Попросил старый генерал.
Лиара не стала заставлять себя просить дважды и звонко шлёпнула Шепард по заднице. Женька подпрыгнула и возмущённо уставилась на подругу. А с экрана донёсся громогласный хохот Такеши.
— И вообще! — Продолжил генерал, — Я хочу обсудить с тобой некоторые вещи, на меня вышли представители Саларианского союза и попросили продать технологии СТЭЛС. Что скажешь, продавать, нет?
124
6. Аригато, гэнки дэс — Спасибо, хорошо. (яп)
— Хрен им по всей морде! — Буркнула Шепард, — Вспомни, деда, сколько раз мы их официально приглашали принять участие в разработках?
— Официально три!
— И что нам ответили далатрессы: «Союз не заинтересован в сотрудничестве», вот и хер им, обрыбятся!
— Ну, может чего в ответ потребовать, спецов там или технологии какие?
— Что своих умников нет? Да у нас, у Рыжих, самая сильная на сегодняшний день теоретическая группа, особенно по физике. А у лягушек и близко никого равного нет. Да и в остальных сферах мы сильны.
— Котята просят, попробовать переманить одного саларианца, гением его называют, так лягухи даже слушать не хотят о нём. Нет и всё! — Сказал Омура старший.
— Что за саларианец?
— Том говорит, какой-то, Мордин Солус, слышала о таком?
— Слышала, спец из ГОР, микробиолог, генетик.
— Вот даже как! Хорошо, так котятам и передам, пусть ждут вестей от тебя. Но всё же, что саларианцам-то ответить?
— Что ответить, что ответить. А продайте им технологию за триллион кредов, пусть раскошелятся. И нам хорошо, на многие проекты сразу денег хватит, всё дыры закроем. Сколько там, на разработку СТЭЛС потратили?
— Сто сорок миллиардов, ну, это с учётом строительства прототипов.
— Один хрен, вот и отобьём денежки деда, а лягухи пусть платят. А не захотят их право, и прошу тебя, доведи до совета директоров моё мнение.
— Это даже не сомневайся, триллион, — Проговорил Такеши, глядя в пространство, будто пробуя слово на вкус, — Мне нравится эта сумма, вот нравится и всё. — И старик рассмеялся.
— Мне тоже! — Ответила Женька.
С той стороны экрана послышался какой-то шум и в кадр с истошным криком: — Деда, деда, деда! А я тебе сейчас такое расскажу! — Влетела маленькая светловолосая девочка, взобралась на колени генерала, поцеловала того в щёку и только собралась что-то рассказать как увидела на экране Шепард. Глаза ребёнка широко распахнулись, она ахнула и ещё громче закричала: — Тётя Женя, здравствуй! Тётя Женя ты где?!
— Пойду, завтрак приготовлю. — Шепнула она Женьке, та кивнула в ответ, продолжая весёлую болтовню с генералом и маленькой девочкой.
(— Интересные факты о самураях:
Женька (ККА Нормандия, Цитадель 10 апреля 2383 г.)
Сижу у станка в инженерном, смотрю как лазером на тати, который я делаю уже так долго и всё не могу закончить, прорезаются иероглифы. Дело идёт медленно, поскольку кристалл, которым собственно и является зуб молотильщика, очень хорошо сопротивляется любой обработке. Рядом, за проекционным столом, сидит Рекс и пытается разработать скорострельную винтовку, ну или пулемёт. Для борьбы с целями типа ИМИР. Дело у крогана идёт медленно и, похоже заходит в тупик, так как все резервы стандартных систем давно уже исчерпаны и ни добавить ни убавить почти ничего невозможно.
— Рекс, не злись. — Говорю я. — Этим ты делу не поможешь.
— А чем поможешь, Шепард, этот ваш МГ, отличный ствол, только термоклипсы жрёт как песчаная прорва воду. И я просто не вижу, как справиться с этой проблемой.
— Что греет пулемёт?
— Форм-камера.
— Избавься от неё.
— Смысл? Тогда я буду таскать на себе, целую кучу боеприпасов.
— А так таскаешь термоклипсы, и если они закончатся, один хрен пулемёт бесполезен, даже если есть пудра.
— Угу, — пробормотал кроган, щёлкая кнопками проектора, — А если в ранец, — Сказал он, глядя на голограмму с пулемётом. — Ага, боекомплект можно довести до десяти-двенадцати тысяч выстрелов, но всё упирается в скорострельность, проклятье! Больше двух тысяч, не выходит и снова появляется нагрев уже от трения о воздух.
Пододвигаюсь к нему и разглядываю проект пулемёта. Удивительная смесь из разных конструкций и ранец с улиткой магазина. — Что, Рекс, один хрен тебя не устраивает?
— Я посмотрел кадры работы по этому проклятому дрону и вычислил, что если бы скорострельность одного из стволов была бы от трёх тысяч выстрелов в минуту, то кинетический щит выдержал бы лишь пятисекундный залп. А дальше всё просто.
— То есть тебе нужна скорострельность?
— Да!
— Попробуй многоствольную схему.