Путь.
Шрифт:
«Может быть, его нужно съесть? – Арсений облизнулся, и желудок подтвердил, что намерения эти ему очень нравятся. – Ну не зря же я его нашел? Должна быть этому какая-то причина?»
Хорек повернулся и посмотрел на нашего героя с таким нескрываемым презрением, будто бы тот хотел проверить, бездонная ли яма, кинув туда самое важное в жизни.
– Ну ладно, ладно! Пошутил я, что ж вы, хорьки, шуток не понимаете, – расстроенно промямлил юный Путешественник, и уже серьезней добавил: – Ну, раз ты мой спутник, у тебя должно быть имя. Ты такой, видите ли, умный, и я буду звать тебя… Бо! И не обольщайся, это сокращение
Путь предстоял неблизкий и, по всей видимости, нелегкий, поскольку – без всяких компромиссов – Бо направился прямо к основанию горы. Несмотря на всю свою неказистость – маленькие лапы, достаточно объемное пушистое тельце и несуразной длины хвост – двигался он крайне шустро. Арсению приходилось поторапливаться, чтобы поспеть за ним. На самом деле, наш герой вовсе не знал, хорек это или нет. Может, это существо было порождением этого мира, однако в представлении Арсения хорьки были именно такими, и серо-черный окрас животного лишь подтверждал это.
Они карабкались на уступы, преодолевали ущелья, реки – и казалось, что усталость вовсе не берёт. Арсений постоянно что-то напевал, и если мелодия выходила удачной, то Бо даже пританцовывал на ходу, но ни на секунду не останавливался.
– Я-то думал, дорога будет шоссейной… или проселочной, ну или хотя бы тропкой. Но чтобы затерянной в джунглях, да еще и которую знает один лишь хорек – такого предположить не мог, – посмеивался Арсений и продолжал насвистывать мелодии и думать о чём-то своем.
Тем временем (а время здесь различить было крайне сложно) за последним уступом показалась вершина. Вид отсюда открывался великолепный: с одной стороны – затоптанное поле, купающееся в сизом тумане, с другой – тот самый захламленный лес, который тонул в красноватой мгле. Ветра здесь не ощущалось, и было как-то не жарко и не холодно. Комфортно, одним словом.
Хорек остановился ровно посередине площадки и вскарабкался на небольшой камень, что стоял тут будто бы специально для него, а во взгляде легко было прочесть: «Теперь ищи сам…»
Арсений почесал макушку и огляделся. Сначала он ничего необычного не заметил, но, присмотревшись повнимательнее, стал смутно осознавать, что на северо-западе что-то не так. Прищурившись, он пошел по направлению к неясным очертаниям, и тут же, как назло, подул ветер, которого не было на протяжении всего пути. Ветер подхватил пыль и мелкие камешки, что валялись вокруг, и стал метать целенаправленно Арсению в лицо.
Прикрывшись рукой, Путешественник шел вперед, шаг за шагом приближаясь к цели. И тут ветер прекратился, причем его не стало так резко, что наш герой чуть не упал. Протерев глаза, он осмотрелся. Всё было точно так же: Бо сидел на камне, и вокруг, вроде, ничего не изменилось. Кроме одного – неподалеку, в выступе скалы, оказалась вырублена дверь с немного ироничной табличкой: «WELCOME!»
– Добро пожаловать, блин! – сплюнув пыль, набившуюся в рот, с трудом произнес Арсений. – Вот и всё, – думал он, двумя руками открывая дверь, за которой оказался темный сырой коридор. Ни факела, ни фонарика не было, так что пришлось двигаться наугад. Впрочем, вскоре глаза привыкли к полумраку и стали различать стены.
Разглядеть ее было почти невозможно, но на ощупь она показалась очень знакомой – это была та самая облупленная дверь, через которую он попал сюда из своей квартиры. Чуть не подпрыгнув от радости, Путешественник рванул ее на себя и едва не сиганул в темноту, которая была за ней. К себе в квартиру он не попал, ведь пола под ногами не оказалось, и с резким пронзительным криком наш герой полетел в черную бездну, успев лишь прошептать:
– Неужели на этом всё?..
Глава 3. На минуту позади всех
Арсений проснулся в своей кровати словно от резкого толчка. Теперь из недавнего Путешествия он помнил всё, до мельчайших подробностей. Оно казалось лишь мимолетным видением, фантомом или же простым сном, что так часто чудятся человеку. Ночным кошмаром.
Немного придя в себя, наш герой сел на кровати и огляделся. Несомненно, он был в своей квартире, вокруг всё было очень знакомо, но как-то по-другому. Этого нельзя было объяснить, просто всё выглядело не так: квартира была чересчур убрана и даже старательно вымыта, а стены вообще как будто блестели. По крайней мере, такой чистоплотности Арсений за собой ранее не замечал. Как ему помнилось, перед Путешествием его квартира и вовсе представляла собой ядерную катастрофу и логово маньяка в одном флаконе. Сейчас же всё находилось на своих местах, как это было еще до начала нашей истории. Снова в голову закралась мысль: а вдруг это лишь обычный сон и ничего более…
Об этом говорило почти всё: и старательно составленное расписание, что лежало на тумбочке, и стакан воды, так заботливо поставленный у изголовья кем-то. Собственно, кем именно – Арсений вскоре понял, когда до боли знакомая женщина вышла из кухни и приветливо улыбнулась.
– Доброе утро! – дружелюбно сказала она. – Есть хочешь?
– Да, пожалуй, не откажусь, – стараясь не выдавать смятения, промолвил Арсений. Он никак не мог припомнить имени девушки, хотя явно знал ее. «Может, я видел ее на работе? Да, скорее всего, так и есть».
Он начал усиленно вспоминать, но в голове были лишь туман и прошедшее сновидение. Да, видимо, сон был крайне реален – и привидится же такое! Точки над и поставила свадебная фотография на стене, неподалеку от входа в ванную.
«Вот чёрт! Как можно забыть собственную жену? Наверное, я вчера слишком много выпил. От этого, скорее всего, и голова так болит, – подумал Арсений и взял с тумбочки заботливо приготовленные стакан с водой и таблетку. – А хорошо всё же иметь жену!» – усмехнулся наш герой про себя.
Тем временем завтрак уже стоял на столе. Проходя мимо холодильника, Арсений невольно заметил клетку и удивился: «Почему мой домашний любимец – хорек? Хотя, если уж я не сразу вспомнил свою собственную жену, то вполне объяснимо, что забыл и домашнее животное. Кстати, это вполне подходит под объяснение моего неадекватного сна, где главными действующими лицами были хорек по имени Бо и какой-то китаец».
На холодильнике была прилеплена записка, заботливо выведенная женским подчерком: «Не забудь покормить Бо!»