Путь зверя
Шрифт:
Глава 5
Правитель золотого города
Вот так неожиданно для себя я стал аристократом в этом городе. Не всё так просто, конечно и мне ещё предстоит не то это подтвердить, не то отстоять право таковым считаться, но бонусы я получил практически сразу. Питание улучшилось, чему Кансир был несказанно рад. Ещё одна наглая морда на мою голову. Ничего, сочтёмся.
— Вот это я пониманию, еда.
Но даже она не смогла его заткнуть и в который раз мне поведали, что он тут самый сильный, по уши влюблённый, а принцесса
А ещё нам предоставили новую камеру и разрешили прогулки. Статус аристократа присвоили мне, а бонусы насыпали нам обоим, ничего не понимаю. Я от его болтовни порой откровенно устаю больше, чем от зуда в заживляющихся ранах. Может он всё же прав и это нас так готовят к бою на арене и аристократический статус тут не причём?
Я ходил по кругу и разминал ноги. Затем лёгкий бег. Тянущая боль в ноге осталась, но в целом уже неплохо. В этот пасмурный день вдруг выглянуло солнце, и я остановился, задирая голову к небу. Его лучи не просто согревали, а как будто наполняли силой. Я поднял руку и сделал обращение до того, как осознал, что я делаю. В Лавроше поклонялись Солнцу, а я в его храме проходил испытание на стойкость к вере. Вроде как даже прошёл, хотя, как там на самом деле было я до сих пор не знаю и не задумывался. Интересно, это что-нибудь значит?
Несколько силовых линий на несколько секунд вспыхнули, формируя доспех вдоль тела и погасли. «Это однозначно что-то значит», — усмехнулся я. Так что пока есть возможность продолжил заниматься. Предложил Кансиру спарринг, но он отказался. Он, видите ли, после вкусного обеда всякой ерундой не занимается. Через полчаса позолоченная нить на шее стала греть шею, и я перехватил её рукой и убедился в этом. Действительно нагрелась. Странно всё это, если честно.
— Чего ты за неё держишься? — подозрительно спросил Кансир, от его лени и следа не осталось.
— Проверяю, что она действительно тёплая и мне не показалось.
Он странно на меня посмотрел.
— А ты точно из внешнего мира?
— Это что-то значит?
— Только жители нашего Мира могут в полном объёме пользоваться этой технологией. В городе львов особенные камни силы. Они предназначены для аристократов и высшей меры. Из них делают силовые наручи и доспехи, которые со временем сами восполняют силу. А ещё они её структурируют и усиливают… Технику, — уточнил он. — Поэтому внешники вроде тебя, часто пытаются проникнуть в наш город и заполучить их. Выкрасть. Раскрыть её секрет. Но это бесполезно, вам она не подходит. Лишь тот, кто владеет львами это может сделать.
— А вам она какую пользу приносит?
— Такую! Только нам не зачем её выплёскивать наружу и растрачивать на всякие проявления силы. Это нерационально. Лучше держать её в «кулаке», — что он и продемонстрировал, подняв руку и сжав её в кулак.
По его блуждающему вокруг взгляду было видно, что будь здесь снаряд для битья он бы его ещё и пробил для демонстрации. Но от спарринга всё равно отказался. На этот раз потому что меня травмировать нельзя, из-за меня и так каждый день переносят ритуал очищения. Так что он посоветовал мне заниматься дальше, а сам разлёгся на солнышке.
А вообще быть аристократом, даже пленным мне понравилось. Еда есть, крыша над головой тоже, да ещё и бесплатная охрана. Вот двое из них прямо сейчас меня ещё сопровождают на местный рынок, чтобы я сам себе выбрал одежду по вкусу. Те обноски, что мне любезно предоставили,
— Плохой ты друг, Кансир. — Худший, что я знаю. С друзьями так не поступают. Вот тебя я убивать не буду, — обрадовал я его на выходе, от чего он снова завис, переваривая услышанное.
— Да ты и не сможешь! Ты забыл, что Кансир самый сильный воин? — донёсся до меня его крик вдогонку.
Нет, не забыл, но сейчас меня больше Правитель волновал, лучше с ним не общаться. Конфликт неизбежен. Хотя сдался я ему, чтобы ещё он на меня время тратил на общение.
Впервые выбравшись в город, я был приятно впечатлён. Если отбросить моё предвзятое отношение к охране, особенно в начале, когда я был, мягко говоря, на взводе, то они были достойными людьми. За всё время заточения ни одного унизительного или оскорбительного не то, что действия, а даже взгляда не было. Уже это вызывало внутреннюю симпатию. Теперь вот и сам город пестрил убранством и богатством. Это же рынок. Где грязь? Где разнорабочие, что навязывают свои услуги? Где хотя бы попрошайки, которые есть в каждом городе? Здесь должны быть рабы, которых любой может за еду привлечь к работе. Нет их. Последних, точно не встречу, понял я, разглядывая двух львов, лежащих в тени у входа на рынок. Сожрут их всех или на рудники отправят. Вряд ли тут будут церемониться.
— Здесь, — остановил меня один из воинов и указал на лавку.
Ближайшая от входа на рынок, как я посмотрю и на том спасибо. Я и не рассчитывал, что они будут со мной тут гулять весь день по всему рынку, пока я буду удовлетворять свои утончённые вкусы в одежде.
— А расплатиться я смогу? — уточнил я запоздало.
— Наполнишь камень силой, сколько скажут и этого будет достаточно.
Определённо мне тут нравится.
Два комплекта одежды я выбрал быстро, после чего меня выпроводили, но настроение это не испортило. На обратном пути нам дорогу перегородил лев. Лениво, что-то рыкнул и прошёл мимо нас. Я внутренне напрягся, но по факту ему не было до нас дела.
— А чем они питаются? Кто их кормит?
— Скоро твоими костями будут, — оба воина рассмеялись своей шутке… или это была не шутка? — Поводырями они любят питаться.
— Людоеды что ли? И при этом живут среди людей?
— Ошибаешься, это люди живут среди них. Они тут раньше появились, чем мы.
— И что вы будите делать, если один из них на вас нападёт?
Они лишь переглянулись.
— Мне ритуал этот очищения проходить, а там четверо львов будет. Подсказали бы. Может и сочтёмся.
— Подчини или умри, — коротко ответил один из них.
Умирать не хотелось бы, но по контексту было понятно, что убивать нельзя. Что за поклонение такое животным? Нет, с одной стороны хорошо, конечно, что поклоняются львам, а не шакалам, но всё же:
— Не по-людски это.
— Это ещё почему?
— Люди находятся на вершине пищевой цепи. И любую угрозу воспринимают агрессивно, стремясь уничтожить её. А тут — самому умри, почему не убей?!
— Ну, попробуй, — пожал тот плечами.