Путь юноши
Шрифт:
– У нас в стране такого нет и в помине, только за рубежом, так что, можешь не опасаться. – Обрадовал меня Вильям. – Пойдем во двор, конь уж скоро подковы двинет от скуки, а мы тут болтаем. Поверь, в езде верхом есть очень много интересного, если понравится, возможно, ты посвятишь этому всю свою жизнь. – Поведал Вильям, по-отцовски не без труда приобняв меня за плечо. Когда-то я говорил, что он велик ростом. Но за последние четыре года я неслабо вымахал и теперь был ростом с него, если не выше.
Открыв калитку, и взяв Бена за поводья, Вильям вывел его из загона. Только попав за пределы клетки, Бенджамин встал
– Ну что, Бенджамин, полетели! – Взревел Вильям и ударил вожжами. – Догоняй! – Бросил он мне прощальный крик в дорогу.
Я погнался за ними, что есть мочи, бежали в сторону ржаного поля. Исчерпав всю силу, я не оказался ближе к ним, казалось, они только отдалились. Бушующее дуновение ветра на бегу ласкало мое лицо, развевало мои волосы. Давно я не чувствовал себя таким свободным, бегу по полю, как мне казалось, со скоростью света, не замечаю людей идущих или же только собирающихся идти на рынок. Давно я просто не бегал, а как же это на самом деле прекрасно, просто бежать, перематывая жизнь, все идет своим чередом, а я бегу, обгоняя всех, кроме Вильяма и Бенджамина. Вдруг они остановились, и я побежал быстрее прежнего, а догнав, оперся на седло и стал возбужденно дышать, глотая громадные глотки воздуха.
– Ты был прав, это не конь, а настоящий дракон. – Наконец-то согласился я, увидев настоящую скорость.
– Вижу по глазам, жаждешь оседлать, хоть и не умеешь, верно? – Поинтересовался Вильям.
Я кивнул, с тягостью опуская голову, видимо, я очень давно не бегал. С этими эссенциями скоро совсем превращусь в женщину, так что дело дойдет и до пышных платьев.
– Аккуратно хватайся за седло, и ставь ногу на стремя. Затем отталкивайся и залезай. – Объяснил милый кузнец.
Получилось у меня не сразу, но спустя несколько попыток, я все же забрался, сам тому не веря. Я, конечно, и сам был не мал ростом, но здесь, верхом, высота была невообразимая, я даже немного боялся, разумеется, не выдавая своего страха.
– Держись крепко, а я вас поведу. Пару деньков будем просто гулять шагом, а к концу недельки попробуем пройтись рысцой.
– Рысцой – это как ты? – Боязливо поинтересовался я.
– Нет-нет-нет, мальчик мой. Рысца – это легенькая пробежка. А мы с Бенджамином гнали настоящим галопом. До него тебе еще долго. Пробовать будем не раньше чем через месяц, если ты, конечно, не трусишь. – Пролепетал добрый старик, держа Бена за поводья, медленно шагая вперед.
– Я никогда не трушу! – Дерзко заявил я.
– Не забывай, мальчик, я вижу тебя насквозь. – Усмехнулся Вильям, одарив меня улыбкой, полной добра и любви. – Ты боишься даже сейчас, хоть мы и не бежим, просто шагаем. – Теперь уже Вильям смеялся в голос.
– Говоришь, я боюсь? – Я оперся ногами в стремена и крепко ухватился за поводья. – Тут ничего сложного, верно? Я же видел, как ты бежал. Нужно нагнуться, упереться в стремена и ударить по вожжам.
– Роб, не смей
Бенджамин скакал неописуемо быстро, я действительно не могу описать его бег, кроме полета никак и не назовешь. Ветер бил по лицу, по груди и спине. Меня трясло, я не мог удержаться на седле. Бенджамин все не сбавлял ходу, а даже ускорялся с истечением каждых пяти секунд. Скорость была невыносима. Я бы уже все отдал, лишь бы остановить эту бешеную скачку, да хоть душу дьяволу продать, будь такая возможность! Кажется, я видел, как Вильям это делает, нужно всего лишь резко потянуть за вожжи, что я и сделал, очень зря. Бен резко остановился, а я, забыв опереться на стремена, кубарем перелетев через голову коня, больно упал на спину. Благо, земля была мягкой, спасибо, что хоть живой.
– Живой?! – Удостоверился догнавший нас Вильям. – Должен признать, это было очень даже неплохо. – Он протянул мне руку и помог встать. – Сам я первый месяц учился бегать рысцой, а ты сразу вышел на галоп, я очень потрясен, Роб. Да что там, черт побери, у тебя почти получилось затормозить на такой скорости, ты всего-то забыл опереться на стремена, так?
– Да, всего-то. – Устало пролепетал я. – Не думал, что выживу после такого.
– Да ладно тебе, и не после такого выживали. Не после такого еще выживем. Кстати, о призвании в жизни, о коем я упомянул по выходе из кузницы. – Вильям взял Бенджамина за поводья, и через все поле, что мы сегодня пробежали, мы устало побрели к кузнице. – Давным-давно, если ты помнишь, я уже спрашивал тебя об этом, но ты затруднялся с ответом. Сейчас желаю поинтересоваться еще раз, чего же ты хочешь от этой жизни, Роб? Нутром чую, что изготовление эссенции и свечей тебе не по душе.
– Я хочу служить своей стране, своему королю. Хочу защищать добрых путников от злых разбойников и чудовищ, хочу сделать нашу страну лучше. Уже давненько я хочу податься в рыцарство, оттого и прошу твоего совета, как мне быть и что делать? – Без шуток, с серьезными намерениями, спросил я.
– Перво-наперво, любой рыцарь должен владеть мечом, а то как же ты будешь защищать добрых путников? Затем, рыцарь должен освоить езду верхом, в чем ты делаешь большие успехи. – Усмехнулся Вильям. – Мой дед был рыцарем, так что, сынок, на этот раз ты попал на ту улочку. Я обо всем тебе расскажу, чему смогу, научу. Заходи завтра, или на неделе. Мы еще обсудим это. – Пообещал кузнец, открывая калитку в загон. Я завел Бенджамина и нежно погладил по белоснежной гриве. – Теперь, юноша, с коня должно снять седло и протереть насухо его могучую спину.
– И ты хочешь, чтобы это сделал я, верно? – На всякий случай переспросил я.
– А тебя, значит, лень одолела, да? Покататься он покатался, а отблагодарить коня не желаешь? Рыцари так не поступают, они привыкли за все отвечать. Конь прокатил тебя, проскакал галопом как миленький по твоему свисту, твоя обязанность – отблагодарить его. – Объяснил Вильям.
– Хорошо, хорошо, я, конечно, отблагодарю его. У тебя есть ведро с водой? – Поинтересовался я.