Путь воина
Шрифт:
На Риае боевой робот способен развить скорость в шесть раз большую, чем при нормальной гравитации. Однако пониженная сила тяжести не могла не влиять на согласованную работу механизмов бегущего робота. Могло произойти все что угодно – от перегрева мускульных волокон до разрушения любой части корпуса.
То, чего так боялась Марта, в конце концов и случилось. «Нога» бегущего «Разрушителя» ударилась о какой-то скальный выступ слишком сильно. «Нога», предназначенная для того, чтобы выдерживать вес семидесятитонного робота, бегущего со скоростью восемьдесят шесть километров в час, была просто механическим чудом со всеми своими креплениями и поглотителями напряжения. Но Эйден превысил допустимую
Нижняя часть ее отлетела, как направляющая стойка при старте космического корабля. По инерции «Разрушитель» продолжал двигаться вперед и пропрыгал на одной «ноге» еще несколько шагов. Затем, остановившись, он закачался, как взорванное строение, упал на «бок» и внезапно исчез.
Эйден не успел осознать случившееся, когда почувствовал, что падает. Он попытался восстановить равновесие, подтянув левую «ногу», но, поскольку теперь это была «призрачная» «нога», ничего не произошло.
Робот остановился у широкой трещины и некоторое время раскачивался на краю. Затем правая «нога» скользнула вперед, и «Разрушитель» полетел вниз.
Падая, робот ударился о почти отвесную стену, и его развернуло передней частью вверх. Удар о дно трещины был настолько силен, что Эйден потерял сознание.
Голографическая аппаратура не зафиксировала момент падения. «Разрушитель» просто исчез из виду, как на плоском экране.
Марта увидела, что боевой робот Мегасы остановился и некоторое время как будто вглядывался в черный оскал трещины, прежде чем подойти к ней. Марта не знала, считают ли судьи поединок уже законченным. Если Мегаса пожелает, он может объявить о своей победе прямо сейчас. Тогда спасательные команды извлекут Эйдена из поверженного робота. Но Марта знала, что Мегаса, так же как и все остальные участники Испытания, поклялся убить Эйдена. Было понятно, что он сейчас хочет сделать. У него осталось еще много неиспользованных боеприпасов, и все, что ему требуется сделать, – это выстрелить несколько раз в глубь трещины. Эйден не сможет катапультироваться – в безвоздушном пространстве Риая его ждет мгновенная смерть. Только от Мегасы зависит теперь, останется ли его противник жить, но вряд ли он позволит Эйдену такую роскошь. Жизнь – привилегия сильнейших.
Растолкав столпившихся у перил воинов, к ней подошла Джоанна.
– Опять он проиграл из-за того же, – бросила она.
– Из-за чего? – мрачно спросила Марта.
– Он опять зарвался. С ним всегда это случалось. В битвах, на Испытаниях, в личных конфликтах. Если бы не этот недостаток, он прошел бы первую Аттестацию.
Марте не хотелось сейчас ничего обсуждать. Особенно ее возмущало, как холодно, словно ставя диагноз, говорит Джоанна.
Мегаса же тем временем стоял на краю трещины. Он слегка наклонил машину, чтобы заглянуть внутрь.
Придя наконец в себя, Эйден почувствовал страшную слабость. Взглянув наверх, он увидел склонившегося над провалом «Бешеного Пса». За бортовым иллюминатором маячила физиономия Мегасы, который, видимо не доверяя приборам, решил своими глазами посмотреть, в каком жалком положении оказался Эйден.
Борясь с подступающей дурнотой, Эйден взглянул на вспомогательный экран, чтобы проверить состояние боезапаса. Несколько оставшихся ракет направлены под другим углом и потому бесполезны. ПИИ разрушен, в рабочем состоянии только пушка. Однако в соответствии с информацией, высвеченной на экране, у нее заклинило механизм подачи снарядов. Можно рассчитывать только на одну очередь. Выстрел из лука по разъяренному слону.
Увидев, как Мегаса машет ему рукой из кабины, Эйден подумал, что стрелять нет никакого смысла. Он уже, можно сказать, мертв. Ему хотелось закрыть
Но даже в такой ситуации что-то в его душе не позволило ему сдаться. Эйден никогда не сдавался. Во время кадетских учебных боев он пытался испробовать все возможные маневры, даже если они противоречили дававшемуся сиб-группе учебному материалу. На первой Аттестации он чуть не победил, применив необычную тактику. Похожие действия помогли ему пройти вторую Аттестацию. Потом к стойкости, которая присутствовала в нем, вероятно, с первой секунды его жизни, добавился боевой опыт. Но именно способность несмотря ни на что продолжать драться принесла Эйдену все его победы – среди них и победу на Глории.
Он тогда не сдался. Он не сдастся и теперь.
Быстро прицелившись в видневшуюся из пропасти часть туловища «Бешеного Пса», он выстрелил. Этой последней очередью Эйден бросал Мегасе и другим ненавидевшим его воинам Клана Кречета последний вызов. Они, конечно, не узнают об этом. Но ему достаточно того, что об этом знает он сам.
Эйден видел, что выстрел в «Бешеного Пса» оказался безрезультатным. Он видел даже пыль, поднявшуюся от попадания в плоскость кабины.
Однако сначала он не заметил тончайшую трещину в кабине, образовавшуюся от разрыва снарядов. Первое, что бросилось Эйдену в глаза, – это вырвавшаяся из точки попадания струя пара. Затем Эйден увидел и саму трещину, расширявшуюся прямо на глазах. И, наконец, последним – стремительно летящее вперед лицо Мегасы – бледное, перекошенное, с широко открытыми глазами и разинутым ртом.
Тут под воздействием внутреннего давления кабина разлетелась на куски. Тело Мегасы, очевидно, унесло вместе с обломками, но Эйден не заметил этого. Возможно, изувеченные останки Мегасы упали на лежавший в провале «Разрушитель». Победитель снова потерял сознание.
Эйден не успел отреагировать на события последних мгновений схватки, но, погружаясь во тьму и пустоту, уже знал, что прошел Испытание Крови. И обрел долгожданное Родовое Имя.
ЭПИЛОГ
Через несколько лет после того как Эйден завоевал Родовое Имя, его дочь Диана, о чьем существовании он даже не догадывался, прошла Аттестацию и стала воином.
Если бы в бою она сумела победить еще одну машину, то ее воинская карьера в Клане началась бы со звания командира звена. Но убедительную победу она одержала только над одним противником. Поэтому в конце Аттестации с мостика своего «Вурдалака» Диана спустилась в звании воина. Корпус робота был все еще до того горяч, что девушка, случайно коснувшись брони, обожгла ладонь.
Гордая и счастливая, Диана тем не менее не строила грандиозных планов относительно своего воинского будущего. Заработать Родовое Имя она не смогла бы никогда. Единственное, чего она желала, – это привилегии участвовать во вторжении во Внутреннюю Сферу, которое только что началось. Именно ради этого она так и старалась поскорее попасть в свое подразделение.
Цель иметь вернорожденное потомство, так сильно владевшая ее отцом, в жизни Дианы не играла никакой роли. В конце концов, она дочь от союза двух членов одной сиб-группы – Эйдена и Пери. Хотя оба ее родителя были вернорожденными, ее собственное «естественное» рождение являлось неодолимым препятствием на пути к Родовому Имени, но Диана не особенно по этому поводу огорчалась. Она не огорчалась даже из-за того, что вернорожденные презирали таких, как она. Вероятно, Диана уже настолько привыкла к такому отношению еще в детстве, что воспринимала это просто как факт жизни. Так же, как и у отца, у нее случалось много стычек с оскорблявшими ее вернорожденными. Но, в общем, она принимала существующее положение вещей.