Путь ведьмы
Шрифт:
Я наблюдала за ним, сидя в своем кресле и формально занимаясь вышиванием — занятием, которое я ненавидела всей душой, но которое было прекрасным прикрытием для наблюдений.
— Ты так и не сказала, как давно ты здесь живешь, — его голос прозвучал неожиданно, нарушая тишину.
— Достаточно давно, чтобы знать, что любопытство и кошку погубило, — не отрываясь от уродливого узора на канве, парировала я.
Он повернулся ко мне, облокотившись о косяк двери. Его поза была расслабленной, но в глазах — все та же оценивающая острота.
—
— Моя сила и мои знания — это мое личное дело, — я отложила вышивку с облегчением. — И, в отличие от некоторых, я не испытываю потребности демонстрировать их, устраивая магические фейерверки.
Укол попал в цель. Его лицо на мгновение омрачилось.
— Это заклятье было не моим. Его применили фанатики из Парадиза. Я лишь пытался его сдержать.
— И как успехи? — я поднялась с кресла и подошла к камину, чтобы подбросить полено.
— Ты видела результат, — его голос стал тише, но в нем зазвенела сталь. — Они уничтожили всех. Моих людей, своих… всех. Иногда не остается ни выбора, ни правильного решения. Только цена.
Я обернулась к нему. Он стоял, сжав кулаки, и его шрам багровел на бледной коже. В его глазах горела не ярость, а холодная, безжалостная правда человека, видевшего слишком много смертей.
И в этот момент я увидела не высокомерного аристократа или благодарного пациента. Я увидела человека, несущего на своих плечах груз, который сломал бы любого другого. И поняла, что наши миры не так уж и далеки друг от друга. Мы оба были сильными. И мы оба были одиноки в своей силе.
— Возможно, — сказала я мягче. — Но это не делает результат менее отвратительным.
Мы стояли друг напротив друга, разделенные всего парой шагов. Расстояние, которое внезапно стало одновременно бесконечным и ничтожно малым. Воздух в комнате изменился — стал гуще, теплее. Пламя в камине отбрасывало подвижные тени на его лицо, подчеркивая резкие черты и линию шрама.
Он сделал шаг вперед. Не угрожающе. Скорее… притягиваясь.
— Ты спасла меня, — прошептал он. Голос потерял привычную твердость, в нем появились новые, незнакомые ноты. — Не зная, кто я. Не зная, какую опасность я несу с собой. Почему?
Его взгляд был пристальным, почти физическим прикосновением. Я чувствовала, как его магия, теплая и живая, невольно тянется к моей, холодной и древней, создавая между нами незримую связь.
— Потому что я могу, — ответила я, и мой голос прозвучал тише обычного, потеряв привычную ироничную окраску. — И потому что это было мое решение.
Он был так близко, что я чувствовала исходящее от него тепло, вдыхала смесь запахов лечебных трав, дыма и чего-то неуловимого, сугубо мужского, его. Я видела каждую деталь его лица — зазубренную линию шрама, твердый подбородок, пронзительные глаза, в которых читалась не только благодарность, но и вопрос. И тоска по чему-то настоящему, что не было связано с долгом или войной.
И я поняла, что где-то
Его рука поднялась, медленно, давая мне время отступить, испугаться, остановить его. Но я не сделала ни движения. Завороженная, я следила, как его пальцы приближаются. Они коснулись пряди моих волос, выбившейся из привычной укладки. Прикосновение было шокирующе нежным, почти благоговейным. Грубая кожа его пальцев на моей щеке показалась обжигающе живой.
— Эветта, — он произнес мое имя как заклинание, тихо, с непривычной мягкостью.
В этот миг расстояние между нами исчезло. Не физически — мы все еще стояли, не соприкасаясь. Но что-то рухнуло. Какая-то невидимая стена, которую я возводила веками. Воздух зарядился напряженным, сладким ожиданием. Его взгляд скользнул с моих глаз на губы, и мое дыхание застряло в горле.
Я видела его желание. Чувствовала его всем существом. И знала, что мое собственное отражается в моих глазах.
Но я не двинулась с места. И он не сделал следующего шага. Мы замерли в этом хрупком равновесии, в пространстве между решением и действием, где каждое мгновение было наполнено громче любых слов.
Он медленно опустил руку, его пальцы разжались, отпуская мои волосы.
— Я, пожалуй, пойду прилягу, — его голос снова стал глухим, но в нем дрожала не уходящая напряженность. — Раны… напоминают о себе.
Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Он развернулся и ушел в свою комнату, оставив меня стоять у камина с бешено колотящимся сердцем и осознанием одной простой истины: что-то изменилось. Безвозвратно. И какой бы опасной ни была эта перемена, я не хотела, чтобы все оставалось как прежде.
Глава 14
На следующее утро мы встретились за завтраком, как ни в чем не бывало. Солнечные лучи робко пробивались сквозь зачарованные окна, освещая стол с простой едой. Но обычной утренней атмосферы не было. Воздух все еще был густ от невысказанных слов и незавершенного жеста.
Каэлен сидел напротив, его поза была, как всегда, собранной, но во взгляде читалась настороженность. Он изучал меня, как шпион изучает вражескую территорию, пытаясь найти слабые места.
— Твой дом удивительно… тихий, — начал он, отламывая кусок хлеба. — Ни звука снаружи. Ни птиц, ни ветра.
— Он ценит уединение, — я отпила травяного чаю. — И, в отличие от некоторых гостей, умеет хранить секреты.
Уголок его губ дрогнул.
— А у тебя их много? Секретов.
— О, милый мальчик, — я сладко улыбнулась. — Если бы я раскрыла все свои секреты, тебе понадобилась бы еще одна жизнь. И то вряд ли хватило бы.
— Я не мальчик, — его голос прозвучал тише, но тверже. — И мне достаточно знать лишь один секрет. Кто ты, и почему ты меня спасаешь?