Путь в Царьград

Михайловский Александр Борисович

— Все это, конечно, хорошо, но Стамбул не Лемнос, и гарнизон там малость побольше… — возразил Ларионов.

— Кстати, — добавил Тамбовцев, — в самом Константинополе сейчас практически нет войск, кроме двенадцатитысячного корпуса султанской гвардии. Солдаты ночуют в глинобитных казармах, расположенных неподалеку от султанского дворца в Долмабахче…

— Товарищ контр-адмирал, — не торопясь встал командир авиагруппы «Адмирала Кузнецова» полковник Хмелев, — разрешите один вылет с пятисоткилограммовыми ОДАБами, и мы сделаем так, что эти двенадцать тысяч так в казармах и останутся. Навечно…

И если там в гарнизоне действительно нет других войск…

Полковник Бережной переглянулся с летчиком, потом с контр-адмиралом Ларионовым.

— Вы что, товарищи?! Мы, конечно, авантюристы, профессия обязывает, но не настолько же. Хотя… Если взять в плен султана Абдул-Гамида, то тогда война кончится на следующий же день.

— Ага, и тогда вся Турция превратится в одну большую Чечню, — добавила полковник Антонова. — В каждом вилайете появится свой султан, и еще с десяток полевых командиров помельче, желающих стать этим самым султаном. Если не найдется какой-нибудь умный и беспринципный паша вроде Кемаля Ататюрка. Хотя, конечно, можно попробовать, потому что в нашей команде, кажется, есть свой ататюрк — российского розлива.

— Вот и решено! — подвел итог контр-адмирал Ларионов. — Операцию по захвату острова Лемнос готовит командир батальона «Севастополь» майор Осипян. Полковник Бережной, полковник Хмелев, майор Смирнов и майор Гордеев, ваше задание — проработать план операции по нейтрализации гарнизона Стамбула и захвату в плен султана, что явится первой фазой по овладению Константинополем. Во второй фазе операции к ним присоединятся батальон «Балтика» и сдавший позиции на Лемносе комендантской роте базы батальон «Севастополь». Все ясно?

Ну, а с таких позиций можно будет и с самодержцем Всероссийским поговорить. И не как нищебродам залетным, а как людям солидным, с капиталом и недвижимостью. Все остальные получат поставленную задачу в виде боевого приказа, а посему все свободны…

Присутствующие уже начали расходиться, когда адмирал добавил в уже привычном ему стиле:

— А вас, товарищ Тамбовцев, я попрошу остаться.

Тогда же и там же.

Журналист Александр Тамбовцев.

Когда мы остались наедине, адмирал пару минут задумчиво ходил по салону, а потом вдруг спросил:

— Александр Васильевич, как вы думаете, каковы вообще наши перспективы в этом времени?

— Конечно, как военно-морское соединение мы можем уничтожить любой военный флот мира, но, простите, это даже не из пушки по воробьям, это атомной бомбой по тараканам. Да и на суше наши парни могут немало дров наломать, особенно в радиусе досягаемости палубных бомбардировщиков, но… Самый больной вопрос — это ресурс. Кончатся топливо и боеприпасы, хотя при некоторых материальных и интеллектуальных затратах это ресурс возобновимый. Но вот запчасти к технике и вооружению здесь еще никак не произведешь… Паршивый затвор к «калашу» не сделать.

— Короче так, Александр Васильевич, начистоту… Наше соединение рассчитано на полтора-два месяца автономных активных действий, исходя из запасов топлива и боеприпасов,

или полгода по ресурсу ЗИПов — и все.

Вы человек опытный, как журналист — в первую очередь, в общении с людьми. Мы же люди военные, атака — оборона, профессия обязывает. Если и проявляем хитрость и предусмотрительность, то особого рода. От вас же мне нужна помощь в сфере политики, раз уж подобное занятие для нас стало неизбежным. Ведь даже предстоящий захват острова Лемнос и Проливов с Константинополем — шаг сугубо политический, и вызовет большой шум, как в Петербурге, так и в прочих столицах.

Я медленно прошелся туда-сюда по салону.

— Виктор Сергеевич, конечно, вы правы, шаг, который нам предстоит сделать, является и политическим, но без него нам никак. Да и Александр II, может, на людях и поморщится, но в душе останется доволен. В этом случае будет выполнено и Рейхштадтское соглашение, то есть Российская империя будет непричастна к захвату Проливов, да и сами Проливы будут находиться под дружественным контролем. Ведь это соглашение заключали австрийский и российский императоры. А с нас — какой спрос?

Теперь, товарищ контр-адмирал, о дружественности. Нам нежелательно идти в прямое подчинение хоть к Александру II, хоть к будущему Александру III. Царский двор — это еще тот серпентарий. Нравы там царят жестокие, все интригуют против всех, а упавшего дружно топчут. Тамошние порядки не для наших людей, выросших в значительной мере на советских ценностях.

Мы должны иметь общий с империей внешнеполитический курс, быть лояльными к ней в военном плане; и одновременно — проводить свою, совершенно независимую внутреннюю политику.

Теперь по ресурсам и территории… Больше всего для нас подходят сами Проливы, с островом Лемнос как передовой базой, и по куску европейского и азиатского берегов с городом Измиром. То, что мы можем это захватить, я не сомневаюсь, а вот удержать эту территорию возможно только опираясь на местное население.

Товарищ контр-адмирал, мы как-то отвыкли сортировать людей по вероисповеданию. Но это не просто констатация того, в какой храм человек ходит молиться. Это то, какой у него менталитет, совместим ли он с нашим в принципе или нет. Славян на этой территории почти нет, но это, может быть, даже и к лучшему. Достаточно вспомнить кровавую резню сербов во время распада Югославии, трагическую судьбу Слободана Милошевича, преданного и проданного своими соотечественниками гаагским упырям за обещание неких преференций, которые сербы, кстати, так и не получили, и прочие жуткие реальности Балкан в двадцать первом веке.

Греки были к России гораздо лояльней, но, к сожалению, мы их несколько раз предали. Один раз — после смерти Екатерины Великой, когда вместе с Турцией занялись войной с Францией. Республику Семи островов, образованную на отвоеванных Ушаковым территориях, Александр I передал Наполеону, а позднее все Ионические острова попали под тяжелую лапу британского льва. Другой раз — во времена Николая I, когда греки получили в качестве короля Оттона Баварского, а потом Вильгельма Датского — фактически отдали их в руки англичан. Потом в этой войне, когда не оправдались их надежды в освобождении островов…