Путь тьмы

Sleepy Xoma

– Они могут быть очень полезны.

– Не исключено, хотя живыми они тоже пригодятся.
– Шахрион помедлил.
– Да и солдат из них хороших не выйдет - сам знаешь, какой для новых зомби требуется материал.

Мост на другой берег начинался за второй стеной, расположенной ближе к нему и проходил, минуя главную башню-донжон, облепленную во всех сторон каменными хозяйственными постройками.

Сотник согнал всех пленников во двор, и теперь они стояли на коленях, с отчаянием и страхом смотря на двигающиеся полноводной рекой ряды солдат под имперскими знаменами.

Шахрион

с интересом рассмотрел их. Почти два десятка воинов в хороших доспехах, сержанты и рыцари с вепрями на груди. Диртанион проделал хорошую работу.

– Владыка, перед тобой только всадники, - произнес Диртанион, обращаясь к императору, - пехотинцев мы заперли в подземельях.

– Хорошо сотник, проведи потом дознание, быть может, кто-то из них захочет встать под знамена Империи, но не выпускай их пару дней - нужно увеличить гарнизон хотя бы на три десятка...бойцов. Мне не захочется возвращаться, чтобы отбить замок во второй раз.

– Будет исполнено, владыка.

– Да, вот еще, когда более-менее укрепишься в провинции, начни набирать по обе стороны реки добровольцев для формирования нового легиона. По организационным вопросам советую обратиться к Тартионне.

– Не пройдет и месяца, как извечная получит мое первое послание.

– Замечательно. Если к началу третьего месяца лета сумеешь поставить в строй тысячу, будешь ею командовать. А теперь давай посмотрим, что за улов достался мне сегодня.

Оставив не верящего в свою удачу сотника размышлять о перспективах карьерного роста, Шахрион быстрым шагом направился к пленникам. Все они были связаны, и почти все перебинтованы - строжайший приказ брать как можно больше пленных исполнялся безукоснительно, - но выглядели все еще воинственно. Шахрион подумал, что было бы очень весело взглянуть на лица этих людей, когда они поймут, что же их ожидает.

Если у слуг и набранных по деревням крестьян были все шансы пережить смену власти, то благородным и их солдатам рассчитывать на снисхождение не приходилось, слишком уж ценным ресурсом являлись тела опытных натренированных воинов.

– Кто ты такой?
– процедил сквозь зубы седовласый породистый мужчина, чьи толстые пальцы были унизаны перстнями с огромными рубинами.
– Что ты сделал с племянником?

– Полагаю, что ты - благороднейший Тирит Саргилэн.

– Да, и я задал вопрос!
– проорал он, разбрызгивая слюни.

– Ты не в том положении, чтобы проявлять норов, - заметил император, отойдя подальше.
– Тут вопросы задаю я. И мне интересно, сколько у твоего брата в столице осталось солдат? Полагаю, что благороднейший Цигд нашел благовидную причину, чтобы не слать остатки своих войск на север. А зная о его богатстве, я просто уверен, что он за зиму успел восполнить потери, нанесенные моей армией.

Благороднейший Тирит побагровел от гнева.

– Да как ты смеешь в моем замке...

– Это мой замок и всегда им был, - оборвал его Шахрион.
– То, что вы пользуетесь им со времен Последней войны, еще не делает вас собственниками.

На лице пленника появилось выражение понимания.

– Ты - император! Проклятье, но как? Ты же уже должен быть разбит!
– Он бешено зыркнул в сторону Китита.
– Племянник, тварь, неужели ты решил предать свой род, свою кровь?

– Не тебе, потомку переметнувшихся кольценосцев, говорить про измену, - холодно

заметил Шахрион.
– И можешь не кричать, твой племянник тебя не услышит. Он больше вообще никого не услышит, кроме своего Властелина.

– Почему это?

– Потому что мертвые не слушаются живых.

Гартиан сделал шаг вперед и скинул капюшон, мерзко клацнув своими выбеленными челюстями. Ответом ему послужил дружный вопль ужаса, который, кажется, развеселил лича еще больше.

– Да, человек, твой племянник - как и все ваши жалкие солдаты - мертв, но не переживай, трупы стали песчинкой в монолите новой имперской армии.

– Орден, Орден не допустит!

– Не волнуйся, благороднейший, у Ордена в ближайшем будущем появится много работы и им будет не до нас с тобой, - произнес император.
– Ну что, облегчишь свою участь правдивой исповедью?

– Я ничего тебе не скажу!

– Скажешь, - ласково пообещал Шахрион.
– Не сегодня, так завтра. До Наиргиона пять дней пути, у меня будет достаточно времени, чтобы получить донесение.
– Он отвернулся от пленных и приказал Диртаниону.
– Сотник, за мной.

Когда они пересекали двор по направлению к широко раскрытым воротам донжона, Шахрион давал последние приказы.

– Во-первых, нам нужен контроль над рекой. Зомби на эту работу не поставить - слишком сложна, а местным я не доверяю. Придется изловчиться и найти людей в Империи, либо же приставлять охрану к командам речной флотилии. Во-вторых, требуется усилить гарнизон. Проблем с материалом быть не должно, но если они, все же возникнут, разрешаю очистить темницу. В-третьих, никакого насилия по отношению к местным. Они - наше будущее, и любой солдат Империи, запятнавший себя, будет вздернут как последняя собака. Все ясно?

– Да, Владыка.

– Хорошо.
– Они остановились возле ворот, куда слуги подвели коней для владыки и его верховного мага.
– Можешь приступать, сотник.

– Служу Черному Властелину!
– выкрикнул Диртанион, не сводя с императора обожающего взгляда.

Шахрион улыбнулся, и забрался в седло, приняв у слуги поводья.

– До встречи, сотник. Служи, и тебе воздастся, - проговорил он на прощание и направил коня вперед.

Мост через Быстроводную был поистине велик. Его ширина позволяла двигаться в ряд пятерым всадникам, с краев его защищали высокие перила, а поддержкой служили толстые мостовые опоры, которые, как Шахрион знал, были возведены на искусственных насыпях. Все это в очередной раз заставляло задуматься над тем, какая же мощь была в распоряжении императоров прошлого, и как они бездарно ею пользовались.

Шахрион горестно вздохнул. Будь у него десять, да даже пять легионов старого образца и пара сотен лишних чародеев, не пришлось бы прибегать к запретной магии, которая теперь что-то с ним делает, он бы разбил врагов в честном сражении, но увы...

– Что тебя печалит, владыка?– лич в очередной раз продемонстрировал свое пугающее умение читать чужие мысли.

– Глупость моих предков. Я не понимаю, как можно было растерять такую силу.

– В этом нет ничего сложного, владыка. А люди глупы - это действительно так. Впрочем, встречаются и исключения. Взять, например тебя.