Путь тьмы 2

Sleepy Xoma

Вместо этого старый правитель потянулся за бутылью, лично налил вина себе и собеседнику и, подняв бокал в салюте, пригубил напиток.

Терпкий чуть пряный вкус приятно защекотал нёбо, и венценосец сделал еще один глоток, отставил бокал и, прихватив с подноса пару виноградин, кинул их себе в рот, после чего, начал медленно пережевывать.

Все это он проделал, пристально глядя на собеседника и гадая, когда же у того кончится терпение.

Произошло это почти сразу. Гашиэн неожиданно ударил своим мощным кулачищем по столу, отчего

тут же напряглись бойцы владыки Аблиссии, затем процедил:

— У меня нет времени на игры, столь любимые вами.

И вновь Мардаш не ответил, вместо этого — сделал еще один глоток и отведал немного сыра.

Старику доставляло откровенное удовольствие наблюдать за несдержанным сопляком, мнящим себя вершителем судеб. Сколько он видел таких?

«Гордецы, не умеющие себя вести, глупцы, считающие, что остальные — лишь мусор подле их ног, испорченные дети, дорвавшиеся до власти и ломающие игрушки, которые истекают кровью»! — с неожиданным раздражением подумал старый владыка. — «Как же они все надоели мне. Лишь один из этого поколения достоин почестей, власти и уважения. Один из всех! Сколь же низко мы пали».

Наконец, его молчание было истолковано должным образом.

— Мне нужна помощь, — хрипло прошептал Гашиэн.

Мардаш приподнял седую бровь и иронично уточнил:

— Помощь? В дополнение к той, что я предоставил вам ранее? Еще золото? Еще сведения? Еще меха по сходной цене? Юноша, — неожиданно резко проговорил он, — ваша карта бита. Бич Пустыни потерпел сокрушительное поражение, равно как и убийцы, посланные в Черную Цитадель. И не делайте такое лицо — у меня есть свои источники. Они все провалились, а другого плана у вас нет, значит, вы жаждете развязать войну. Так чем Аблиссия может помочь Радении? Кажется, мы уже обсуждали этот вопрос раньше. Мой ответ не изменится.

Лицо венценосца побагровело от плохо сдерживаемой ярости, но он прошептал:

— Другой план есть. Запасной.

— Но?

— Но мне нужен выход на контрабандистов.

— О… — Венценосец пораженно смотрел на своего собеседника. — Даже так…

«Надо же, как интересно. Не буду спрашивать, зачем тебе нужны умельцы скрытно пересечь границу, хоть и догадываюсь. Что ж… Пожалуй, я смогу помочь тебе, вот только плата будет соответствовать оказанной услуге, мой отчаявшийся, не способный подготовить все заранее собрат по венцу».

Мысли о возможных барышах наполнили сознание такой радостью, что, кажется, маска немного спала с лица, потому как Гашиэн вдруг начал смотреть на него с нескрываемым удивлением.

— Вы все верно поняли, дорогой венценосец, — сладко произнес владыка Аблиссии, — я могу помочь вам. Знаю людей, который доберутся до самой Черной Цитадели, если в том будет нужда, причем лично. Вот только цена, которую я запрошу, окажется высокой. Очень высокой.

— Слушаю, — прохрипел Гашиэн.

— Ваша дочка должна стать супругой моего пятого внука от второго сына. Мальчик как раз почти вошел в брачный

возраст.

Жестокое условие. Даже жестокое. Единственной дочери Гашиэна чуть больше месяца назад исполнилось двенадцать лет, а значит, еще год-другой, и она сможет стать женой. И матерью.

Кровь отхлынула от лица Гашиэна и, чтобы подсластить ему пилюлю, Мардаш продолжил:

— Я прекрасно понимаю, сколь серьезно запрошенное мной, а потому гарантирую также полмиллиона марок золотом… Скажем так, в знак доброй воли. Но — при условии, что брачный договор будет составлен здесь и сейчас.

Он не собирался выпускать рыбку, удачно заплывшую в сети, даже если эта акула.

«Посмотрим, что ты придумаешь, мой дорогой собрат по венцу», — злобно усмехнулся Мардаш, ожидая ответа загнанного в угол противника.

Сейчас, в отличии от прошлой встречи, у Гашиэна не осталось выбора. Он должен устранить Черного Властелина и его семью до того, как Бич Пустыни окажется в Черной Цитадели и начнет петь, например, о том, откуда у его воинов взялось несколько десятков тысяч комплектов теплой зимней одежды. Правитель Аблиссии прекрасно знал, каким образом Гайшшару удалось разбить армию халифа — как-никак, он неплохо заработал на этом, действуя через третьих лиц.

Знал он и то, что сам находится в полной безопасности. Обвинять торговца в сделке с тем, кто готов заплатить, не станет даже безумец. А значит, гнев императора обрушится на Радению, которая так и не отошла полностью от войны Реставрации, и рискует потерять еще немало земель.

«Пусть дураки воюют», — подумал он. — «Умные же станут зарабатывать деньги»!

Гашиэн сдался. Он прочел это в его глазах еще до того, как венценосец открыл рот и произнес одно слово:

— Согласен.

Мардаш позволил себе добродушную улыбку. Как родственник родственнику.

— Вот и славно. Слуги сейчас же принесут бумаги, а золото и все необходимые сведения будут доставлены вам в самое ближайшее время. Через пару дней.

— Так быстро? — поразился Гашиэн.

«Да, мой глупый собрат, именно так быстро. Потому что некоторые умеют планировать наперед и готовиться ко всему заранее. Быть может, и ты постигнешь эту науку, если, конечно, успеешь», — с некоторой ноткой горечи подумал старый венценосец. — «Впрочем, я сильно в этом сомневаюсь. Некоторым суждено родиться сильными».

Вместо ответа он еще раз улыбнулся.

Первый день первого месяца осени 41-го года со дня окончания Последней Войны, вечер.

Парниэла резко остановилась и бросила короткий взгляд за спину. Ей на миг показалось, будто за деревом промелькнула неясная тень, но уже в следующую секунду эльфийка обругала себя за все эти мнительные глупости.

Дело, порученное матерью, было крайне важным, оттого девушка и сидела, точно на иголках, ожидая подвоха, удара в спину или просто какой-нибудь неприятности.