Путь «Таиры» долог
Шрифт:
Невидимые простым глазом микрометеориты начали попадать на внешнюю обшивку «Борна». Они вздымали ввысь фонтанчики, похожие на маленькие гейзеры. Опытный капитан, Map Дон понимал, что это означает: две-три минуты подобной бомбардировки – и самая прочная нейтритовая оболочка рассыпается, как песчаная стенка, сооружённая ребёнком.
Туманные скопления, подобные тому, которое встретило «Борн», представляют собой исключительно редкое явление в космосе. И тем не менее, никто не застрахован от коварств, которые таит в себе Пространство.
Капитан Лерс погиб. Но Map Дона больше всего потрясли даже не документальные кадры, с протокольной точностью показывавшие, как «Борн» разваливался в вакууме, не трагический лейтмотив плещущей мелодии, не причудливые обломки дюз, отброшенных во все стороны страшной силой взорвавшегося реактора, – больше всего капитана Map Дона потряс
«Стареет луч. А человек?…» – мысленно повторил Map Дон. «Все – словно обо мне», – подумал он, отрывая усталый взгляд от экрана воспроизведения. Ничего утешительного!.. За время сна капитана «Таира» не повстречала на своём пути того, на что в глубине души всё ещё надеялся Map Дон. Безжизненные планеты, опалённые радиацией… Чужие солнца фантастических спектров… Бесконечные силовые поля, из которых «Таира» пила энергию на ходу… И далёкие бесстрастные звезды, холодно глядящие на свою добычу…
Скорей бы снова уснуть. Провалиться в чёрное небытие, и не думать, не думать… Но прежде он должен сделать всё необходимое. Остаётся всего два часа…
А может… может, ему ещё посчастливится, и он встретит братьев по разуму? Человек обязан бороться до конца. Он не имеет права складывать руки. Мало ли было случаев, когда человек побеждал силы, казалось, в тысячи раз превосходящие его?
И Map Дону припомнилось… Да, это случилось лишь за несколько месяцев до несчастья, когда всё было в порядке и «Таире», казалось, ничто не угрожало. Почему он из всех блоков выбрал с полки именно этот, со старинной стереофонической приставкой? И повествовал этот блок о событии, которое было известно Map Дону ещё со времён интерната и из школьных хрестоматий. Тем не менее он вынул блок из ячейки, бережно отёр его и ещё раз перечитал надпись (даже буквы производили впечатление старинных): «Неопалимая купина. Рассказ о столкновении Земли с кометой Островского».
Map Дон пошёл тогда в сферозал, вставил блок в проектор и… позабыл обо всём на свете. Шаровой экран воскресил перед ним драматическое событие полуторатысячелетней давности, которое – он понимал это – давно уже стало достоянием истории. Картины грандиозной катастрофы вновь и вновь потрясали воображение. Самоотверженные земляне спасли тогда планету от гибели. Точно рассчитав траекторию и импульс шальной кометы с тяжёлым ядром, шедшей прямо в направлении Земли, они сумели в последний момент распылить её ядерной вспышкой. Но Голубая красавица сильно пострадала… Дикторский текст органично вплетался в ткань фильма. С каждой фразой его вокруг Map Дона развёртывались картины – одна динамичней и красочней другой. Map Дон запомнил голос чтеца. Он звучал глуховато и внешне бесстрастно, но в нём чувствовались скрытая боль и в то же время неиссякаемая гордость за деяния Человека. Капитан записал тогда этот голос. И теперь он включил запись, снова и снова черпая силу в рассказе об удивительном мужестве землян.
Чужой звезды огонь нагойЛизнул земное поднебесье,И…
Он вспышкой разметал беду,Поспорил с огненной рекою,Чужую дымную звездуОн оттолкнул своей рукою.Была горячей та звезда…Что делать? Мир не застрахован.Горели горько города,Был воздух ужасом окован.Но все поправил человек,Взметнул сады на поле боя,И краше прежнего КазбекВписался в небо голубое.Прозрачных зданий виражиБылую боль перечеркнули.Земля, потомку расскажи,Как мы из смерти в жизнь шагнули.О том расскажут всплески гор,Оплавленные адским светом,Глаза холодные озёр,На мир глядящие с приветом,Покойно спящая в тишиНеобозримая равнинаИ человеческой душиНеопалимая купина.Беда пришла, когда её меньше всего можно ожидать.
Стены кают-компании излучали затенённый солнечный свет. Map Дон только что вернулся из штурманского отсека, и теперь он с удовольствием потягивал чай. В качалке напротив устроилась Лина. Она вышивала на пяльцах, чуть нахмурив брови точь-в-точь Марта. Белковые роботы последних серий были очень похожи на людей. На какой-то миг Map Дону показалось, что он дома, в Зелёном городке. Map Дон со вздохом отодвинул пустую чашку-тут же её убрали услужливые руки механического кока – и принялся вытирать салфеткой палец, на который капнул джем.
– Знаете, – сказала Лина озабоченным голосом, отрываясь от работы, – надо добавить кислорода в атмосферу фаун-отсека.
– А что там?
– Сейчас ведь весна по-земному… Много новых зверюшек. И в воздухе необычно повысился процент углекислоты – я сегодня была там и проверяла.
– Ну, что ж. Сделаем, Лина, – улыбнулся Map Дон вставая. – Все в руках человека!
– И поэтому пойдите, помойте руки, – улыбнулась в ответ Лина, вновь опуская глаза.
Пронзительный гонг – вестник беды – не сразу дошёл до слуха Map Дона. Лишь при повторном ударе он вздрогнул и выскочил в коридор вслед за Линой, оставившей люк открытым.
Вспыхнувшие на стенах оранжевые стрелы указывали в сторону носовой части «Таиры». Map Дона то и дело обгоняли белковые роботы, спешившие из всех сил. Роботы делали гигантские прыжки (сила тяжести на корабле составляла менее четверти земной). На ходу они оживлённо переговаривались, вращая головными антеннами. Казалось, каким-то чудом роботы не задевали капитана.
Когда Map Дон добежал до носового отсека и ввалился туда, еле переводя дыхание, его встретила мёртвая тишина. Роботы почтительно расступились, давая дорогу капитану. Map Дон шагнул вперёд и остановился. Нельзя было понять, что произошло. Свершилась какая-то неуловимая перемена, но какая?
– Одна из жизненных систем «Таиры» нарушена, – пробасил коренастый робот-штурман, стоявший рядом.
Только тут Map Дон заметил, что инфраэкран корабля странно тёмен. Все восемнадцать лет полёта Map Дон привык видеть его синеголубым…
В полном безмолвии человек все крутил и дёргал верньеры настройки, но огромный глаз корабля оставался тёмным.
– Всем! – сказал капитан, выпрямившись наконец. Антенны роботов замерли, впитывая команду. – Необходимо проверить каждую систему «Таиры», – человек старался, чтобы голос его звучал ровно. – О неисправностях докладывайте с места. Приступайте!