Путь страсти
Шрифт:
Кровавый след, который оставлял за собой Шон, тянулся по траве до дверей бара — они прошли по нему до конца, но уже на тротуаре след внезапно оборвался. Судя по запаху, кто-то припарковался здесь, а потом, должно быть, уехал, увозя с собой тело Шона. На асфальте не осталось следов шин — вообще ничего, указывающего на то, что это была за машина и куда она уехала.
Андреа очень не хотелось уезжать, хотя она понимала, что тут им нечего больше делать. Вслед за Диланом она забралась в пикап и уселась рядом, крепко сжимая в руках меч, словно надеялась, что он подскажет ей, где
Увы — чертов меч только напевно бормотал что-то, но слов было не разобрать.
Едва пикап влился в поток машин, как у Дилана зазвонил телефон. Андреа вздрогнула — у Дилана так тряслись руки, что он даже не сразу смог достать из кармана телефон. Сунув его Андреа, он снова схватился за руль, не отрывая глаз от дороги.
— Андреа? — загремел в трубке голос Лайама. — А где отец?
— За рулем. Ты нашел Шона?
— Что?! — Лайам поперхнулся. — Что значит — нашел Шона? Я думал, отец должен встретиться с ним после того, как отыщет тебя!
У Андреа перехватило дыхание.
— Где ты?
— Сражаюсь, черт возьми! Нам срочно нужен отец. И Шон тоже. И его меч! Проклятие!
— Меч у меня. А Шон пропал.
В трубке послышалось рычание.
— Скажи отцу, чтобы срочно ехал сюда. Мы сейчас дома. Эти бастеты, которых привел Каллум, — они повсюду!
— А как же Шон?
В трубке повисло молчание, Андреа почти физически ощущала, как страх за брата борется с чувством долга, и невольно пожалела Лайама. Нелегко быть вожаком.
— Пусть отец отвезет тебя в безопасное место, а потом едет сюда. Поищем Шона после того, как разберемся с ними.
Он бросил трубку. Андреа подняла на Дилана глаза.
— Лайам просит тебя помочь ему — он сейчас сражается с Каллумом.
Руки Дилана стиснули руль.
— Именно это я и собираюсь сделать.
— Но как же Шон? Мы же не можем бросить его!
— Знаю, девочка. Ноя должен ехать к Лайаму. Иначе я потеряю и другого сына… и еще многих других.
— Тогда я сама буду искать Шона!
У Дилана побелели губы.
— Черт с два я позволю тебе одной бегать по городу! Кстати, за нами «хвост». Я даже не могу отвезти тебя к дому Ким, поскольку понятия не имею, кто они.
Андреа увидела в зеркальце заднего вида еще один пикап, только на этот раз черный. В кабине сидели двое мужчин — судя по всему, это были оборотни, но их лиц она не могла разобрать. Они не пытались ничего предпринять, просто ехали за ними, но сколько Дилан ни пытался стряхнуть «хвост», у него ничего не вышло.
— Значит, в качестве укрытия семья Морисси использует дом Ким? — Ей уже случалось однажды бывать там, и она хорошо запомнила внушительный, богато обставленный особняк, из окон которого открывался потрясающий вид.
— Да. Там система безопасности последней модели и еще подвал почище любого сейфа, в котором можно отсидеться. К тому же если соседи увидят, что возле дома слоняются оборотни, они тут же кинутся звонить копам. — На лице Дилана появилось мечтательное выражение. — А еще у нее есть кабельное телевидение с таким количеством каналов, что Коннора оттуда никаким пряником не выманишь.
Ну да, конечно, парнишка рвется в бой, спохватилась Андреа.
— Как только доберемся до города оборотней, — продолжал Дилан, — ты спрячешься, а я постараюсь увести их подальше — от тебя и от меча. Каллум ратует за чистоту крови — а ведь ты полукровка.
Но Андреа было не до Каллума.
— Пусть попробует, — усмехнулась она.
— И не мечтай! Я старею, девочка. И если ты уже носишь детеныша Шона, я хочу, чтобы ты осталась в живых. Я мечтаю увидеть, как ваши с Шоном дети и детеныши Лайама станут играть на заднем дворе. И если для этого потребуется приковать тебя наручниками к батарее, поверь мне, я это сделаю.
Андреа погрузилась в молчание. За окном мелькали дома. Машин на улицах было по-прежнему много, но Дилан пробирался сквозь плотный поток с той уверенностью, которая дается только многолетней практикой. Он то и дело просил Андреа набрать какой-то номер, после чего брал телефон сам. Иногда ему отвечали — это означало, что оборотни, которым он звонил, живы и продолжают сражаться. Но кое-кто, услышав его голос, молча бросал трубку.
Наконец Дилан раздраженно отшвырнул телефон:
— Проклятие… я даже не знаю, кому я еще могу доверять!
Въехав в город оборотней, он свернул в переулок и припарковался перед домом Эллисона. Не успели они выйти, как до Андреа донеслись чьи-то крики, злобное рычание и разъяренный рев — значит, битва еще продолжалась, сообразила Андреа. Додумать она не успела — в переулок на полной скорости влетел черный пикап. Едва не врезавшись в грузовичок Дилана, он резко затормозил, двое оборотней выскочили из него и бросились к ним. Теперь уже не было сомнений, что они охотились за мечом.
Дилан, сорвав с себя одежду, обернулся и кинулся им наперерез. Может, он и постарел, но, увидев, как быстро он двигается, Андреа облегченно вздохнула. За Дилана можно не волноваться. Послышался оглушительный львиный рык, и три тела покатились по земле, кусая и царапая друг друга.
Андреа бросилась искать Лайама. Основные события разворачивались за домом Морисси. Тут кипела битва не на жизнь, а на смерть — не меньше полусотни оборотней, сцепившись между собой, катались по земле, оглашая окрестности яростным рычанием. В воздух летели клочья рыжей шерсти. Отличить одних от других не было никакой возможности, хотя, присмотревшись, Андреа увидела Эрика, дравшегося бок о бок с Лайамом. Волколаков было немного — только Эллисон, да еще Энни, официантка из бара.
Андреа покрепче прижала к себе меч. Дилан велел ей спрятаться, но не было никакой гарантии, что кто-то из оборотней не увяжется за ней, чтобы без помех прикончить ее, пока остальные не видят. Но если она обернется, как быть с мечом? Еще опаснее остаться в человеческом облике — если она так и будет торчать посреди двора, то станет легкой добычей. Итак, обернувшись волчицей, она не сможет держать в руках меч, а оставшись человеком, не сможет драться. Только сейчас ей пришло в голову, что та же дилемма постоянно стояла перед Шоном — неудивительно, что необходимость быть стражем сводила его с ума.