Путь сердца

Холт Черил

До сих пор Эмили удавалось сдерживать слезы; зато сейчас они вырвались на свободу и потекли ручьями.

– Отец ненавидит меня, – тихо произнесла девочка сквозь рыдания. – Ненавидит всю жизнь. Как только я могла подумать, что все изменилось? – Она бегом, через две ступеньки, бросилась вверх по лестнице. – Бессмысленно… бессмысленно притворяться, что это не так…

С этими словами бедняжка повернула за угол и скрылась.

Джейн тяжело вздохнула, пытаясь предугадать, сколько еще неприятностей произойдет во время этого злополучного визита.

Как только Моррис уехал, граф направился в библиотеку. Туда же пришла и Джейн.

Решительный взгляд жены слегка озадачил. В чем дело? Скорее всего она симпатизировала Моррису не больше, чем он сам. Этот человек казался ужасно скучным. Но в то же время он слыл богатым почтенным соседом, и было бы просто невежливо отказать в приеме.

Решив сохранить мир, граф постарался начать с хорошего:

– Даже и не помню, чтобы Эмили когда-нибудь производила столь благоприятное впечатление. Ты славно поработала.

– Она так надеялась, что вы обратите внимание… – Джейн устало покачала головой, не имея сил ни договорить опасную фразу, ни совладать с чувствами. Доведется ли ей когда-нибудь понять этого человека?

Взгляд случайно упал на разложенные на столе бумаги. Несколько слов, которые удалось прочитать, сразу не на шутку встревожили.

– Что вы пишете?

Джейн смотрела на мужа, и этот требовательный взгляд сразу вернул Филиппа в детство. Вот так же сверлил его глазами строгий учитель. И как только ей это удается? Филипп хотел было сложить листок, но Джейн решительно схватила его со стола.

– Так, значит, это все-таки правда? Вы действительно собираетесь выдать Эмили замуж за лорда Морриса? – Она быстро прочитала написанное. – Эмили рассказывала о ваших намерениях, но я не поверила и решила, что ребенок просто ошибся.

С этими словами, все еще держа бумаги в руке, Джейн без сил опустилась в кресло.

– Она говорила тебе о замужестве?

– Да.

– Но я никогда и ни с кем не обсуждал этот вопрос, кроме, разумеется, Тамбертона. Так откуда же Эмили знает?

– Моррис сам ей сказал. Новость страшно испугала девочку.

Филипп недовольно нахмурился.

– Но я ничего ему не обещал. Фредерик сделал предложение, а я ответил, что подумаю.

– Так он приезжал с этой целью? Хотел выяснить, приняли ли вы окончательное решение?

– Это один из поводов. Кроме того, он хотел просто повидаться с Эмили. Сказал, что ты запретила ему появляться в Роузвуде.

– Разумеется, запретила. Это просто неприлично.

Филипп показал на бумаги:

– Так что же, по-твоему, я должен делать?

– Решительно отказать. Эмили еще слишком мала. Филиппу ни разу не приходилось всерьез задумываться о судьбе Эмили, а потому он даже не подозревал, насколько глупо прозвучал встречный вопрос:

– А что, если девочка никогда не получит другого предложения?

Несмотря на усталость и огорчение, Джейн не смогла удержаться от смеха.

– Вы что, никогда на нее не смотрели? Да она же просто восхитительна, изысканна, очаровательна.

Вы сможете выбирать из десятков предложений. Готова биться об заклад, что кавалеров придется отгонять палкой. Но это случится через несколько лет, в положенное время.

Не позволяя себе ни на секунду усомниться в правомерности замечания, Джейн продолжала:

– Знаю, что вы относитесь к девочке с огромным предубеждением, можно сказать, враждебно – и все из-за того, что произошло с ее матерью.

– Что ты сказала? – Мгновенно вспыхнув, Филипп даже приподнялся в кресле. – Кто посвятил тебя в столь личные переживания?

– Успокойтесь, пожалуйста. То, что произошло между вами Энн, вами и Ричардом, – вовсе не секрет. Скорее трудно об этом не услышать и не узнать.

– Мои отношения с Энн тебя вовсе не касаются.

– Ошибаетесь, милорд. Ее предательство очень изменило вас.

Филипп открыл было рот, пытаясь что-то возразить, но Джейн остановила мужа решительным движением руки.

– Ведь именно из-за нее, из-за ее измены, вы никому не доверяете, никого не любите. Она до сих пор отравляет ваши отношения и с Эмили, и со мной.

Граф яростно покачал головой:

– Ошибаешься.

– Неужели? – Пронзительный взгляд Джейн, казалось, пробивал броню, в которую Филипп так старательно заковал собственное сердце. Встав с кресла, Джейн обошла вокруг стола, опустилась на колени возле мужа и двумя руками крепко сжала его ладонь. – Прошу, не наказывайте Эмили лишь за то, что возненавидели ее мать. Если девочка кажется вам непомерной обузой, то поручите ее моим заботам. Я люблю малышку всем сердцем – наверное, больше, чем любила бы собственную дочь, – а потому прошу, нет, умоляю, не поступать с ней так жестоко. Если только вы сделаете мне это единственное одолжение, то, клянусь, больше за всю жизнь я никогда и ни о чем не попрошу.

Подобная преданность чужому ребенку не могла не тронуть сердце графа.

Филипп вздохнул. Как можно отвергнуть рвущуюся из глубины души мольбу?

– Я откажу Моррису.

– Пожалуйста, поклянитесь.

– Клянусь.

– Спасибо.

Филипп помог Джейн подняться.

– Мне необходимо поговорить с тобой о другом деле.

– Что случилось? – спросила Джейн, вовсе не уверенная, что хочет услышать ответ.

– У меня есть кое-какие новости о твоем семействе.

– О моем семействе? – Джейн растерялась. Меньше всего она ожидала от графа разговора о Фицсиммонсах.

– Так что же нового в Портсмуте?

– Речь пойдет о твоем отце, Джейн. С ним случился апоплексический удар.

Джейн замерла, не в силах произнести ни слова. Наконец с трудом проглотила застрявший в горле комок.

– Он еще жив?

– Был жив, когда я видел его в последний раз.

– О Боже! – Джейн опустила глаза.

– Я собирался сказать об этом еще вчера, но так и не выбрал подходящего момента. Именно ради этого я и приехал из Лондона.

– И в каком же он состоянии? – Лгать не имело смысла.