Путь рыцаря
Шрифт:
Из разговора с герцогом Брэдом я узнал интересные подробности о жизни в Ларотуме, например, о праве наследования, которое передается в королевской династии следующим образом:
— После смерти короля трон переходит не к его сыну, а к брату — следующему по старшинству, после смерти этого брата к следующему и так далее, когда умирали все братья, если они были в семье, то только тогда право на трон переходило к сыну старшего брата. Это было придумано, — рассказывал герцог, — возможно, для того, чтобы сохранить жизнь наследников, так как были нередки случаи покушения. И к тому времени, когда сын короля мог принять бразды правления,
Во всех наших походах я был на виду у герцога Брэда. Наверное, я пришелся ему по душе. Потому что случилось так, что герцог позвал за мной и предложил служить у себя. Я не скрывал своего удивления, но, встретившись взглядом с серыми, немного задумчивыми глазами этого человека, я понял, что он всерьез интересуется моей судьбой.
— Мне очень дорого ваше предложение, но я служу барону Мастендольфу. Я сожалею, но вынужден отказаться.
— Неужели ты думаешь, что я забыл об этом. Тебе известно, что мы с бароном старые друзья, когда-нибудь я расскажу тебе об этом. Я посылал барону письмо с просьбой отпустить тебя на службу ко мне, и вот его ответ — читай:
"….мой уважаемый собрат по оружию, я очень признателен за память обо мне и нашем славном прошлом, которую ты хранишь в своем сердце. Я рад, что юный рыцарь не осрамил моего доброго имени и доказал свою верность.
Твоя просьба тому доказательство. Я не могу отказать тебе, и все, о чем прошу: спроси этого славного юношу — каковы его намерения. Если он жаждет славы и новых подвигов и знаний, что является достойным уделом любого рыцаря, то путь в твою страну и твой дом ему открыт. Прими его и обучи как сына".
Я задумался. Мне очень нравилось в замке Хэф. Гартула — мой родной дом. Но теперь мне выпал шанс осуществить то, о чем я давно мечтал: ведь, в замке барона я куда-то стремился. Желания мои были неосознанны, но явны.
Мне не пришлось долго решать, я прямо посмотрел Брэду в глаза и сказал, что еду с ним.
Ночь перед нашей поездкой я провел беспокойно: что-то тревожило меня и поднимало с постели: то я хотел воды, то подул ветер, и залаяла собака, в комнате которую я делил с одним из воинов из нашей миссии, было неуютно — сильно сквозило и что-то ходило ходуном — не то пол, не то привидения. Замок, старинной постройки, пережил немало событий: и грустных, и кровавых, междоусобной резни и предательства — если бы его стены обладали даром речи, они многое могли бы рассказать из истории королевских родов Фергении. Страну довели до ужасного состояния династические войны и, кажется, теперь настало время успокоиться и примириться с призраками прошлого. По молодости, я просыпался иногда ночью и предавался всяческим размышлениям, тогда как мне бы в пору — предаваться иному времяпровождению, быть может, в жарких девичьих объятиях.
Но этой ночью моя странная привычка спасла не одну голову. Выглянув в окно, я увидел — Боги! Что я увидел! Девочка, принцесса Гилика шла по двору замка с маленьким горбатым человеком — карлик! Он умел обращаться с доверчивыми детскими душами и сейчас он уводил принцессу крови.
Мои покои находились на втором этаже, и я спрыгнул, больно разбившись о булыжную площадь. Карлик с девочкой свернули за угол — раздался топот копыт. Я побежал следом, и все, что предстало моим глазам — это красное марево, сворачивающее в сторону леса. Где караульные? Где
Я поднял тревогу и побежал в конюшню. Все лошади были расседланы — конюхи пьяны. Недолго думая, я вскочил на свою покладистую лошадь, и, руководя словом и рукой, рискнул ехать без седла. Следовало торопиться, чтобы не упустить след карлика.
Меня услышала дворцовая охрана, и я успел крикнуть, чтобы они готовили лошадей и направлялись следом за мной в лес по Главной дороге. В Фергении вообще очень лесистая местность, было темно и только лунный свет освещал мне путь. Я боялся сбиться с дороги, к счастью лошадь моя очень хорошо знала ее. Но ни ей ни мне не пришлась по душе эта ночная прогулка.
Признаться, езда на неоседланной лошади в юности была мной основательно подзабыта. Лошадь моя казалась озадаченной, она как бы вопросительно поворачивала ко мне голову. Для меня самого это было странным и мне явно не хватало сноровки. Но, тем не менее, мне удалось развить хорошую скорость и почти догнать похитителя. Но он оказался готов и к такому повороту событий. Прямо передо мной на тропе вдруг рухнуло подпиленное дерево — как ему удалось привести в действие эту ловушку, я ума не приложу, но это изрядно напугало мою лошадь. Она занервничала и стала очень боязливо вести себя в дальнейшем.
Увы, моя добрая лошадь не зря опасалась: сработал следующий трюк карлика, и над моей головой пронеслось копье — я едва успел уклониться — оно даже поцарапало мою щеку.
Явно карлик чувствовал себя в этом лесу как дома, он смело ступал, а я же стал изрядно отставать. Эта утомительная гонка вывела нас из леса и привела к дороге. Я не понимал: зачем карлику это было нужно, почему он покинул лес.
Мне стало все понятно лишь, когда раздался стук тяжелой кареты — кто-то помогал карлику, у него были сообщники.
Но это было еще не все! У дороги меня поджидали. Трое вооруженных человек пожелали сразиться со мной. Не мог же я им отказать, тем более, что моего согласия никто не спрашивал. И мне пришлось нелегко.
Эта драка сильно задержала меня. Я убил двоих и получил болезненную рану. Но пока я отбивался от третьего противника, ко мне подоспела помощь. Целая кавалькада из пяти или шести человек выехала из леса. Я услышал знакомые голоса — Болэфа и его людей!
— Как вовремя вы, однако!
Общими усилиями мы покончили с последним из похитителей, и снова собрались в погоню.
— Только я очень прошу, отдайте мне кто-нибудь свою оседланную лошадь.
— Ким, поменяйтесь с Жаррой, — приказал Болэф своему человеку, — у вас кровь, — спокойно заметил он.
— Ерунда!
— Куда они поехали?
— Прямо по дороге, но я потерял, наверное, треть часа.
— На чем они уехали?
— В карете. Как вы думаете, чего хочет этот злодей? — спросил я графа.
— Не знаю. Нам надо хоть из-под земли достать девочку. Огромное везение наше в том, что я приехал во дворец с ночным визитом к одной обожаемой мной фрейлине, но это, разумеется, строго между нами, а поскольку я один в этой богами оставленной стране никогда не езжу: меня сопровождают мои люди, — то именно моя, по мнению некоторых болтунов, чрезмерная острожность и послужила к пользе его величества. Ибо охрана его дворца никуда не годиться! О чем я не раз уже предупреждал его величество, — граф говорил все это на скаку, ибо медлить и вести светские беседы было некогда.